Чтение онлайн

— Какое? — я отвечаю, жалея, что не направилась к очереди раньше.

— Найди его, — умоляет она. — Он в медицинском центре в Индианаполисе. Убеди его родителей отпустить его.

— И как, по-твоему, я должна это сделать? Даже если я смогу найти того, кто отправит меня обратно, то сомневаюсь, что мне позволят помнить всё это. Моя история точно не будет хорошим пиаром этому месту.

Она излучает улыбку надежды, и я уже понимаю, что согласна. От моего дома до Индианаполиса не так уж и далеко.

— Возьми его, — говорит она, снимая кольцо и кладя его мне на ладонь.

— Я не могу, — отказываю я, отталкивая её. — Оно тебе нужно. Если я заберу, разве ты не начнёшь забывать?

По её лицу понимаю, что она не до конца продумала план. Она качает головой.

— Это обдуманный риск. Может, оно сможет пройти с тобой в мир живых?

Смотрю на кольцо.

— И что мне с ним делать?

— Разберёшься, — произносит она, поднимаясь. — А теперь пошли. Тебе надо встать в очередь. Не хочу, чтобы Лиллит думала, что ты присоединилась к моему бунту.

— Для того, кто не хочет уйти, ты слишком торопишься отправить меня в великую неизвестность, — говорю я, позволяя ей поднять меня и потащить в сторону стойки регистрации.

Когда мы подходим, она поворачивается и крепко обнимает меня.

— Спасибо.

— Я ещё ничего не сделала, — спорю я.

— Да нет же. Ты дала мне надежду.

Я одёргиваю её.

— Не жди слишком многого. Всё ещё есть маленькая проблемка в том, чтобы вернуться в мир живых.

— Провал — это не вариант, — отвечает она веселее, чем может позволить себе мёртвый.

Занимаю место в очереди. Сэнди следует за мной, пока я продвигаюсь вперёд. Когда я поворачиваю за угол, она хватает мою руку.

— Спасибо.

Я улыбаюсь. Что ещё я могу сделать?

— Удачи, — она выпаливает, пока я иду к стойке. Её слова доносятся словно издалека.

Когда я, наконец, подхожу к стойке регистрации, женщина со светлыми волосами приветствует меня.

— Имя?

Переступаю с ноги на ногу, бросая последний взгляд через плечо.

— Хм, ЭрДжей Джонс.

Она мягко стучит по клавишам, и от аппарата раздаётся жужжащий звук.

— Что это? — интересуюсь я, становясь на цыпочки. Но она лишь улыбается. — Это типа регистрация? Потому что мне надо поговорить с администратором или с кем-то главным. Произошла ошибка. Я не должна быть здесь.

Она ослепительно улыбается.

— Мы никогда не ошибаемся, — она произносит таким сладким голосом, что аж зубы сводит.

— Ошибаетесь. Ну или по крайней мере жнец ошибается. Он даже сам это признал.

Она с интересом смотрит на меня.

— Что же, если произошла ошибка, я уверена, Азраил разберётся.

Азраил? Почему это имя заставляет похолодеть от ужаса? Громкий сигнал отвлекает меня.

— Что это? — снова спрашиваю.

Она передаёт тонкий коричневый свёрток размером с тарелку.

— Ровена Джой Джонс, это твоя жизнь.

Чёрт.

ГЛАВА 5

Я смотрю на диск, затем перевожу взгляд на женщину за стойкой.

— И что мне с этим делать?

Она указывает на длинный коридор.

— Выбери любую открытую комнату и посмотри.

Вот как? Она даёт мне нарезку моей жизни и говорит выбрать комнату? Когда берут собаку, дают больше рекомендаций. Я не двигаюсь, она прочищает горло и взглядом говорит мне, что я свободна. Оглядываюсь на очередь из душ и решаю не спорить. И вообще, если кто-то и может помочь мне вернуться, то явно не эта канцелярская крыса.

Иду по красному ковру и сворачиваю в первую попавшуюся открытую комнату. Все стены ярко жёлтые, за исключением пространства над устройством, напоминающим огромный DVD проигрыватель. Перед проигрывателем стоит кресло с высокой спинкой с тёмно-фиолетовой обивкой — мой любимый цвет. Больше в комнате ничего нет.

Я вытаскиваю диск из упаковки и вставляю в устройство, после чего падаю в мягкие подушки. Словно в объятиях облака. Жаль, нет попкорна. Если я правильно помню, моя жизнь довольна интересна. Лыжи с друзьями, шоппинг в Чикаго, закулисье нескольких концертов. Наверно, забавно вспомнить старые деньки.

В пространстве над устройством появляется сцена моего рождения. Вижу лицо мамы, когда меня кладут в её протянутые руки. Она светится от радости, поэтому моё среднее имя Джой (прим. пер. Joy — радость). Всё это довольно стандартно, как можно понять, но от этого не менее классно. На самом деле, я не знаю, что будет дальше, ведь мой папа не позаботился записать происходящее.

Даже несмотря на утомляющие предыдущие сорок два часа мама выглядит потрясающе. Пожалуй, в Послежизни HD работает лучше, чем проектор в кинозале дома. Вытираю слезу умиления, когда вижу, как папа нежно поёт свёртку одежды. Спустя секунду до меня доходит, что это он держит меня. Вскоре входит миниатюрная женщина с огромной улыбкой, забирает меня из рук папы и начинает целовать каждый дюйм моего лица.

— Глэдис, — говорит моя мама. — Ты не вымыла руки.

— О, милая, — отвечает бабушка. — Я вырастила пятерых детей, ты между прочим одна из них, и все они выросли здоровыми. Кроме того, это моя первая внучка, — она смущённо смотрит на папу, который улыбается от уха до уха, — конечно, это ваш первенец, — она начинает передавать меня папе, но он лишь смеётся.

— Держите её. Но она поедет домой с нами, понятно?

Она хмурится и воркует надо мной.

Когда сцена бледнеет, я понимаю, что ни разу не подумала о родителях. Что они сделают, когда увидят, как их единственный ребёнок лежит на плите в каком-то морге? Мама будет биться в безутешной истерике. Как отреагирует папа, даже представить не могу.

Ясно. Я должна вернуться назад. Закрываю уши руками, когда раздаётся гудение. На этот раз мне удаётся сложить два и два, и я осознаю, что каждый раз, когда я думаю о возвращении, голова грозит взорваться.

Появляется следующая сцена, привлекая моё внимание, и боль потихоньку проходит. На этот раз я на игровой площадке перед своим домом. Там полно детей, но даже сейчас единственная, на кого я смотрю — Эбби Ричардс. Она ещё не знает, но очень скоро мы станем неразлучными. Её мама постоянно путешествует из-за работы, а папа остаётся дома.

Эбби замечает меня и направляется в мою сторону. Я всегда думала о том, почему из всех детей на площадке она выбрала меня. Она будто почувствовала связь между нами.