Чтение онлайн

Уродливый ожог на плече Шейна заживал очень медленно, и эту отметину ему придется носить до самой могилы. Но Кэтлин понимала, что иначе рана могла загнить и Шейн умер бы от заражения.

– Позови мне Гейбриела, – прошептал Шейн. Когда индеец пришел, Шейн с болью в голосе велел ему разогнать скот по пастбищам.

– В этом году мы никуда не поедем, – сказал он. Кэтлин отвела взгляд. Если они не продадут скот в Форт-Индепенденс, им не на что будет жить в следующем году. И не из чего будет заплатить налог.

Она вышла из спальни и подождала Гейбриела снаружи.

– Ты можешь хотя бы нескольких лошадей отогнать в Индепенденс вместе с Джастисом? – спросила она его.

Он покачал головой.

– Мы можем отогнать часть скота, но, когда мы прибудем в Индепенденс, мы не сможем ничего продать.

– Гейбриела вешать за кража скота, – сказала Мэри.

– Это верно, – подтвердил Гейбриел. – Ты же знаешь, я руку готов дать на отсечение за Джастиса или Макенну, да только лицом я не вышел лошадьми торговать. Индеец, оказавшийся на торгах со скотом из Килронана, долго не протянет.

Мэри махнула рукой.

– Никакой лошадь в Индепенденс не ходить. Я не позволять моих Гейбриел и Джастис вешать.

Кэтлин тяжело вздохнула.

– А что, если они пойдут не одни? – сказала она, вскинув голову. – Белая женщина может продавать скот?

Гейбриел посмотрел на нее с надеждой:

– Ты?

Кэтлин кивнула.

– Шейн сказал, что я уже неплохо держусь в седле. Мы сумеем, Гейбриел. Я уверена в этом. Ты, я и Джастис. Мы пригоним наш скот в Форт-Индепенденс и сделаем это раньше остальных.

– Ты хоть понимаешь, во что ты впутываешься? – спросил Гейбриел.

– Макенна это не нравиться наверняка, – сказала Мэри.

– А Макенна ничего не узнает. А потом будет уже поздно нас останавливать, – ответила ей Кэтлин.

– Это опасное мероприятие, – предупредил Гейбриел.

– Ты имеешь в виду, что тот, кто пытался убить Макенну, попытается и нас убить? – спросила она. Признаться, сама она об этом не подумала. Последнее время Кэтлин была слишком обеспокоена состоянием Шейна. Но тут ей в голову пришла еще одна мысль. – Как думаешь, могут его убийцы прийти за ним еще раз, пока нас не будет?

– Нет, – сказала Мэри.

Кэтлин удивленно посмотрела на нее:

– Почему нет?

Глаза Мэри сузились в две непроницаемые щелки.

– Гейбриел сказал Рейчел, что Макенна умер. Кэтлин недоверчиво посмотрела на Гейбриела. – Ты соврал Рейчел? Но зачем?

Мэри усмехнулась и ответила вместо Гейбриела:

– Никто, не пойдет убивать мертвого человека.

– А как же мы? – спросила Кэтлин у Гейбриела. – Если мы погоним скот, можем мы стать мишенью для убийцы?

Он пожал плечами.

– С другой стороны, – размышляла вслух Кэтлин, – если мы не продадим скот, нам придется очень туго. Кроме того, где гарантия, что убийцы не придут за нами потом?

Ковбой медленно кивнул.

– Держи скот и лошадей в загонах, – сказала она наконец с уверенностью, которой не чувствовала. – Мы выезжаем завтра на рассвете.

Гейбриел снова кивнул:

– Хорошо. Мы попытаемся. Но если у нас не получится, можно не беспокоиться о банкротстве. Можно даже не беспокоиться о том, что Бо Томпсон может нас подкараулить. Потому что Макенна все равно убьет нас.

В шести часах пути от Килронана и посреди переправы через первую большую реку Кэтлин поняла, что совершила большую глупость. Шесть часов безудержной скачки, когда животные так и норовят врезаться в тебя, были просто адом. С ее стороны было наивно, да просто небезопасно рассчитывать на свои скромные силы. Мало того, что она вот-вот растеряет все стадо Шейна, так она еще и рискует погибнуть и не сберечь для него ребенка.

Джастис уже выбирался на противоположный берег с ведущей кобылой, которую обычно называли «звенящей», так как на шею ей вешали колокольчик. Звенящей была гнедая кобыла с серыми кругами вокруг глаз, черной гривой и таким же хвостом. Звали кобылу Нэнси. Остальные лошади слышали звон колокольчика и шли за кобылой. Звук этот успокаивал их, как утверждал Джастис.

– Лошади, они ведь капризные, – сказал ей Джастис. – Но они слышат звон своей подруги, и это их успокаивает.

Кэтлин видела, как еще две кобылы взобрались на каменистый берег. Основная часть табуна все еще была в воде, переплывая глубокую реку. Гейбриел находился на этом берегу, загоняя животных в воду так, чтобы они не попали на стремнину.

Вода была жутко холодная, течение быстрое, и Кэтлин уже промокла по пояс. Зубы стучали, и она думала только о том, как бы удержаться в седле. И тут Гейбриел окликнул ее и стал оживленно махать руками.

Она оглянулась и увидела, что два мула и серая в яблоках кобыла повернули обратно к южному берегу, где стоял Гейбриел.

– Перехвати их! – крикнул индеец.

– Я? – переспросила Кэтлин, не веря своим ушам. Ответ Гейбриела затерялся в порыве ветра, что было к лучшему, учитывая выражение его лица.

Что с того, если они потеряют этих трех животных? Гейбриел и так решил не брать овец и коров, потому что они слишком медленно идут. С лошадьми было гораздо сложнее управляться, но Гейбриел настоял, чтобы именно их и мулов взять в Форт-Индепенденс, так как они стоили гораздо дороже.

– Мы и так опаздываем, – сказал он в то утро, когда они отправлялись из Килронана. – Стадо Томпсонов отправилось позавчера. Если мы хотим добраться до Форт-Индепенденс вовремя и выручить много денег за наш товар, мы должны оставить рогатый скот здесь.

Кэтлин посмотрела на мулов и упрямую лошадь, затем на Гейбриела. Индейцу, безусловно, было не до своенравной троицы, он едва справлялся с основным табуном. Посему либо она пустится вслед за ними, либо они пропадут.

Она посмотрела на Джастиса. Она не слышала, что он кричал ей, но было очевидно, что он имеет в виду то же, что и Гейбриел. Кэтлин только-только нашла общий язык с сыном Шейна. Она боялась, что Джастис не простит ее, если она не вернет беглецов.

– Чертовы мулы, – проворчала она сквозь зубы и развернула Бесси.

Кэтлин воевала с упрямыми животными не менее получаса. Стоило ей поймать лошадь, как мулы разбредались в разные стороны. И так до бесконечности. Она уже теряла терпение. Гейбриел переправил табун на северный берег, там они сбили животных и были готовы двигаться в путь. Неужели они оставят ее одну?

Гейбриел отправил ее за тремя отбившимися животными, а она не могла справиться с одним-единственным, на котором сидела. Она замерзла до смерти, ее живот и ноги так онемели, что она даже не чувствовала под собой седла.