"Этаж смерти" with W cat
Шрифт:
[ 194 ] “What do you mean by that?” he said.
[ 195 ] “You did twenty years in Boston,” I said. “That’s what you told me, Finlay. So why are you down here in this no-account little place? You should be taking your pension, going out fishing. Cape Cod or wherever. What’s your story?”
[ 196 ] “That’s my business, Mr. Reacher,” he said. “Answer my question.”
I shrugged.
[ 197 ] “Ask the army,” I said.
194
— Что вы хотите сказать?
195
— Вы проработали в Бостоне двадцать лет, — сказал я. — Вы сами мне это сказали, Финлей. Так почему вы очутились в этом забытом богом захолустье? Вы должны были выйти на пенсию, жить в свое удовольствие и ловить рыбу на мысе Код или где-нибудь еще. Что же с вами случилось?
196
— Вас это не касается, мистер Ричер, — нахмурился Финлей. — Отвечайте на мой вопрос.
Я пожал плечами.
197
— Спросите у армии.
[ 198 ] “I will,” he said. “You can be damn sure of that. Did you get an honorable discharge?”
[ 199 ] “Would they give me severance if I didn’t?” I said.
[ 200 ] “Why should I believe they gave you a dime?” he said. “You live like a damn vagrant. Honorable discharge? Yes or no?”
[ 201 ] “Yes,” I said. “Of course.”
[ 202 ] He made another note. Thought for a while.
198
— Спрошу, — заверил меня он. — В этом вы можете не сомневаться, черт побери. Вас уволили с хорошей аттестацией?
199
— А разве в противном случае я бы получил выходное пособие? — ответил вопросом на вопрос я.
200
— Почему я должен верить, что вы получили от армии хотя бы ломаный грош? — настаивал Финлей. — Вы живете как последний бродяга. Итак, с хорошей аттестацией? Да или нет?
201
— Да, — ответил я. — Естественно.
202
Он сделал еще одну пометку. Задумался.
[ 203 ] “How did it make you feel, being let go?” he asked.
[ 204 ] I thought about it. Shrugged at him.
[ 205 ] “Didn’t make me feel like anything,” I said. “Made me feel like I was in the army, and now I’m not in the army.”
[ 206 ] “Do you feel bitter?” he said. “Let down?”
[ 207 ] “No,” I said. “Should I?”
203
— Как вы отнеслись к тому, что вас уволили со службы? — наконец спросил он.
204
Я обдумал его вопрос. Пожал плечами.
205
— Никак. Вот я был в армии, а теперь уже не в армии.
206
— Вы испытываете злость? — настаивал Финлей. — Чувствуете, что вас предали?
207
— Нет, — сказал я. — А должен чувствовать?
[ 208 ] “No problems at all?” he asked. Like there had to be something.
[ 209 ] I felt like I had to give him some kind of an answer. But I couldn’t think of anything. I had been in the service since the day I was born. Now I was out. Being out felt great. Felt like freedom. Like all my life I’d had a slight headache. Not noticing until it was gone. My only problem was making a living. How to make a living without giving up the freedom was not an easy trick. I hadn’t earned a cent in six months. That was my only problem. But I wasn’t about to tell Finlay that. He’d see it as a motive. He’d think I had decided to bankroll my vagrant lifestyle by robbing people. At warehouses. And then killing them.
208
— И вас ничего не беспокоит? — спросил он так, как будто что-то обязательно должно было быть.
209
Я чувствовал, что хорошо бы что-нибудь ему ответить. Но не мог ничего придумать. Я служил в армии с самого своего рождения. Теперь я уже не служил в армии. И чувствовал себя бесподобно. Чувствовал свободу. Как будто всю жизнь у меня слегка болела голова. А я заметил это только тогда, когда она перестала болеть. Меня беспокоило только то, чем жить дальше. Чем зарабатывать на жизнь, не расставаясь с только что приобретенной свободой, — а это было весьма непросто. За полгода я не заработал ни гроша. Это была моя единственная проблема. Но я не собирался говорить о ней Финлею. Он сочтет это мотивом. Подумает, что я решил обеспечить дополнительное финансирование своей бродяжнической жизни, грабя людей. На складах. А затем их убивая.
[ 210 ] “I guess the transition is hard to manage,” I said. “Especially since I had the life as a kid, too.”
[ 211 ] Finlay nodded. Considered my answer.
[ 212 ] “Why you in particular?” he said. “Did you volunteer to muster out?”
[ 213 ] “I never volunteer for anything,” I said. “Soldier’s basic rule.”
[ 214 ] Another silence.
210
— Наверное, переход дался мне нелегко, — наконец сказал я. — Особенно если учесть, что такую жизнь я вел с детства.
211
Финлей кивнул. Обдумал мой ответ.
212
— Почему уволили именно вас? — спросил он. — Вы сами вызвались уйти со службы?
213
— Я никогда и нигде не вызывался сам, — сказал я. — Первое правило солдата.
214
Опять молчание.
[ 215 ] “Did you specialize?” he asked. “In the service?”
[ 216 ] “General duties, initially,” I said. “That’s the system. Then I handled secrets security for five years. Then the last six years, I handled something else.”
[ 217 ] Let him ask.
[ 218 ] “What was that?” he asked.
[ 219 ] “Homicide investigation,” I said.
215
— У вас была какая-то специализация? — наконец спросил Финлей. — На службе?
216
— Сначала общее поддержание порядка, — ответил я. — Таково правило. Затем пять лет я занимался обеспечением режима секретности. А последние шесть лет я занимался кое-чем другим.
217
Пусть сам спросит.
218
— Чем же? — спросил Финлей.
219
— Расследованием убийств, — ответил я.
[ 220 ] Finlay leaned right back. Grunted. Did the steepled fingers thing again. He gazed at me and exhaled. Sat forward. Pointed a finger at me.
[ 221 ] “Right,” he said. “I’m going to check you out. We’ve got your prints. Those should be on file with the army. We’ll get your service record. All of it. All the details. We’ll check with the bus company. Check your ticket. Find the driver, find the passengers. If what you say is right, we’ll know soon enough. And if it’s true, it may let you off the hook. Obviously, certain details of timing and methodology will determine the matter. Those details are as yet unclear.”
220
Финлей откинулся назад. Крякнул. Снова сплел пальцы.
Посмотрел на меня и шумно вздохнул. Подался вперед. Ткнул в меня пальцем.
221
— Верно, — сказал он. — Я обязательно все проверю. У нас есть ваши отпечатки. Они должны иметься в военном архиве. Мы запросим вашу служебную характеристику. От начала и до конца. Со всеми подробностями. Мы проверим автобусную компанию. Проверим билет. Найдем водителя, найдем пассажиров. И если вы сказали правду, мы достаточно скоро это выясним. Если вы сказали правду, возможно, это позволит вам отмыться. Несомненно, все определит хронология событий. Но пока в деле остается много неясного.
[ 222 ] He paused and exhaled again. Looked right at me.
[ 223 ] “In the meantime, I’m a cautious man,” he said. “On the face of it, you look bad. A drifter. A vagrant. No address, no history. Your story may be bullshit. You may be a fugitive. You may have been murdering people left and right in a dozen states. I just don’t know. I can’t be expected to give you the benefit of the doubt. Right now, why should I even have any doubt? You stay locked up until we know for sure, OK?”
222
Помолчав, Финлей снова шумно вздохнул. Посмотрел мне в лицо.
223
— Ну, а до тех пор я буду действовать осторожно, — сказал он. — На первый взгляд про вас ничего хорошего не скажешь. Бродяга. Бездомный. Ни адреса, ни прошлого. Вполне вероятно, весь ваш рассказ — чушь собачья. Быть может, вы беглый преступник. Убиваете людей направо и налево во всех штатах. Я просто не знаю. Нельзя требовать от меня, чтобы я порадовал вас хотя бы капелькой сомнения. Зачем мне сейчас сомневаться? Вы останетесь за решеткой до тех пор, пока мы не будем полностью уверены, договорились?
[ 224 ] It was what I had expected. It was exactly what I would have said. But I just looked at him and shook my head.
[ 225 ] “You’re a cautious guy?” I said. “That’s for damn sure.”
[ 226 ] He looked back at me.
[ 227 ] “If I’m wrong, I’ll buy you lunch on Monday,” he said. “At Eno’s place, to make up for today.”
[ 228 ] I shook my head again.
224
Это было то, что я и ожидал. Это было то, что я сам сказал бы на месте Финлея. Тем не менее, я покачал головой.
225
— Вы проявляете осторожность? — сказал я. — Это еще мягко сказано.
226
Он спокойно выдержал мой взгляд.
227
— Если я в чем-то не прав, в понедельник я угощаю вас обедом. У Ино, чтобы расквитаться за сегодняшний день.
228
Я снова покачал головой.
[ 229 ] “I’m not looking for a buddy down here,” I said.
[ 230 ] Finlay just shrugged. Clicked off the tape recorder. Rewound. Took out the tape. Wrote on it. He buzzed the intercom on the big rosewood desk. Asked Baker to come back in. I waited. It was still cold. But I had finally dried out. The rain had fallen out of the Georgia sky and had soaked into me. Now it had been sucked out again by the dried office air. A dehumidifier had sucked it out and piped it away.
229
— Я не ищу здесь друзей.
230
Финлей просто пожал плечами. Выключил магнитофон. Перемотал кассету назад. Вынул ее. Подписал. Нажал на кнопку переговорного устройства. Пригласил Бейкера. Я ждал. Было довольно прохладно, но я уже успел высохнуть. Дождь, прошедший над Джорджией, промочил меня насквозь. Теперь вода испарялась в сухой воздух кабинета. Кондиционер всасывал ее в себя и отводил по трубке.
[ 231 ] Baker knocked and entered. Finlay told him to escort me to the cells. Then he nodded to me. It was a nod which said: if you turn out not to be the guy, remember I was just doing my job. I nodded back. Mine was a nod which said: while you’re covering your ass, there’s a killer running about outside.
[ 232 ] THE CELL BLOCK WAS REALLY JUST A WIDE ALCOVE OFF THE main open-plan squad room. It was divided into three separate cells with vertical bars. The front wall was all bars. A gate section hinged into each cell. The metalwork had a fabulous dull glitter. Looked like titanium. Each cell was carpeted. But totally empty. No furniture or bed ledge. Just a high-budget version of the old-fashioned holding pens you used to see.
231
Постучав, в кабинет вошел Бейкер. Финлей попросил его отвести меня в камеру. Затем кивнул. Этот жест говорил мне: если выяснится, что ты не тот, кого мы ищем, помни, я просто выполнял свою работу. Я кивнул в ответ. Мой жест говорил: пока ты перестраховываешься, убийца разгуливает на свободе.
232
Отделение для содержания под стражей представляло собой лишь отгороженный угол. Оно было разделено на три отдельные камеры вертикальными прутьями. Передняя стена была из решетки. Вход в каждую камеру через отдельную секцию на петлях. Металл тускло блестел. Чем-то напоминал титан. Во всех камерах на полу ковролин. И больше ничего. Ни табурета, ни топчана.
Лишь новая высокобюджетная версия загонов в полицейских участках, которые можно увидеть в старых фильмах.