Чтение онлайн

Она даже не взглянула на него, закрывая ногой дверь чулана, из которого извлекла каравай хлеба, горшочек с маслом и горшочек с джемом, лишь ответила:

— Не смешите меня.

— Я и не думаю этого делать. Не хочу вас обижать, но, каким бы медиком вы ни воображали себя, вы все же не получили такого образования, как я. И говорю вам, мисс Доннегал, что вы можете не только серьезно пострадать сами, но и поставить под угрозу жизни обитателей деревни.

Бренна почувствовала, как к щекам ее прилила кровь.

Что было в этом человеке, что так быстро приводило ее в ярость?

Подавив свое возмущение, она поставила на стол все необходимое для завтрака и ответила:

— Знаю, что вы считаете себя большим авторитетом в вопросе холеры. Я прекрасно сознаю, что вы проделали долгий путь из Лондона, чтобы поразить нас всех своими знаниями, и как местная сельская жительница я должна быть благодарна вам за ваше просвещенное мнение и совет. Но считаю своим долгом сообщить вам, что я представляю исключение из вашей теории и не могу принести инфекцию в деревню с кладбища. Боюсь, что не могу согласиться с мнением ваших коллег о том, что холеру якобы вызывают миазмы, как, например, тиф или скарлатину.

Но Рейли, казалось, не слышал ее. Он с раздражением оглядывал коттедж.

— Это неправильно, — заявил он наконец.

Она кивнула, отрезая ломоть хлеба.

— Знаю. С моей стороны дерзко возражать всему медицинскому сообществу. Но я думаю…

— Да не в этом дело, — оборвал он ее. — Вы не должны жить здесь совсем одна. Это неправильно.

Бренна тоже оглядела свой коттедж.

— Да, я не пользуюсь комнатой своих родителей или той, что принадлежала моим братьям, но не думаю, что меня стоит заклеймить за то, что эти комнаты пропадают зря…

Он в негодовании уставился на нее.

— Да вы ведь понимаете, о чем я говорю, мисс Доннегал. Такой молодой женщине, как вы, не следует жить одной, как не следует принимать визитеров мужского пола в отсутствие дамы старшего возраста. Не думаю, чтобы вашим родителям это понравилось.

Бренна тоже не думала, что им бы это понравилось. Однако на первом месте для нее была работа, и ее радовала мысль, что когда они узнают, чем она занимается, то поймут, что она делала все, чтобы подтвердить свою теорию…

— Граф говорит, у вас есть дядя, — продолжал Рейли Стэнтон. — И ваши родители оставили вас на его попечение, когда отправлялись в Индию.

Бренна подумала, что новый врач собирается вмешаться в ее деятельность гораздо энергичнее, чем она предполагала, и что ей придется прибегнуть к хитрости. Она принялась намазывать маслом отрезанный для него ломоть хлеба.

— О, — ответила она со вздохом, — так оно и было.

— Ну? — Голос доктора был полон негодования. — И что же сказал ваш дядя о вашем возвращении на остров Скай?

— Ему это совсем не понравилось, — ответила Бренна. — Но, видите ли, я не могу вернуться к нему.

Рейли взял намазанный маслом хлеб и принялся накладывать на него джем.

— Почему же не можете? — поинтересовался он. — Не пытайтесь убедить меня, что вы сбежали от него, потому что он бил вас. Я не так легковерен, каким кажусь на первый взгляд.

Бренна хмуро смотрела на кусок хлеба, лежавший перед ней, потому что как раз намеревалась бессовестно опорочить своего дядю, наговорив доктору о нем всевозможных небылиц.

— Почему вы не скажете мне, что привело вас снова на остров Скай? — продолжал допытываться доктор Стэнтон.

— Зачем? Чтобы дать вам повод еще больше опекать меня?

— Опекать вас? Ну и ну! Я просто разговариваю с вами как одно мыслящее существо с другим таким же. Неужели это называется «опекать»?

— У вас нет никакого права, — возразила она, все больше распаляясь, — совать нос в мои дела.

— Вот тут вы заблуждаетесь. Если ваши дела пересекаются с моими, то я имею право вмешиваться в них. Кажется, вода готова.

Действительно, чайник, висевший над огнем, уже громко запел, и Бренна была вынуждена заняться чаем.

Право же, он был самым несносным человеком из всех, кого ей доводилось встречать в жизни. Вот он явился к ней после бессонной ночи с небритым лицом, синим от проступившей щетины, с глазами, обведенными фиолетовыми тенями, и его полное фиаско, которым окончилась попытка объясниться с ней, было очевидно. И все же он пытался вмешаться в ее жизнь. А она почти не сомневалась, что он не действовал исключительно из чувства профессиональной ревности и зависти. Похоже, он искренне хотел помочь ей. А учитывая все то, что она знала о лондонских врачах, это было чрезвычайно странно и необычно.

— Вот, — сказала она любезно, подавая ему чашку чаю, — хотите сахару?

— Нет, только молока, если оно у вас есть.

— Конечно.

Он пил чай мелкими глотками и, по-видимому, совершенно не чувствовал вкуса напитка.

— Ну уж если вы отказываетесь поступить разумно и вернуться к вашим родственникам, нам придется приложить все усилия к тому, чтобы найти какую-нибудь приличную вдову и попросить ее поселиться с вами.

Бренна, наливавшая себе в чашку молоко, была так изумлена этим замечанием, что пролила на стол половину того, что собиралась налить в чай.

— Думаю, вдова будет для вас хорошей компаньонкой, — продолжал доктор Стэнтон. — Сначала я было подумал, что подойдет одна из девушек, работающих у миссис Мерфи, но, как вы сами знаете, они не отличаются безупречным поведением и незапятнанной репутацией. И тогда я подумал, что какая-нибудь вдова или пара вдовых матрон могли бы поселиться с вами, чтобы вы не оставались в полном одиночестве.

Ну это уж слишком, решила Бренна.

— Вдова? — переспросила она. — Чтобы стать моей компаньонкой? Дуэньей? О, доктор Стэнтон, едва ли это возможно… Мне не нужна компаньонка. Я вполне способна сама позаботиться о себе…

— Как вы убедительно и доказали. И все же не могу не заметить, что граф Гленденинг питает на ваш счет не самые достойные чувства. Вы уже имели случай поставить ему синяк под глазом. Я бы не хотел, чтобы это произошло снова.

— Но, — возразила Бренна, — право же, компаньонка не сможет предотвратить…

— А я думаю, что сможет. Мисс Доннегал, это действительно наилучший способ уладить дело.

— Я на это не соглашусь, — сказала она. — Это мне вовсе не подходит, и я не хочу этого.