Чтение онлайн

— Мы все знаем о тебе, Рита Хайс, — с этими словами Ховард начинает уходить, не снимая многозначную улыбку с лица.

Вторым уроком у меня должна была быть литература. Я обожаю читать книги и вообще все, что связанно с искусством. В прошлой школе у нас были неплохие уроки литературы, но в этой школе, с более высоким уровнем образования, все должно быть в разы лучше. Я вхожу в класс и занимаю свободное место. Осматриваю окружающих и понимаю, что помимо людей из моего класса здесь присутствуют и ученики с параллели. Раздается шум звонка, и в комнату входит директриса Кирби. Худая женщина с широкими бедрами, суровым выражением лица и в очках с прямоугольной оправой.

Первые пятнадцать минут с начала урока мы обсуждаем роман-антиутопию Джорджа Оруэлла «1984», как дверь открывается и в класс входит Клайм Бейкер.

— Мистер Бейкер, опять опаздываете, — директор Кирби задирает подбородок и смотрит на парня через свои узкие очки.

— Был на тренировке, мистер Фрай должен был предупредить.

Женщина за учительским столом сводит тонкие коричневые брови к переносице и после недолгого молчания просит Клайма занять свободное место. Парень обводит глазами весь класс и останавливает свой взгляд на мне. И только в это мгновение меня озаряет, что свободное место осталось только рядом со мной.

Клайм бесшумно подходит к нашей парте и вальяжно располагается на рядом стоящем стуле. Директор Кирби продолжает показывать презентацию, я всеми силами пытаюсь вновь вклиниться в урок, но все слова женщины пролетают сквозь меня. Все потому что Клайм слишком близко, его рука, спокойно покоящаяся на парте, лежит в сантиметре от моей тетради, я слышу его тяжелое дыхание, и в нос то и дело проникают нотки его запаха. Бейкер совсем не смотрит на меня, но его обычная близость ужасно давит на сознание.

— Домашним заданием будет подготовить проект по данному произведению. План я вышлю вам на почту, а работать будете в парах со своим соседом по парте.

Все вокруг начинают собираться на перемену, Клайм в том числе, а я специально тяну время, медленно складывая свои принадлежности в сумку. Когда класс остается пустым, я подхожу к директрисе.

— Миссис Кирби, хотела бы спросить у вас на счет проекта.

— Да, мисс…?

— Рита Хайс.

— Слушаю вас, мисс Хайс, — женщина продолжает складывать учебники и тетради в одну кучу, совсем не поднимая на меня глаз.

— Есть ли возможность поменяться местами с кем-то из учеников во время выполнения проекта?

— К сожалению, нельзя.

— Может тогда можно выполнить проект одной?

Миссис Кирби, наконец, выпрямляется и запрокидывает голову так, чтобы она смогла меня разглядеть через свои низко расположенные очки.

— Чем вас не устраивает мистер Бейкер?

— Мы… Мы не очень ладим.

— Почему это должно меня волновать? — директриса встает со стула, и только сейчас я понимаю, что эта женщина невероятно высокая. — Вы взрослые люди и находитесь в старшей школе, так почему бы вам самим не попытаться решить эту проблему?

С этими словами директриса Кирби покидает учебный класс, а я тяжело вздыхаю, уже представляя муки совместной работы с так называемым Зевсом.

***

— Слушай, я даже не спросила у тебя из какого ты города?

После уроков Кристен предложила мне прогуляться по бутикам Беверли-Хиллз, где один лиф стоит несколько тысяч долларов. Подобные покупки мне точно не по карману, да к тому же сегодня у меня ночная смена в Вэнди. Кристен, которая являлась ярким воплощением доброты и отзывчивости, предложила меня подбросить. К воротам нашей школы подъехала дорогая темная иномарка с личным шофером за рулем.

— Я из города Лафайетта штат Луизиана.

— Там, должно быть, очень холодно и пасмурно.

— Да, резиновые сапоги мы носим также часто, как вы открытые сандали.

— Я не люблю дождь, мне отчего-то становится очень грустно, — Кристен откидывает назад свои длинные шелковистые волосы цвета карамели. У нее личный стилист, поэтому она всегда выглядит так, словно пришла на премию Оскар.

— Когда живешь так несколько лет, пасмурная погода кажется привычным делом.

— Понятно, почему у тебя такая бледная кожа. Прости, я не хочу тебя обидеть, просто ты очень выделяешься среди нас.

Кристен — вторая, кто за эту неделю упомянул бледность моей кожи. Но в отличие от Сандры Бейкер, она не пытается намекнуть, что мне нужно немедленно исправить эту особенность.

— Если честно, мне очень нравится твоя внешность. Из-за Калифорнийского солнца все местные тут загорелые и с сожженными волосами, а у тебя бледное лицо и черные, как уголь волосы. Ты словно… Белоснежка!

— О Боги! Прошу, не называй меня так!

Из-за Клайма Бейкера я теперь ненавижу это сравнение. Возможно, я должна радоваться, что меня называют именем диснеевской принцессы, но из его уст слово «Белоснежка» звучит как оскорбление.

— Извини за мое любопытство, но как тебя приняли в нашу школу посреди учебного года? И почему ты вынуждена подрабатывать в какой-то забегаловке, если обучение в Препэтори Скул строит десятки тысяч долларов?

Я поворачиваю голову и смотрю на покрытое веснушками лицо Кристен. Пытаюсь отыскать в нем толику жадного интереса, но ничего этого нет. Теплота ее взгляда и легкая улыбка на лице заставляет меня убрать обратно свои шипы.

— Мой дядя заснул меня в эту школу. У него достаточно денег, чтобы меня взяли без вступительных. Еще я живу в их доме.

Отчасти, я сказала Кристен правду. Вот только вряд ли Дилана Бейкера можно назвать моим дядей.

— Понятно. А мой отец подарил школе три компьютерных класса, поэтому они не могли меня не взять, — Кристен начинает смеяться, а я вновь смотрю на нее. Приятно понимать, что в школе золотых детей есть те, чей мир не сходиться на дорогих тачках и одежде от модных домов.

— Я думала, ты будешь моим куратором только в первый учебный день.

— Вообще-то так и должно было быть. Просто ты мне понравилась, я подумала, что мы могли бы общаться, — Кристен закидывает ногу на ногу и поправляет край своего шелкового сарафана. — Знаешь, в этой школе девушкам принято обсуждать кольца от Буччеллати и громкие скандалы Голливудских звезд. А ты другая… Простая.

Я смотрю на карие глаза девушки и начинаю улыбаться. Несмотря на то, что ее отец является знаменитым кинорежиссером, а мать ужинает с Викторией Бекхэм по вторникам, Кристен каким-то образом удалось сохранить свою простоту и индивидуальность.

Кажется, дружба с ней — одна из немногих хороших вещей, которые произошли со мной в новой жизни. В прошлом школе у меня были близкие друзья, но с ними меня разлучили 1200 километров. Я не стремилась найти в этом обществе аристократов подруг, но Кристен кажется неплохой девчонкой.