Это были мы
Шрифт:
— Это уже начинает пугать, — недоверчиво начала она, шагая в его сторону. — Скажи что-нибудь!
Фенрис опустил взгляд.
— Я знал, что ты придешь, — наконец произнес он.
— Выйдем отсюда, — тяжело вздохнув, заметила она. — Мне нужен свежий воздух.
Не задумываясь, девушка взяла его за рукав куртки и потянула за собой.
Фенрис послушно шел следом. Наткнувшись на тела охранников перед входом, Хоук выругалась и упрямо зашагала дальше. Лишь отойдя к живой изгороди она, наконец, остановилась и отпустила его.
— Знакомое место. Кажется, здесь мне сломали ногу, — Мариан храбрилась и пыталась выглядеть уверенно. — То-то она сейчас заболела!
— Ты уверена, что должна быть здесь? — вдруг спросил Фенрис. От его слов повеяло холодом, сердце девушки ухнуло куда-то вниз. На долю секунды ей показалось, что она проделала весь этот путь напрасно.
— А для кого были эти письмена на стене?! — спросила Мариан в ответ.
— Я думал об этом. Пока ждал… Почему-то был уверен, что ты пойдешь следом…
— И что же? Вот я здесь! — она обвела рукой пространство вокруг себя. Её кисть мелко дрожала.
— Ты же в курсе, что случится, Мариан, — устало продолжил он. — Меня снова арестуют, начнется судебное разбирательство. К тому же… у них есть, за что меня посадить. Ведь я… Действительно виноват.
— В чем же?! — удивленно спросила она.
В каждой его реплике чувствовались страх и сомнение. Хоук пыталась представить, что же здесь произошло, но радость от того, что она видит его целым и невредимым начисто лишала её здравого смысла.
Уставший, истерзанный разум не хотел знать подробностей. Все, что Мариан желала сейчас — оказаться с Фенрисом вдвоем и как можно подальше от этого места.
— Я действительно их убивал, — шепотом проговорил он, глядя куда-то вдаль. — Всех этих людей, что приказывал Данариус. Это ошибка, Хоук. С самого начала, всё это была досадная ошибка! Я сбегал несколько раз, — его голос надломился. — И каждый из них возвращался, ведомый препаратом и гипнозом. Я действительно был оружием и… я сомневаюсь, что это изменилось теперь, — его глухой, охрипший голос сменился шепотом.
— Ты убил Данариуса, — Мариан коснулась его плеча, но Фенрис одернул руку.
— Я не смогу быть другим, понимаешь? — он перевел на неё взгляд. — Я по-прежнему убийца. Меня посадят в тюрьму! Все это было напрасно!
— Что за бред ты несешь? Ты же спас пострадавших людей! — Хоук почувствовала, что начинает злится.
— Я убивал людей подобных им.
— Но это был не ты!
— Откуда ты знаешь, кто я?! — он повысил голос, и Мариан вздрогнула.
Она наконец-то увидела его страх, буквально почувствовала, как дрожит тело. Глаза словно померкли от усталости, он выглядел потерянным и одиноким. Это еще больше убедило её в искренности своего желания.
— Ты тот человек, с кем я хочу быть, — твердо произнесла Хоук подойдя ближе и взяв его за руки. — Ты - Фенрис. И я не уйду сейчас, даже если ты начнешь требовать.
Он посмотрел на нее исподлобья.
— Но зачем я тебе нужен? — робко, едва ли не с удивлением спросил он.
— Потому что солнце встает по утрам на востоке, а заходит на западе! Потому что птицы зимой улетают на юг! Потому что небо синее, а трава зеленая! — Хоук поняла, что не может остановится и вдруг громко расхохоталась. — Потому что я сошла с ума и была не в себе все время, до тех пор, пока не встретила тебя! Потому что с тобой я почувствовала, что живу! — громким шепотом закончила она.
Получилось слишком патетично, она возненавидела себя за неуклюжесть.
— М-мариан, — руки Фенирса вдруг оказались у неё на плечах. — Зачем же ты…
— Потому что у меня ничего нет, кроме нас! — она уткнулась ему в грудь. — Потому что мы одни и должны быть рядом!
— Но я …
— Помолчи, прошу, — она обняла его так крепко, как только могла.
Футболка пропахла бензином и потом, однако сейчас ей было все равно. Это было его тело. Оно дарило долгожданное, согревающее тепло… Она слышала его дыхание. Он наконец-то был рядом.
— Больше не будет ничего другого. Только ты и я, — бормотала она, вдыхая его запах.
— Ты не знаешь, что произошло на самом деле, — он наконец-то обнял её в ответ.
— Если ты захочешь, сможешь мне рассказать.
— Не знаю, как именно… — в голосе угадывалось сомнение.
— Мне все равно, как это будет, Фенрис. Уже все равно. Я больше не хочу тебя догонять. Я хочу быть рядом.
— Прости меня…
— И ты меня прости дуру, — она почувствовала, что вот-вот заплачет и крепко зажмурила глаза, чтобы не дать воли слезам.
Не сейчас. Ей надо быть сильной. Она не плакала всё это время, не будет и теперь.
— Мисс Хоук! Фенрис! — от входа к ним спешил Резерфорд. — Вам нужно уезжать отсюда! — остановившись, он отер выступивший на лбу пот.
— Как договаривались, Каллен? — Мариан сложила руки на груди.
— Здесь скоро будет очень много полиции, и, возможно приедут федералы, — он кивнул и принял деловой вид. — В гараже есть машины, и я предлагаю вам одолжить одну из них на время.
— Спасибо, идём скорее, — Хоук снова взяла Фенриса за руку.
Ей почему-то казалось — не сделай она этого, тот опять куда-нибудь исчезнет. Может быть и он чувствовал что-то похожее? Фенрис крепко сжал её ладонь: Мариан обернулась и заметила, что тот внимательно смотрел на детектива.
— Вот, поглядите, — тем временем, Каллен поднял ворота гаража и указал на машины. — Здесь есть задние подъездные ворота, ими же и воспользуйтесь. Но автомобиль потом придется сменить…
Хоук прошлась вперед, разглядывая новенькие иномарки, и присвистнула.
— Не надо машину, — вдруг подал голос Фенрис.
— А на чем же вы тогда поедете? — удивленно переспросил Каллен.
— Вот на этом.
Мариан посмотрела, куда он указывал.
— Боже праведный, — только и промолвил Каллен.
Фенрис подошел к мотоциклу и аккуратно снял с него защитный чехол. На полке рядом оказалось два шлема.