Это были мы
Шрифт:
Фенрис сделал шаг вперед, но Данариус не пошевелился, с любопытством наблюдая за его попыткой.
Ногу пронзила острая боль. Думая о том, что хочет сжать свои ладони на его шее, Фенрис понимал, что его тело отказывается слушать даже приказ о передвижении.
— Продолжай, мне право хочется посмотреть на то, что произойдет, — мужчина заулыбался, не скрывая победных ноток в голосе.
— Знаешь, я всё думал, как у меня получилось вспомнить, — начал вдруг Фенрис. — Память была окутана туманом, а любые попытки сдвинуть эту завесу заканчивались болью.
С этими словами он шагнул вперед еще.
— Я вел дневник, в котором пытался рассказать о своих чувствах, но… его читали врачи. И мне не хотелось, чтобы мои личные записи видели посторонние. Поэтому я не стал писать туда ничего личного, сохраняя крупицы воспоминаний в голове, — Фенрис сделал паузу. — После того, как я встретил Хоук, один из врачей предложил мне написать ей письмо.
Шаг дался не так тяжело, как предыдущие. Данариус отшатнулся назад. На мгновение Фенрис поймал в его глазах недоверчивый блеск.
— Я писал о снах, впервые так откровенно, насколько мог, ведь надеялся, что это не прочитают.
— Твое письмо лежит на моем столе, — самодовольно заметил мужчина. — Хоук даже не знает о его существовании.
— А потом я получил в ответ рисунок, — Фенрис улыбнулся уголком губ.
— Не имеет значения, что произошло, ведь всё равно ты вернулся! — настойчиво заметил Данариус. В его словах чувствовалась тревога.
— Там была изображена скамейка на набережной. Та самая, где я познакомился с Мариан. — упрямо продолжал Фенрис. — Моё единственное воспоминание. Моё собственное решение.
Их разделяло лишь несколько шагов. Он видел, как дернулся глаз Данариуса, наконец почувствовал его долгожданный страх.
— Я нарисовал этот рисунок сам.
— Т-ты не мог.
— Я хотел помнить это.
Фенрис подошел почти вплотную. В нос ударил терпкий запах одеколона. Очень знакомый и отвратительный аромат…
— Я. Тебе. Не. Принадлежу, — четко выговаривая каждое слово, сказал он и приложил руку к его груди.
Данариус задрожал. Кажется, он только сейчас осознал, что может произойти. Он запоздало рванул в сторону, но ладонь Фенриса оказалась быстрее, схватив его за пиджак. Рот мужчины издал странное «Кха…»
— Не имеет значения, как я буду жить дальше, — продолжал он, заглядывая Данариусу прямо в глаза и с наслаждением замечая плясавшие в них огоньки ужаса. — Отныне — это будет моя жизнь.
========== SPECIAL - VIII - ==========
I’m what’s left, I’m what’s right
I’m the enemy
I’m the hand that will take you down
Bring you to your knees
Он сидел на ступенях крыльца и задумчиво смотрел куда-то перед собой. Руки были сцеплены в замок, плечи ссутулились.
Хоук наблюдала за Фенрисом из машины, детектив Резерфорд и капитан Смит в это время уже спешили в его сторону по подъездной дорожке. Возле входа в здание лежали тела, но с такого расстояния было сложно рассмотреть кому они принадлежат…
Мариан запретили выходить, опасаясь за её жизнь: она видела, как полицейские вытащили пистолеты и бежали, оглядываясь по сторонам.
Фенрис не шевелился.
Не выдержав, Хоук дернула ручку. Само собой, дверь была заперта. Выругавшись и закусив губу, она снова пригляделась к застывшей на ступенях фигуре. Резерфорд подбежал к нему первым.
О боги, неужели они думают, что в этом здании есть хоть кто-нибудь живой?!
Фенрис устало поднял голову, словно только сейчас заметил Каллена. Хоук с облегчением вздохнула: на его лице не было следов крови.
Мужчина начал задавать ему какие-то вопросы, бурно жестикулируя. Капитан Смит, тем временем, сел на корточки возле одного из тел.
Резерфорд обернулся, махнув в сторону Мариан рукой, и та застыла, вцепившись в собственные колени. Взгляд Фенриса переместился вслед за жестом, замерев на автомобиле.
Он её не видел… Не мог!
Хоук со всей силы рубанула ладонью по стеклу, а затем снова зачем-то дернула ручку машины. Её нетерпение перерастало в злость. Словно предчувствуя это, Резерфорд вытащил ключи и нажал на кнопку открытия дверей: Мариан не ожидала, что преграда поддастся так легко и едва не вывалилась.
Когда она наконец выбралась из автомобиля, полицейские и Фенрис уже скрылись в доме.
Ругая их на чем свет стоит, прихрамывая и потирая затекшую ногу, Хоук заторопилась следом.
Проходя мимо тел, она все-таки не удержалась и посмотрела вниз.
Увиденное уже не шокировало. За все это время Мариан стала невольным свидетелем стольких смертей, что они все превратились для неё в нечто обыденное. Еще одна завершившаяся глава, конец чьей-то истории.
Это не волновало покуда её собственная история продолжалась.
— Весь первый этаж и те, что вы видели на улице, — войдя в здание, она услышала тихий голос Фенриса.
— А Данариус? — спросил капитан Смит.
— На втором этаже, в своём кабинете.
Мариан миновала коридор и очутилась в знакомом зале с лестницей. Ей вдруг показалось, что она была здесь очень-очень давно, хотя с того дня прошло всего лишь несколько месяцев.
События стерлись из памяти, теперь она видела их лишь в ночных кошмарах…
Оглядевшись, Хоук заметила, что в холле перекрасили стены.
Прошлые были в следах от крови.
— Хоук! Как вы здесь оказались? — недовольно заворчал капитан.
— Я открыл двери, — Каллен покосился на Фенриса, который повернулся и молча смотрел на девушку. — Пойдемте, нужно осмотреть второй этаж, — с этими словами он буквально потащил упирающегося мужчину вперед, давая Мариан возможность остаться с Фенрисом наедине.
Хоук проводила их взглядом, задержав дыхание от волнения и дождавшись, пока они не скроются из виду. Затем выдохнула и посмотрела на Фенриса. Тот почему-то молчал.