Чтение онлайн

Парень посмотрел на Данариуса. Тот сделался белым, как полотно, словно услышал что-то, чего отчаянно боялся. А затем на его щеках проступили красноватые пятна. Неожиданная перемена удивила Фенриса: мужчину будто пронзила судорога, он замер, половину лица перекосило в странной гримасе.

Голос стал громче, различались отдельные слова. В тишине кабинета песня звучала жутко и почти противоестественно.

Данариус не шевелился. Сцепленные в замок пальцы рук онемели и стали почти белыми, он сжимал их изо всей силы. В глазах на миг отразился страх, отчасти передавшийся и Фенрису. Женский голос на громкой связи перемежался с треском помех и действительно звучал будто по ту сторону.

Мужчина не выдержал и схватил трубку, его лицо окончательно перекосилось.

– Кто это? Отвечайте немедленно! Джек! Уоллес!
– Данариус закричал, будто в приступе.

Он звал карателей по именам, но Фенрис почему-то был уверен, что те не ответят. Он понял: что-то пошло не так. Данариус слишком долго ждал, его оцепенение было необъяснимо, но очевидно. Безупречный план провалился, сценарий нарушился.

На том конце провода тихо рассмеялись.

Фенрис не определил голос из-за помех, но смех вдруг узнал. Волна облегчения перемешалась с удивлением и шоком. Он не поверил своим ушам, неужели почудилось?

– С кем я говорю?!
– взревел в конец взбешенный Данариус. Он пытался скрыть страх, повышая голос, но его бледное лицо покрылось испариной.

– А разве это имеет значение?
– помехи придавали звучанию колорит. Мариан говорила спокойно и тихо, приходилось вслушиваться, что Данариус и делал, склонившись над динамиком телефона в неудобной позе.

– Где Мариан Хоук?!
– рявкнул он.

– Ты думаешь, тебя должны бояться?
– начала девушка.
– А сам сейчас дрожишь от страха, ведь так? Я знаю почему. Ты прячешь страх, закапываешь его в самые отдаленные уголки души, разрываешь на кусочки, закидываешь каждый по отдельности так далеко, что и сам веришь в их отсутствие, - раздался треск, голос исчез на мгновение, Фенрис заметил, что телохранители неприятно поморщились.

– У тебя есть человек, который тебе не принадлежит. Более того, Джеймс, люди имеют право принадлежать только тому, кому сами желают, и ты прекрасно это знаешь, не правда ли?

– Проклятая сука!
– закричал Данариус.
– Ты! Я тебя сразу узнал!
– на его лице отразилась печать довольства.
– Какого дьявола ты еще жива!?

– Ты прикрываешься благими намерениями, но все, кто тебя окружают, все, кто тебе предан, черны изнутри.

– Где ты находишься, проклятая мерзавка?! Думаешь от меня скрыться?
– прервал он.

– Напротив, Джеймс, я вовсе так не думаю, - Мариан усмехнулась.
– Мы идем за тобой.

– Можешь тащить сюда хоть полицию, этим ты ничего не добьешься!

– Зачем мне полиция, нас ведь всего двое, - заметила Хоук.

– О ком ты говоришь?!
– Данариус продолжал злиться, Фенрис понял, что Мариан каким-то образом удалось ввести его в замешательство. Он стал задавать вопросы и окончательно потерял контроль над ситуацией.

Хоук снова напела строчку из песни. На этот раз слова не прозвучали так жутковато, Фенрису даже показалось, что он знает, о чем речь.

– Мы заберем то, что тебе не принадлежит, - заметила она немного погодя.

– Я найду и прихлопну твою жалкую душонку! Ты осмелилась ввязаться туда, куда не следовало! Только сунься сюда и назад не выйдешь! ВЫ ОБА НЕ ВЫЙДЕТЕ НИКОГДА!

Данариус в ярости схватил телефонный аппарат со стола и с размаху швырнул его в стену.

Связь прервалась и все погрузилось в абсолютную тишину. Никто, разумеется, не осмелился произнести и слова.

Фенрис переводил взгляд с мужчины на телохранителей и обратно, словно одержимый. Мысль о том, что Хоук жива, в одночасье наполнила его дикой, необузданной энергией.

Хотелось вскочить, броситься на Данариуса, не взирая на его вооруженную охрану, и душить, душить до тех пор, пока глаза не вылезут из орбит. А затем убить всех, кто так или иначе мог представлять угрозу, вырваться из особняка, разыскать Мариан.

Живую и невредимую, его Мариан.

По телу прошелся жар. Действие парализующего препарата заканчивалось.

Мгновения Данариус стоял напряженный и недвижимый, словно обдумывал что-то. Фенрис понимал, что мужчина давно не был в подобном замешательстве. Слишком привык, что его приказы исполнялись беспрекословно и лишь с тем результатом, которого он ожидал. Но не теперь.

Затем его взгляд снова вспыхнул, он, кажется, что-то задумал. Поднял голову, посмотрел на Фенриса и ядовито улыбнулся.

Парень все еще не мог двигаться, но теперь имел ощутимый стимул для борьбы. Ему захотелось улыбнуться в ответ.

Осознание того, что Хоук где-то там, отчаянно борется за жизнь, дало толчок к действию. Все вокруг будто ожило, мир снова заиграл прежними красками.

Он не имел понятия, что произошло, но молился, чтобы удача сопровождала Мариан и дальше. Фенрис тоже был намерен бороться.

Данариус прочел это в его глазах. Губы тронула нервная улыбка, лицо вновь исказилось судорогой. Странное впечатление от разговора не покидало, было видно, что мужчина отчаянно борется, стремясь вернуть прежнее самообладание, но страх то и дело проскальзывал, будто хватая за горло.

Что за песню напевала Хоук, что за слова?

Она говорила, что они идут заберут то, что ему не принадлежит… Кто это – они?

Фенрис терзался вопросами также, как и Данариус, однако, не боялся, что Мариан идет. Напротив, он ждал этой минуты и надеялся, что узнает о ее приходе и поможет сбежать. Вместе.

Они обязательно что-нибудь придумают.

Данариус выпрямился, что-то сказал телохранителям: те мгновенно кивнули и покинули кабинет.

– Уважаемая мадам Боттомс, - он обратился к медсестре, все еще находящейся позади Фенриса.
– Последуйте моему приказу. Немедленно начните инъекции препарата, в соответствии с тем, что мы обсуждали ранее.

– Но с-сэр, - она осмелилась перечить.

– У тебя должен быть очень веский повод для подобной дерзости, - Данариус поджал губы, но, тем не менее, приготовился выслушать.