Это кто переродился? Трилогия
Шрифт:
— Давай через окно!
Увы, оно было почти под самым потолком — метра два с половиной, не ниже.
— Лезть по мне! — крикнул я Марьяне.
Едва она вцепилась в подоконник, как с третьим ударом дверь вынесло. Грохнувшись об пол, она подняла тучу пыли. За порогом чернела грозная фигура в плаще. На пальцах, сжатых в кулаки, блестели золотые кольца. За стеклами очков горели ярко-голубые глаза.
— Стоять! — крикнул Инквизитор, и татуировки на него лысой голове вспыхнули синим светом. — Вы арестованы!
К счастью, Марьяна уже перелезла через подоконник с сумкой в руке. Я же шагнул к Пушку — сила во мне закипала, и монстр начал пятиться. Своими щупальцами эта тварь перегородила весь проход.
— Отойди с дороги! — произнес я, посмотрев ему в глаза. — Твое дело — жрать людей!
Инквизитор же шел на нас — мощи он был ничуть не меньшей, чем Аристарх. От него ударило такой волной силы, что по стенам зазмеились трещины. Я тоже едва устоял.
Не став ждать от моря погоды, я прыгнул прямо на Пушка. Тот взвыл от ужаса, но я, пнув его каблуком, направил прямо на Инквизитора. Тварь взвизгнула, а я, оказавшись позади, бросился искать выход.
Уже у самого поворота обернулся, и там полыхнуло так ярко, что вслед голубым всполохам пламени все потонуло в дыму. На миг я оглох, почти ослеп и совсем потерял ориентацию в пространстве, но к счастью смог разглядеть окно в подсобке. Стекло давно вынесло, так что я просто вывалился с другой стороны. Больно ударившись об асфальт, подскочил и помчался со всех ног — за забором был густой лес.
Да, делов мы наделали знатных… К счастью, моего лица Инквизитор так и не увидел — маска все еще была на мне.
Перескочив через забор, увидел фары. Это было такси.
— Эй, Вань! — и из окна показалась Марьяна.
Дверь мне открыли на ходу и, стоило запрыгнуть в салон, как Стас развернулся и дал по газам.
— Фух, пронесло! — смахнул таксист пот со лба. — Вы чего, ребята, смерти ищете?!
Не ответив, я схватил обе сумки и прижал к себе.
— Мое… все мое…
Сзади же царил полный хаос. Крыша склада горела, дым поднимался до самого неба. И прежде чем пожарище исчезло среди деревьев, я увидел как из огненного марева медленно выходит фигура.
Инквизитор. Его глаза горели голубым светом.
Всю обратную дорогу я лежал, не выпуская золото из рук. Мне было хорошо, но при этом и немного больно — после взрыва на мне живого места не осталось. Марьяна как могла старалась залечить мои раны.
— Ссс!
— Терпи! — шикнула она и, взяв несколько монеток, начала раскладывать по мне как по шахматной доске. — Так лучше?
— Лучше… — и я улыбнулся. Пощипывая, раны принялись затягиваться сами собой. — Эхх…
— Да что ты?! Я даже не коснулась!
Я поморщился. Мое лицо выражало смертельную муку.
— Кажется, обронил монетку…
— И только?!
Закатив глаза, я отвернулся. Девчонка! Да что ты понимаешь в золоте!
— Сколько накрутило? — спросила она, а Стас только махнул рукой. — Нет, сколько?!
— Много… Но мы же…
— Мы заплатим с чаевыми. Иван, будь другом.
Поворчав, я вытащил из сумки пачку бумажных денег и сунул водиле. Они не составляли для меня большого интереса. От удивления Стас чуть руль из рук не выпустил.
— Это…
— Бери-бери! — улыбнулась Марьяна. — За смелость!
— И чтоб никому не говорил, что видел и где был, — добавил я.
— Я могила!
— Так, Иван, переворачивайся на живот!
Бурча, я сделал так как она просила. Задрав мне рубашку, Марьяна принялась раскладывать монетки.
— Эхх… — вздохнул Стас, поглядывая на нас в зеркало. — А в мое время ставили банки… Ну знаете, мажешь спину спиртом, прижигаешь и раскладываешь…
— Ужас-то какой! Наверное, эту пытку Он лично придумал! — хихикнула Марьяна. — Иван, не дергайся!
Мы вернулись в бар за полночь. Взяв у Стаса номер телефона, я доверил ему отвести Марьяну в общежитие, а сам направился в бар. Несмотря ни на какие «золотые» процедуры, но помяли меня прилично — без здорового сна тут не обойтись.
— Раз уж мы надрали зад Лео, то можно вернуться ко мне, — заговорил Иван. — Может быть, молоко еще не успело прокиснуть…
— В тот клоповник?! Ни за что! Да и вообще, долго ты собрался сидеть в моей голове?
— В твоей? С чего бы это она твоя?!
— Потому что тело теперь мое. Ты-то, как я погляжу, и пальцем не можешь шевельнуть?
Иван сильно застонал и… у меня в ботинке задергался мизинец.
— Хорошо! — хохотнул я. — Беру свои слова обратно!
— Зараза! Ну ничего, погоди…
Пока он пытался побороть меня, я закинул через окно сумку в комнату, а сам, чтобы не возникло лишних вопросов, вошел в бар через главный вход. Внутри было шумно, но стоило мне пересечь порог, как пьяные крики, гогот и звон стаканов тут же стихли — стало тихо как в библиотеке.
— О… — раздался голос с дальнего столика. — Иван пришел!
Борис же при виде меня облегченно выдохнул.
— Всем спокойной ночи, — сказал я и направился к себе. Настало время разбирать сокровища.
Как только за моей спиной закрылась дверь в комнату, шум вновь наполнил бар. Вытряхнув из сумок все до последней монеты, я ссыпал золото на диван. Вышла недурная горка, но не будем обольщаться — это лишь капля в море.
После душа я смог, наконец, устроиться сверху.
— Красота…
Следом раздался обессиленный стон.
— Черт! — снова заговорил Иван, дергая мизинцем. — Я заперт тут! В СВОЕМ ТЕЛЕ! Это ты виноват!
— Я спас тебя, дурак, — ответил я, набивая подушку золотыми монетами. — Сначала от смерти, а потом от целой банды. Цени это. И оставь в покое мой мизинец.
— Но это МОЙ мизинец!
— Ладно, его можешь забрать себе. Спокойной ночи.
Вытянувшись, я сладко зевнул, а затем… снова вспомнил про утерянную монетку. Пришлось немного повертеться, прежде чем мне наконец удалось уснуть.
— Черт…
Интересно, как она там? Одна…
Пепелище на месте складов.