Это кто переродился? Трилогия
Шрифт:
— А еще этот гном, — пробормотал я. — Он точно затаит злобу.
Раз так, то нужно держать ухо востро и поднакопить сил. Сейчас зайдем в бар, поднимемся по лестнице и…
— Так! — и на пороге «Золотого котла» вырос Борис. — Ты время видел?!
Я поглядел на часы. Было 6:44.
— А ну быстро на пробежку, рядовой! Бегом!
Иван снова зарыдал.
— Нет… Ты же не хочешь, еще и…
Нет, я хотел. Какими бы уставшими мы ни были, но обещание есть обещание. А я всегда выполняю то, что обещал.
Закинув золотишко к себе, я побежал по улицам. Город просыпался.
Улицы города.
Шептун снова стоял на крыше и наблюдал за переулком неподалеку от бара «Золотой котел». И в нем нынче было людно.
— Парень? Один парень вынес целую банду?! Ты издеваешься?
На огороженной забором парковке стоял амбал ростом в два метра, бугристый и широкоплечий как атлант, с презрением оглядывал ряды разношерстной шпаны — а их было с полсотни, не меньше. На его лбу была толстая металлическая пластина. Встречаясь с ее опасным блеском, каждый опускал глаза в землю. Шептун знал его — это был Феликс, бандит по прозвищу Кувалда. Опасный, жестокий преступник.
Напротив же трясся коротышка с перевязанной рукой и с многочисленными ожогами.
— Но он… Но он…
Не успел коротышка договорить, как амбал схватил его за грудки.
— Один парень обчистил Эмиля, а потом разнес хату Лео?! Это шутка?
— Нет, Феликс! Ты просто не видел его!
— Он не человек! — закричали парни за его спиной. — Лео бил его кастетами прямо по лицу, а он только смеялся!
— А Макс ударил его заточкой, и он все равно встал!
— И даже Пушок, говорят, об него зубы обломал! А еще Инквизитор…
— Может, он бессмертный?!
По рядам прошелся пугливый шепоток и парни начали озираться. Кувалда же, откинув голову назад, расхохотался.
— Чушь… Бессмертие — это сказки для бабок и детей.
— Не веришь?! — и коротышка вырвался. — Тогда пошли! «Котел» недалеко! Он там постоянно зависает!
Кувалда вздохнул.
— Столько шума из-за какого бара… Хорошо. Где…
— ВОТ ОН!!!
И все как один повернулись к выходу из переулка. К ним бежал какой-то парень.
Амбал свел брови.
— Это же?.. — и он повернулся к своим дружкам. — Он же совсем пацан!
— Эй, вы! — донесся до них крик. — Вы чего столпились? Дорогу!
Кувалда опешил — парень мчался на них как бешеный, словно спринтер. На руках и ногах у него были утяжелители. В карманах что-то звенело.
— Ты Иван Обухов? — крикнул Кувалда, выходя ему навстречу
— Да! А ты кто?!
— Я тот, кто раздавит тебя! Меня зовут…
— У тебя есть золото?
— Какое к черту…
— Нет золота, значит отвали! Дорогу!
Мотнув головой, амбал зарычал:
— Ну-ка иди сюда, сопляк! За дерзость…
Парень рванул изо всех сил. Их разделял сетчатый забор, и он, проигнорировав калитку, вскочил наверх, а затем сиганул вниз — и прямо на плечи амбала. На его кулаках заблестели золотые кастеты. Не успел Кувалда дернуться, как парень, усевшись на нем как на стуле, влупил ему по лицу.
— Что… — и удары посыпались градом. После десятого хука в челюсть амбал закачался. Парень соскочил с него — легко как пушинка — а вот его противник рухнул на землю как мешок с песком. Лицо у него превратилось в кашу, а зубы были выбиты в шахматном порядке.
Парень выпрямился, и стоило ему оглянуться на шпану, что обступила его кольцом, как все полсотни парней попятились.
— Ну, кто следующий?!
— Вы что, струсили?! — заверещал бандит с перевязью. — Он всего один! Бей его!
Однако остальные как-то спешили бросаться в драку. Парень ухмыльнулся.
— И что вы мне сделаете? Вас-то всего четверо.
Вдруг в него полетели палки с камнями. Увернувшись, парень кинулся в драку. Толпа поглотила его, и Шептун уже было решил, что ему крышка, но нет — то и дело он выпрыгивал из этого моря людей, вбивая кастет то в одно, то в другое рыло.
А их и вправду было всего четверо — одновременно нападавших. Остальные просто мешались друг другу и тупо били своих товарищей по затылкам. Скоро под ногами у парня елозили в кровь избитые бедолаги.
Когда их накопилось с десяток, откуда-то зазвучал голос:
— Эй, Обухов! Ты не охренел бить каких-то увальней?! И без меня!
Шептун повернулся на голос — а к ним мчался еще один тип. Здоровый и жирный как боров, но бежал он с таким остервенением и прытью, будто первоклассный спортсмен. В зубах дымилась сигарета, в руках был деревянный меч.
— Бомбочкой! — и ударом в чью-то морду он тоже присоединился к избиению.
Конца дарки Шептун не стал ждать — и так было понятно, что бандитов ничто не спасет. Нужно было еще доложить Вергилию: Обухов успешно готовиться к Испытанию.
— Выплевывай!
Избитый бандит плюнул золотым зубом мне в ладонь.
— Еще!
Он снова плюнул. Снова золотым.
— Еще!!!
— У мефя мофше неф… — и он раскрыл свою беззубую пасть. — Прафда…
Фыркнув, я встал на ноги. Золотом от него действительно не пахло.
— Значит, завтра принесешь еще золота. А иначе снова поищем пару коронок у тебя во рту. Понял?
Он кивнул и отключился. Я же, развернувшись, оглядел ряды стонущих на земле бандитов.
— У кого еще осталось золото? Ты! Кольцо, давай сюда! А ты чего отворачиваешься? Все слышали?!
Посиневшие лица повернулись ко мне.
— Все золото понесете в «Золотой котел», а не то! — и я хрустнул пальцами. — Будет плохо! Поняли?
Бандиты кивнули. Ну и прекрасно.
После драки меня слегка шатало, но я не жаловался. Золота удалось набрать полные карманы, да и разминка вышла неплохая. Теперь можно и вернуться к тренировке.
Артура пришлось взять с собой. В конце драки он сильно ударился головой и вернулся в свое неловкое сознание.
— И чего им было надо?.. — бурчал я на ходу. — Артур, есть идеи?
Пробежав положенные десять километров, я оставил истощенного Зайцева на лавочке, а сам бросился в реку. После трех километров схватил скакалку. Попрыгав сорок минут, с места рванул обратно.
— Пощади…. Пощади… — ныл проснувшийся Иван. — Я больше не могу…
— Терпи! Это все ради дела! Ради Башни, ради Принцессы, ради золота!