Чтение онлайн

Кристина знала себе цену. Вниманием мальчишек была избалована ещё в школьные годы. В студенческие – Мисс Колледжа, первая красавица даже официально. Замуж выскочила раньше всех подруг – на втором курсе. Пусть и гражданский брак, но всё равно.

Сопливые ухажёры – одногруппники остались с носом. Виктор, – взрослый, двадцатипятилетний омоновец, красавец и брутал, с которым Кристина познакомилась в клубе, затмил всех.

Парень один вокруг Крис тогда вертелся. Ничего такой, смазливый. Коктейльчиком угостил, станцевали медлячки пару раз. Виктор его тупо отодвинул. Грубо, невежливо. Парнишка пытался что-то там вякать, но Виктор его толкнул слегонца, тот упал.

Охранники прибежали, но омоновец быстро всё уладил. Да и хахаль не стал выяснять, кто тут сильнее. Итак ясно. Взглянул на довольную Кристину, плечами пожал и ушёл.

А Виктор Кристину до общаги проводил. Цветы потом охапками привозил. Приезжал к студенческой общаге, где жила Кристина, на синей иномарке. Выходил и, небрежно облокотившись на приоткрытую дверцу авто, излучал харизму. Девчонки стонали по нему. Пацаны осторожно обходили стороной.

А Кристина впервые почувствовала что не только она королева, но и король – вот он, рядом. Достойный.

Сексом первый раз занялись в его машине. На парковке у заброшенного цеха. Страшно Кристине не было – не впервой. Наоборот, она как мартовская кошка ждала этого момента. Как только Виктор заглушил мотор, и перебрался к ней на заднее сиденье, Кристина, дрожащими от нетерпения руками расстегнула тугой армейский ремень и ширинку на приподнятых навстречу крепких мужских бёдрах.

Ни с одним мужчиной она не испытывала похожих чувств. Словно тело её, отшвырнув душу, тянулось в объятья этого большого и крепкого парня. Запах его пота приятно дурманил и возбуждал. Его поцелуи не были нежными – он брал её грубо и смело. Брал руками, губами, телом, пьянящим ароматом мускуса.

Кристина терпеть не могла, когда при поцелуях, парень совал в неё свою тыкающуюся мокрую лепёшку. Но язык Виктора был другим. Его язык агрессивно властвовал у неё во рту – толстый, упругий, он заполнил собой весь рот. Его хотелось ловить, втягивать в себя, тереться об него нёбом.

Одной рукой Виктор, как гриву у породистой кобылы, перебирал её волосы, на мгновения сжимал в кулак, так что лёгкий стон вырывался из её груди. Он словно контролировал её постанывания, снова и снова натягивая волосы. Вторая рука нырнула к ней под блузку, по-хозяйски, без церемоний, задрала бюстгальтер и стала мять, тискать, лапать, – Кристину накрыла волна похотливой жажды – да, да, хочу так! – откликающуюся грудь. Вмиг включившиеся соски по всему телу отправляли импульсы желания и сладострастия.

Трусики она в тот вечер предусмотрительно не надела.

Волна оргазма трижды накрыла Кристину прежде, чем Виктор отпустил её бёдра, которыми, казалось, распоряжался без её помощи.

Откинувшись на сиденье, с задранной блузкой, оголявшей грудь, с копной перепутанных волос, мокрая, ошалевшая от собственной похоти, Кристина восторженно подумала: "Так вот, что значит оттрахал".

На внутренней стороне бедра заныла мышца – оказывается, всё это время пряжка ремня Виктора впивалась в ногу. Грудь, очнувшись от гипнотического кайфа, откликнулась лёгкой болью. На следующий день даже проступил небольшой синячок.

Но это был лучший секс в жизни Кристины. Секс с брутальным, настоящим мужиком.

Через две недели она переехала к Виктору. Мать пыталась по телефону возмущаться, что "как так, не расписывались, а живёте", но кому нужны эти формальности – колечко Виктор подарил, Кристина носила как обручальное. Что ещё?

Первый раз он ударил её через два месяца. Поздно домой пришла. Ну не совсем ударил – толкнул. Хотел бы ударить – не ней живого места не осталось. Волновался, вспылил, ревновал. Потом на коленях стоял, ноги целовал. Пока не простила – не отпустил.

А меньше, чем через месяц Виктор Кристине пощёчину залепил. С работы к нему коллега заходил, Кристине комплимент какой-то дебильный отвесил – она поблагодарила. И улыбнулась, якобы, по-блядски...

Оскорбления, слёзы, крики, мольбы о прощении. Простила, конечно.

Кристина никому об этом не рассказала. Стыдно. Девчонки завидуют, восхищаются. А королева, что же, по мордасам получает?

Колледж кое-как закончила помощником юриста. Можно было и дальше пойти учиться – в университет. Но на бюджет Кристина экзамены бы не сдала – она в колледже-то училась, слава богу, за "красивые глазки". А платить за обучение Виктор не согласился, и родители давно дали понять, что замужнюю, пусть и неофициально, дочь финансировать не собираются.

Кристина почти год просидела дома, боялась, что если на работу выйдет, то "муж" приревнует к кому-нибудь из коллег. Улыбаться старалась пореже, чтобы в неподходящий момент не выглядеть кокеткой.

Избил он её потому, что когда мыла окна – заигрывала с соседом, который курил на балконе в доме напротив.

Утром, когда Виктор на службу уехал, Кристина подошла к зеркалу и долго, – минут пятнадцать, – смотрела на девушку за стеклом. На лице кровоподтёков не было. Виктор следил за тем, куда бить. Кристина ухмыльнулась. Какие у него вспышки гнева, оказывается, аккуратные. Продуманные.

Скинула ночнушку. Тело, с окрасом снежного барса: на белой коже хаотично разбросаны пятна синяков.

– Он ведь убьёт тебя. – сказала девушке-барсу. Та промямлила "но он ведь меня любит, просто вспыльчивый, ревнивый очень".

– Решай, что тебе дороже: такая любовь или жизнь. – девушка в отражении заплакала.

Позвонила родителям. На удивление, мать по телефону не стала допытываться у Кристины, что случилось. Словно без слов всё поняла, почувствовала.

– Мам, я ушла от Виктора.

– Приезжай домой.

Самое страшное было позади – мама не отвернулась. Только нажав на кнопку отбоя, Кристина поняла, как сильно боялась, что мама, без одобрения встретившая "замужество" дочери, фыркнет что-то типа "Я тебя предупреждала" или "Сама обженилась-сама и разбирайся". У них столько раз были ссоры именно по этому сценарию...

Через час Кристина уже ехала к родителям.

Кристина смотрела, как убегают за окном электрички сначала большие дома города, потом маленькие садовые домики пригорода, потом деревья, кустарники, поля... Убегают, все убегают... Всё просто. Если тебе плохо – уходи, убегай. Не надо притворяться счастливой, не надо думать, что подумают другие. Не стоит стыдиться своего проигрыша. Да и сам стыд придумывать – не надо!

За окном мелькнула просёлочная дорога в поле. В колее, размытой недавними дождями и раздолбанной уборочной техникой, застрял легковой автомобиль. На кой его занесло в поле – навигатор повёл не той дорогой или водитель решил срезать путь – неизвестно.

Одинокая, увязшая в грязи машинка. Выберешься ли ты оттуда до темна? Хватит ли своих сил?

Электричка уже показывала Кристине другие картинки, но она всё думала о недавно увиденном. Ещё немного и она бы, как этот автомобиль в грязи, застряла в отношениях с тираном.