Чтение онлайн

Пока я со студентами болтал, из разных подъездов выбралось примерно три десятка человек. Еще восьмерых пришлось выводить нам. На первом этаже их подъезда уютно обосновалась парочка "деревянных". Для моих парней — минутное дело, но вот для безоружных штатских — почти непреодолимое препятствие. Хотя, тут все не только от наличия оружия зависит. Смогли ведь те же "скубенты" молотком и "палочкой для игры в американскую лапту" аж шестерых мертвецов во дворе упокоить? Понятное дело, что тесном подъезде с мертвяками воевать сложнее, чем в просторном дворе, ну, так и двое — далеко не шестеро. Просто у кого-то в критической ситуации хватает смелости и решительности рискнуть, пусть даже поставив на кон собственную жизнь, а у кого-то — нет. И, если у первых почти всегда есть шанс, пусть и не стопроцентный, но есть, то вторые без помощи извне — обречены. М-да, такая вот грустная постапокалиптическая статистика…

Большая часть выбравшихся во двор граждан шустро начала рассаживаться по своим машинам. Правда, "безлошадных" тоже оказалось предостаточно и пришлось их "трамбовать" по машинам соседей. Как придется, по одному, по двое. Тут уже не до того, чтоб семьи вместе ехали — лишь бы места на всех хватило. Ничего, пусть и порознь, зато поедут. Ну, а то, что тесновато… Тут недалеко осталось, потерпят. Под "броню" я уже никого втиснуть не смогу, даже если это будет ребенок или какая-нибудь симпатичная барышня, навроде нашей спасенной офисной блондинки в рваных чулках. Не поместятся. Некуда. Что, все? Раз так, то поехали, а то позади нашего "бардака" скоро бруствер из трупов образуется, через который только два наших бронетранспортера, да задранный внедорожный "Шевроле" переберутся.

На Маяковке, вышла небольшая заминка: маленький внутренний двор оказался недостаточно велик для той колонны автомашин, что мы привели. Опять же, в нем уже два наших омоновских "Урала" стояло, "приблудный" бронетранспортер БТР-70, попавший сюда примерно так же, как наша оставшаяся "в наследство" от таманцев "восьмидесятка" да микроавтобус-"реанимобиль" МЧС. Да если приплюсовать ко всему этому две наши "коробочки"… Места оставалось только-только бочком мимо всего этого хозяйства протиснуться. Предложение оставить машины снаружи сначала едва не вызвало маленький бунт среди прибывших. Но тут в дело вступил Антон, который помимо внушительных габаритов обладал еще незаурядным обаянием и талантом дипломата. Всего за несколько минут он уладил едва не разгоревшийся конфликт и часть приехавших, получив на прощание предельно четкие инструкции куда нужно ехать, чтобы спокойно, насколько это вообще в нынешней ситуации возможно, выбраться за пределы Москвы, двинулась дальше. Как ни странно, но кроме спасенных нами студентов и всех "безлошадных", у которых просто не было иных вариантов, дожидаться плановой эвакуации решили и несколько человек, имевших свои машины. В принципе, можно и их понять: ехать за пределы Москвы им некуда и не к кому, рисковать своими жизнями, надеясь на "авось" — тоже не хочется. А тут — надежные стены и крыша над головой, кормежка, здоровенные мужики в камуфляже и с автоматами в качестве охраны… Опять же, Тисов их клятвенно заверил, что когда придет колонна, им расчистят дорогу к машинам, и эвакуироваться в лагеря беженцев они смогут на своих личных авто, но в составе охраняемого конвоя. А там, может, и найдут себе место в новом мире.

Проконтролировав размещение привезенных нами людей и сдав компанию "скубентов" с рук на руки врачам из МЧС, в дружный коллектив которых какими-то неисповедимыми путями влились аж два врача столичной "неотложки" (и как выжить-то умудрились в безумии первых дней всего этого?), я пытаюсь выяснить, где тут, собственно, наши расквартировались. Медики, добрые души, указывают направление. Искренне их благодарю. Вроде и небольшой дом, а планировка сложная, тут с непривычки и заплутать не долго.

К моему нескончаемому удивлению, Тисов с остальными нашими архаровцами засел не в "Ростиксе", "Иль Патио" или суши-баре, а в расположенных на втором этаже над "Американским грилем" помещениях пресс-службы "Интерфакса", Странно, ей-богу, это ж прописная истина: первый вопрос, который задает приехавший на выезд боец ОМОН, еще даже до того, как выяснит, кого именно тут бить можно, а кого — не нужно: "Когда кормить будут?" А тут такое резкое и неожиданное выпадение из образа. Явно предвидя возможные хохмы по этому поводу, Антон сразу отшутился: мол, все вкусное они уже сожрали задолго до нашего приезда, так чего тогда там делать? В пресс-центе кресла намного мягче. Думаю, в другое время народ бы обязательно позубоскалил, но только не сегодня. После того, что произошло, ни у кого желания шутить не возникает. Причины нашего состояния Антон пока не знает и наши угрюмые лица ему явно не по душе.

— Так, парни, хорош брови хмурить. Айда, перекусим чего-нито! Как говорится, чем бог послал…

Ну, да, ну, да. "В тот день бог послал…" Короче, очень быстро выяснилось, что насчет "все сожрали" Тисов мало-мало преувеличил. Запасы в холодильниках фаст-фуда были еще весьма приличные. Все потому, что на гражданских их никто не тратил. Тут места было куда меньше, чем на Житной, и потому спасенные долго не задерживались — их сразу же после обязательного карантина вывозили в подмосковные лагеря беженцев. Соответственно, при такой текучке никто и заморачиваться не стал организацией горячего питания. Смысл? Пока на полевой кухне суп готов будет, те, кому его варили, уже где-то под Софрино или Наро-Фоминском окажутся. Куда проще привезти пару-тройку фур с армейскими "сухпайками". Да, далеко не ресторан "Славянская трапеза", но вполне съедобно и питательно. Многим штатским каша из того же ИРП-П [81] с непривычки даже нравится, особенно перловая. Просто, они ею в горах по шесть месяцев не давились изо дня в день. Да и паштет и орехово-шоколадная паста там тоже вполне ничего. Словом, проблему питания тут решили по методу "дешево и сердито" — враз лишившимся всего: дома, родных, привычного мира вокруг людям было почти все равно, что именно есть. А всевозможные фаст-фудные "разносолы" с наглыми физиономиями зажилили в качестве "оперативного резерва Ставки", в смысле, для себя. Впрочем, ничего плохого в этом не вижу, при том количестве беженцев, что через Маяковку прошло, холодильники "Ростикса" и "Американского гриля" опустели бы, наверное, максимум за двое суток, а то и раньше. А вот малочисленному гарнизону из бойцов ОМОН и сотрудников МЧС всей этой картошки-фри, кукурузы и прочих нагетсов и куриных крылышек не на одну неделю "автономки" хватит. Главное, чтоб электричество было.

Поздний обед, или ранний ужин, это с какой стороны посмотреть, нам накрыли в зале "Ростикса". Странно, блин! Я ведь тут бывал несколько раз. Сидел на этих самых красных дерматиновых диванчиках, угощал одну симпатичную девушку пивом и острой курицей, ел с другом вареную кукурузу и пил отдающую водопроводной водой "Кока-Колу". И выглядело тогда все вокруг совсем иначе. А сейчас вместо яркого солнечного света за огромными окнами — тусклый, помаргивающий свет запитанных на бензогенератор во внутреннем дворе лампочек. Да и вместо самих окон — толстые листы местами ржавого, с отстающей краской железа, не очень аккуратно сваренные между собой — сварной шов грубый, кое-где даже окалину не отбили. Но главное даже не в этом уродстве, а в том, от чего оно нас отгородило. Как вспомню эти серо-зеленоватые, обвисшие мертвые лица, эти совершенно невозможные, наполненные злобной не-жизнью глаза… Бррр, никогда не считал себя сильно впечатлительным, но от таких воспоминаний кусок в горло не лезет.

Почти не чувствуя вкуса набиваю кишку, молча, кивком, благодарю двоих парней, хозяйничающих в здешнем "горячем цеху". Один из МЧС, а второй, судя по шеврону, из Московского ОМОНа, видать, дежурные по камбузу.

— Ну-ка, брат, — легонько толкает меня кулаком в плечо Антон, — пошли, пошепчемся. Вид у вас какой-то нехороший. Давай, выкладывай, что произошло.

Ну, я и выложил. И про Рыбалкина, и про мутантов, что пост Минюста на Ленинском перебили, и про ушедших таманцев, и про девчонку в ДАСе, и про бойню на Житной. А "на сладкое" — про повешенных по моему приказу "коллег" на Садовом.

— Зашибись! — задумчиво тянет Антон. — Нормально погулял, товарищ прапорщик. Сильно фигово?

— Да будто в бадью с жидким дерьмом с головой окунулся, — не стал корчить из себя непрошибаемого и невозмутимого героя я. — Больше всего хочется нажраться до поросячьего визга, в слюни. Одно только и останавливало до сих пор, что дел полно было…

— Вот и хорошо, что полно, — серьезно смотрит мне в глаза Антоха. — В такой ситуации лучше всего самого себя загрузить по самые ноздри, чтоб на всякие мысли не по делу и прочие рефлексии ни единой секунды не оставалось. Только на перекусить и поспать немного. Уж поверь, по себе знаю.

Не доверять старому товарищу даже и в мыслях не было. Биография у него, пожалуй, еще кучерявее, чем у меня самого. Если говорит — значит знает о чем. Однако, давать добрые советы всегда легче, чем их реализовывать на практике. Легко сказать — займи себя. А чем?

Заглянувший в дверь паренек в милицейской форме с большой желтой буквой "К" на погонах и нашивками третьего курса на рукаве, призывно махнул рукой.

— Товарищ лейтенант, Посад на связь вышел, вас спрашивают.

Кивком отпустив посыльного, или кто он тут, Антон ободряюще пихнул меня кулаком в плечо и вышел. Я достал из кармана камуфляжа "Нокию". Ну, да, похоже, мобильной связи совсем амба приснилась: не только уровня приема на экранчике нет, но и привычного Мегафоновского логотипа. Понятно: "Панночка помэрла". Блин, и как теперь без "мобил"? Вроде, и вошли они в нашу жизнь всего лет десять назад, а уже никто толком не помнит, как же мы без них обходились. Вот и сейчас: казалось бы, нужен тебе человек, достал "трубку" ткнул пару-тройку раз пальцем по кнопкам, и — вуаля, общайся на здоровье. А теперь только если по рации. Эх, как же быстро мы привыкаем к удобствам и с каким трудом потом от них отвыкаем!

— На ловца и зверь бежит, — Антон остановился на пороге и смотрит на меня. — Хотел работы — получи и распишись! Из Отряда просили оказать все возможное содействие в вывозе складов с Пожарской.

— Они умом там тронулись, что ли? На той Пожарской барахла — не один десяток полноразмерных фур под завязку набить можно!

— А барахло оттуда вывозить пока никто и не будет. Одежда, обувь, всякие носки-ремни-шапки пусть и дальше лежат. Понадобятся — прокатимся и возьмем, что нужно. Но вот людей оттуда пора забирать и вывозить к нам, слишком опасно там стало. Ну, и, понятное дело, оружие, боеприпасы, связь и все СИБ и САО [82] велено вытаскивать уже сейчас все, что есть, и распределять между подразделениями. А тех подразделений и осталось — мы, подольцы, да "Булат" [83] с долгопой [84] на пару. Вот на всех и поделим, по братски, потому что поровну — слишком мало выйдет.

— Ясно, — понятливо кивнул я. — В большой семье кто раньше встал, того и тапки…

— Угу, — поддакнул Тисов. — А еще, если я все правильно помню, там во дворе полно машин стоит, новых только с завода пригнали. Так вот, бери себе всех, кто рулить хоть немного умеет, и выводи оттуда все УАЗы и грузовики с кунгами, что сможешь.

А ведь и верно, только "Хантеров", в милицейском окрасе на площадке возле склада десятка полтора стояло. Были еще и "Форды" и "четырнадцатые"-"пятнадцатые", но те под наши реалии теперь не очень подходят, а вот УАЗы — вполне.