Чтение онлайн

ЖАНРЫ

Это мы, Господи, пред Тобою…
Шрифт:
Опустошенность
Все кончилось. Разомкнуто кольцо — Спектакль сыгран. Грим не нужен. В оправе зеркала померкнуло лицо И рот увял. Зрачок устало сужен. Ты только что, дрожа изнемогал, Сгорая в пламени «шестого чувства». И задыхался зал и замирал С тобою связанный тенетами искусства. Открой глаза. И не увидишь ты Ни блеска хрусталя, ни солнечного блика. Преображенный по велению мечты Мир потерял убор свой огнеликий. Погасли рампы праздничной огни И сцены будничное чрево приоткрыто: Так озаряет паутинные углы Ненужный свет забытого софита. Там холодно и тихо. Там теней Застыли медленные покрывала, И кажется бездонней и страшней Громада темная уже пустого зала. Поэтами воспетый плащ Звезды Валяется в пыли. Померкла позолота. Спектакля сыгранного тленные следы Подобны меркнущим огням болота. Все вещи стали грязными и злыми. Теперь бессонница до самого утра. Стучится боль ударами глухими… Так жизни целой кончена игра. Киселевка. Ночь 4–5 мая.
Перекрестки
Мы прежде были одной душою, Одной струною, слезой одной… …когда умрем, Ты станешь ветром, а я травою, Ты будешь песней, а я звездой. Полна предчувствий и ожиданий Я жду и верю, далекий друг, Настанет скоро пора свиданий, Минует скоро пора разлук. На перекрестках гуляет ветер. Опять закрыты глаза судьбы. На перекрестке в такой же вечер Однажды повстречались мы.
Гулаг
Я в мир амеб однажды низошла, Влача изысканные покрывала; И мне открылось в фокусе стекла Простейшей жизни мудрое начало. Средь них познала я народа тело — Кирпич строительный вселенских зданий, Средь них от слепоты прозрела, Отринувши тщету воспоминаний. О счастье, просто видеть и дышать, Не зная груза нужных нам понятий; Сначала только страшно наблюдать Любовь без поцелуев и объятий. Бездумно жить на тризнах и пирах. Вкушать земли простые злаки. На лицах грубых и больших руках, Ремесл тяжелых оставляя знаки. От горя — плакать, в радости — кричать, Топить очаг в своей землянке-клетке; И медленно, не слышно умирать, Как умирают сломанные ветки. Создание себе подобных тут — закон, И право — естество. Тут есть обычай власти. Здесь непонятен страждущего стон, Погибельны и бурны страсти. Мир этот прост, но вовсе не убог, А лишь добру и злу потусторонен; В нем нету наших выспренных тревог, Он вечно юн и гармонично скроен. 1953 г.
«Богиня правосудия — плавник» [41] Печаль и боль, неправду и обиду Могла легко измерить на весах Богиня правосудия — Фемида, Судившая с повязкой на глазах. Сто раз воспета строгость этих линий И мрамор уст склоненного чела… И кто бы мог подумать, что богиня Во все века несчастною была. Столетьями хотелось ей повязку Сорвать с лица и посмотреть в упор На сплетника, глядящего с опаской, На вора, опускающего взор. Хотелось исторгать ей гнев и жалость, Высоким состраданием горя, Чтоб каменное сердце задрожало Сочувствием к обиженному зря. Хотелось хохотать над славой мнимой И радоваться, оправдав раба… Судить людей, не видя подсудимых, Поистине, несчастная судьба…

41

Прим. автора: из газет хрущевского периода.

Приложения

Вступление к приложению № 1

Среди бумаг недавно ушедшей от нас Евгении Борисовны Польской, в ее интереснейшем писательском архиве, была найдена самодельная тетрадь, сшитая из листов оберточной бумаги и разлинованная от руки. На ее обложке Евгенией Борисовной сделана запись: «Письмо Л. Н. Польского из лагеря Н. С. Хрущеву». Рядом поставлен владельческий штамп — «Собрание Л. Н. Польского». Судя по всему — это черновик памятной записки, составленной Леонидом Николаевичем в Воркуте в начале 1955 года.

Ознакомившись с содержанием письма, сознавая его исключительную историческую ценность, мы решили подготовить его публикацию, с незначительными сокращениями, сопроводив следующим замечанием:

Л. Н. Польский, сам находясь в нечеловеческих условиях сталинского ГУЛАГа, отбывая повторный 25-летний срок заключения, нашел в себе силы и мужество написать «Слово» в защиту своего народа — обездоленного и репрессированного Казачества.

В форме «памятной записки» он явил высшему руководству страны страшный список его (руководства) преступлений против казаков, предложил возможный выход из сложного тупика, в котором оказались, по вине сторонних сил, сотни тысяч ни в чем не повинных людей.

Хотя страна уже два года жила без Сталина, Система им созданная продолжала оставаться незыблемой и всемогущей. Очевидно, что голос Л. Польского, поданный не за себя, а во имя целого народа, был одним из самых первых легально прозвучавших в полузадушенной стране.

Для читателей этой публикации необходимо постоянно сознавать реалии, в которых находился автор письма. Без «реверансов» в адрес существовавшего режима можно было заработать только дополнительный срок, если не пулю в затылок. И все же, за внешней лояльностью угадывается непримиримая позиция человека, вопреки поворотам судьбы не утратившего достоинства и чести, знающего цену обещаниям Советской власти, не прекращавшего даже в ГУЛАГе своей борьбы с коварной системой.

Можно смело утверждать, что перед нами уникальный документ эпохи, открывающий еще одну грань человеческой души гражданина и патриота России — писателя и журналиста Л. Н. Польского.

С. Бобров, Н. Тимофеев

Приложение № 1

Леонид Польский

К вопрос у о судьбах казачества

(памятная записка)

На первый взгляд может показаться, что сама постановка вопроса о судьбах казачества перед высшими советскими и партийными органами носит в настоящее время нереалистический и надуманный характер, т. к. принято считать, что казачий вопрос давно уже сам по себе сошёл со сцены в силу тех глубоких социальных преобразований, которые произошли в СССР за годы советской власти. В действительности же — это далеко не так!

В области политической казачий вопрос, возникнувший с первых дней Октября (уже с момента похода Краснова на Петроград), все ещё, как это показали события Великой Отечественной войны 1941–45 гг., остается одной из жгучих проблем. Этот вопрос не утратил своей остроты и поныне…

Вся казачья многовековая история насыщена многими драматическими событиями борьбы за свои вольности. Имена Ильи Муромца, Байды-Вишневецкого, Наливайко, Степана Разина, Кривоноса, Кондратия Булавина, Петра Болотникова, Палия, Мазепы, Войнаровского, Емельяна Пугачева, Гонты, Калнышевского, Кармелюка и других говорят о тернистом пути, пройденном казачеством в прошлом и его трагических судьбах.

Славные казаки-землепроходцы — Ермак Тимофеевич, Семен Дежнев, Ерофей Хабаров, Владимир Атласов, Василий Поярков, Иван Козыревский и др. простёрли границы России к Тихому океану, вплоть до Курильских островов. Немеркнущие казачьи подвиги по поиску «новых землиц» нашли отражение в крылатой фразе: «Границы Российского государства лежат на арчаке казачьего седла». Нельзя не согласиться с утверждением Л. Н. Толстого о том, что «Вся история России сделана казаками». Действительно, с казаками связаны, так или иначе, все славные страницы нашей военной истории. Составляя, по словам Н. В. Гоголя «одно из замечательных явлений европейской истории», казаки своей доблестью и лихостью стяжали нетленную военную славу.

Уже на заре своей истории казачьи отряды побывали во многих заграничных походах. Казаки участвовали в осаде французской крепости Ла-Рошель во время войны с гугенотами, бились под Дюнкерком во франко-испанской войне, сражались в рядах войск Валленштейна в Тридцатилетней войне. Шведский король Густав-Адольф хотел привлечь казаков к себе на ратную службу, с этой целью посылавший миссию в Запорожскую Сечь. Казаки-некрасовцы, бежавшие с Дона на Кубань, а затем в Турцию, входили в состав янычарской гвардии турецкого султана. В сражении под Кунерсдорфом во время Семилетней войны казаки подобрали шляпу прусского короля Фридриха, бежавшего с поля боя. С Суворовым они брали штурмом Измаил, прошли весь легендарный путь через Альпы. [42] Казачья конница Платова предпринимала в 1801 году грозный для Англии поход на Индию. В Бородинской битве 1812 г. казаки, зайдя в тыл врага, сорвали все планы Наполеона выиграть сражение. Донской, лейб-казачий полк первым вошел в Париж в 1814 голу.

42

В 1945 г. казаки пришли тем же путем из Италии в Австрию, но в других условиях (прим. ред.).

Поделиться с друзьями: