Чтение онлайн

– Ох, боже мой,- просто прошептал он перед тем как упасть в обморок. Я сильно сомневалась.

***

В больнице я подождала, когда врачи обследуют Саймона Грина. Врачи определили, что помимо потери крови с ним ничего серьезного не произошло. Они зашили рану на виске. А так как он потерял сознание, они оставили его на ночь для наблюдения.

Я позвонила мистеру Киплингу, который заверил меня, что он уже близко. Саймон Грин и я смотрели новости на его планшете в ожидании прибытия мистера Киплинга. Планшет рассказывал об аварии автобуса.

– Сегодня в центре города несколько травм получил пешеход, которого сбил автобус с рекламной кампанией Чарльза Делакруа.

– Ох,- сказал Саймон Грин, - плохая реклама. Люди Делакруа должны быть сейчас в ярости.

Новости прервали интервью прохожего с улицы.

– Девушка, ей должно быть лет шестнадцать или семнадцать, переходила центр улицы, когда последовал удар. И следующее, что я знаю, она лежит на земле и ее голова почти отрезана. Бедняжка. Вы не можете ей помочь, но проявите сочувствие.

Репортер прервал его.

– Подростка признали мертвым на месте события. Пострадавшие пассажиры были доставлены в больницу Синайской горы. И также, среди пострадавших пассажиров в больницу была доставлена Аня Баланчина, дочь печально известного криминального авторитета Леонида Баланчина, и как полагают, она серьезно ранена.

– Это так раздражает!
– Я закричала на экран.- Я не ранена. Я в порядке!

Саймон Грин пожал плечами.

– У них нет права рекламировать мое имя,- проворчала я.

– Прошлой весной Аня Баланчина была арестована за расстрел собственного кузена, пытавшегося убить Гудвина Делакруа, который на тот момент встречался с Аней Баланчиной. Гудвин Делакруа - сын действующего окружного прокурора Чарльза Делакруа.

– Его имя Вин!
– возразила я.

– Хотя Чарльз Делакруа первоначально лидировал в опросах, в прошлом месяце его главный соперник, кандидат независимой партии, Берта Синклер, успела сократить разрыв до пяти очков. Так что слишком рано предвидеть как последнее событие повлияет на избирателей.

– Похоже, все думают, его вина состоит в том, что автобус с изображением его кампании сбил эту девушку, - прокомментировал Саймон Грин.

Медицинская сестра постучала в дверной проем.

– Там к тебе пришел человек, - сказала она мне.- Ничего страшного, если я позову его сюда?

– Да, мы ожидаем его.

Медицинская сестра пошла за мистером Киплингом.

Я села на краешек постели Саймона Грина. Весь этот день был смехотворным разочарованием и при этом мне нужно было подсчитать свои благословения. Эта девушка была моего возраста, и я уверена, что она проснулась этим утром и не думала, что умрет сегодня. Благословение номер девять: по крайней мере, я не была сбита автобусом и обезглавлена. Несмотря ни на что, я начала смеяться.

– Что смешного?- спросил Саймон Грин.

– Я просто счастлива…- я начала говорить, однако Саймон Грин прервал меня.

– Эй, это не мистер Киплинг!- сказал он.

Я обернулась. Через окно в больничной палате я увидела Вина. Он был одет в форму Троицы. Вин помахал мне рукой.

– Я вернусь через секунду, - сказала я Саймону Грину. Встав, я расправила юбку и вышла в коридор.

– Ты выглядишь очень хорошо по сравнению с теми, кто серьезно ранен, - приветствовал меня Вин. Его голос звучал как всегда.- Ты одета в одежду со свадьбы твоего двоюродного брата.

Я посмотрела на свой пиджак, испачканный кровью Саймона Грина.

– Я больше не смогу его надеть.- Это была не первая вещь (или последняя) из моей одежды, которой наступил такой конец. Я предложила ему руку для пожатия, но вместо этого он обнял меня. Это были жесткие объятия, в которых пострадала моя больная шея, длившиеся слишком долго.
– Я была в автобусе, но остальные пассажиры пострадали сильнее, - сказала я.

– Вижу.

– Почему ты здесь?- спросила я.

Вин покачал головой.

– Я был рядом, когда услышал о случившемся. И захотел убедиться, что ты не умираешь. Мы по-прежнему друзья, не так ли, Аня?

Я не знала, были ли мы друзьями.

– Где твоя девушка?

Вин сказал мне, что она сейчас в холле.

– И она не подозревает, что ты здесь?

– Нет, Алли знает, как ты важна для меня.

Алли. Л заменена на Н, сделаем вид, что я этого не заметила.
– Ты не должен быть здесь,- сказала я ему.

– Почему?

– Потому что...
– Я не могла заставить себя сказать все причины. Потому что мы больше не принадлежим друг другу. Потому что я пообещала его отцу. Потому что у его отца были возможности сделать мою жизнь намного сложнее, чем сейчас, если я не сдержу своего обещания.

– Аня, подумай, если бы умирал я, ты бы не пришла?
– спросил Вин.

Я по-прежнему думала над этим вопросом, когда пришел мистер Киплинг. Увидев Вина, мистер Киплинг пришел в замешательстве.

– Зачем ты здесь?
– выдавил мистер Киплинг.

– Я сейчас же ухожу,- сказал Вин.

– Будь осторожен, когда будешь уходить, сынок. Папарацци только что прибыли. И они, вероятно, хотят снимок раненой Ани Баланчиной, но я уверен, что они бы согласились и на снимок сына человека, исполняющего обязанности окружного прокурора. И как ты думаешь, что действительно приведет всех в восторг? Снимок тебя и Ани вместе.

Вин сказал, что узнал секретный выход из больницы, когда был здесь прошлой весной и когда он с Аллисон сбегали.

– Никто никогда не узнает, что я был здесь.

– Хорошо. Сделайте это. Сейчас же, - приказал мистер Киплинг.
– Аня, я пойду посмотрю как у Саймона дела, но я не хочу, чтобы ты ушла домой без меня. Я должен быть там, чтобы защитить от журналистов.
– Мистер Киплинг вошел в комнату.

– Хорошо,- сказал Вин, когда мы остались одни. Он выпрямился и взял мою руку в свои ладони.
– Я счастлив, что с тобой все хорошо, - сказал он довольно формально.- Хм, ладно. Я счастлив что... ты на свободе.

Он выпустил мою руку. Когда он отвернулся, то чуть было не споткнулся о свою трость.

– Я надеялся на более элегантный уход, - сказал он.

Я улыбнулась, напоминая себе, что не люблю его ни на один грамм, а после вернулась в комнату к Саймону Грину.

***

Было около девяти часов вечера, когда мистер Киплинг и я, наконец, зашли в лифт по пути к выходу из больницы.

– У меня есть машина. Если здесь остались журналисты, позволь мне первым заговорить, - сказал мистер Киплинг.