Чтение онлайн

– Проекция? Пожалуй, - посмеиваясь, согласился он.

– И всё-таки, где мы?

– Не волнуйся, - мягко произнёс Даниил.
– Утром ты проснёшься под пение птиц и шум деревьев. В лесу.

– Всё это странно, - на выдохе призналась я.

– А я и не пытался скрыть от тебя свою «странность». Просто, ты не хотела замечать.

Да, он прав. Уже днём было понятно, что он другой, как будто не из мира сего. В какой-то момент, я даже подумала, что парень не в себе и всё равно вернулась.

– Я вернулась из-за тебя, - призналась я.
– Твоё желание не в счёт. Я ничего не боюсь. Бабушка установила мне «защиту», ещё в детстве. Ни одна «сущность» не в силе повлиять на моё решение.

На губах Даниила мелькнула тень улыбки. Он сомневается?

На столе появилась ваза с фруктами - Даниил спускался в подвал и видимо фрукты оттуда.

– Вот, немного непривычный вкус, но поверь - это яблоко.

Он положил передо мной плод по форме напоминающий грушу. Я взяла спелый фрукт и откусила кусочек.

– Яблоко очень вкусное, хоть и гибрид. С грушей?
– поинтересовалась я.

– Нет, это яблоко, - возразил Даниил.

– Могу поклясться, что это яблоко имеет вкус груши.

– Успокойся, не надо нервничать, - попросил Даниил.
– Что не так?

– Всё не так. Ты ничего не рассказываешь, и я начинаю думать, что всё вокруг нереальное, как будто наваждение. И это яблоко...

– Считай, что это «райское яблоко».

– А ты «змий искуситель»?

– Может и так. Ну, успокоилась? Видишь, всё хорошо.

– Нет, всё это вовсе не хорошо, - разозлилась я.
– Когда мы расстанемся, я стану изводить себя вопросами.

– Я помогу тебе разобраться. Чуть позже.

– Вот как? Почему не теперь, - стала настаивать я.

– Уже поздно. Ты, наверное, устала. У тебя выдался трудный день.

Чёрт! Не так я это себе представляла. Это вся история и меня теперь отправят спать.

– Да, нереально трудный день, - согласилась я.

– Хочешь, чтобы наступило утро?
– приняв серьёзный вид, спросил Даниил.

Я кивнула. Было бы хорошо выбраться из темноты в солнечное утро.

– Ты реально поверила, что «по моему велению» может наступить утро?

– Да...
– несмело призналась я.

– Ты чудная, - посмеиваясь, заметил он, а я обиделась. Чудная, созвучно - «дурная».

Даниил посмотрел на меня удивлённо и ничего не ответил - просто пожал плечами. То есть он согласен, что я дура?

– Утро наступит, чуть позже. Не знаю, что значит «дурная» и почему ты обиделась.

– Это плохое слово, - сказала я и бесцеремонно зевнула.

– Я утомил тебя. Тебе нужно отдохнуть.

– Нет, - попыталась я воспротивиться. Но Даниил уже встал из-за стола.

– Утром ты проснёшься под пение птиц и в лесу.

Спальня с кроватью под тончайшим белоснежным пологом появилась в избушке, как и прочие чудеса, которые я наблюдала в течение дня. Даниил открыл передо мной дверь, и я вошла в комнату, которой по всему неоткуда было взяться. Но меня уже ничего не удивляет - я во власти «иной реальности» и это очевидно.

Могу сказать, что уснула я быстро и с удовольствием.

Я проснулась словно от толчка. Первое, о чём я подумала, конечно, где я? Эта комната... Кровать под пологом, а у окошка кресло-качалка.

Даниила в комнате нет. Я поднялась с постели. Чёрт, я спала в белье, но не помню, когда разделась. Натянула джинсы, обула кроссовки, взяла в руки свою курточку и вышла из комнаты.

Тёсаный стол, печка в углу, вёдра с водой на лавке - всё, как вчера, когда я впервые вошла в избушку. Я обернулась и увидела бревенчатую стену позади себя - нет даже намёка, что там только что была дверь.

Чудно. Лес, избушка, утро - это действительность, всё, как обещал Даниил. А был ли он, Даниил?

Я вышла из дома, а через десять минут уже была на остановке «Смолкино, 5км».

Гость

Бабушка рассказывала много историй о «сторонних», и я постепенно привыкла к мысли об их присутствии в нашем мире и, конечно, верю, что наш реальность гораздо содержательнее, чем принято считать. К культурному наследию предков отношусь трепетно и с удовольствием знакомлю читателей с новостями из сакрального мира, который в давние времена являлся частью быта наших предков. Не было научных объяснений природным явлениям, а ещё люди верили, что ничто не приходит ни откуда и не уходит в никуда. Вера выше разума, как-то так, наверное, было. А я всегда с трепетом вспоминаю дни, проведённые у бабули в деревне. Её тихий, чуть грубоватый голос и очередная сказка-быль на ночь. Когда мне исполнилось двенадцать, бабушкины истории приняли несколько иной смысл - более глубокий.

Услужливая память возвращает в далёкие дни детства.

Мы сидим в беседке. Вечереет. В низинах стелется туман. В воздухе витает запах разнотравья с примесью горечи полыни и прохлады ночи. Небо ещё серое, но уже появилась первая звезда - прекрасная Венера. В траве цикады стрекочут, у реки лягушки устроили вечернюю перекличку, а какая-то птаха предупреждает, что уже «спать пора, спать пора». Мне нравятся сумеречные звуки. Они завораживают и увлекают мысль в волшебный мир готовящейся к ночи природы. Время тайн и невероятных открытий. Время проявления нереальной реальности. Душа трепещет и зовёт в жизнь, где можно творить, любить, радоваться и верить в бесконечность существования.

– В одной деревне жила старушка, - неспешно начинает свой рассказ бабуля. Древняя такая, на лицо вылитая баба Яга. Дети дразнили её, а ко всему прочему, она ещё и чудная была. Селяне поговаривали, что с ней приключилось несчастье, вот она и сделалась такой несуразной, а ведь когда-то слыла первой красавицей на деревне.

– Расскажи, что с ней приключилось?
– тороплю я бабушку.

По телу мурашки бегут, но желание услышать историю выше страха.

– Смолоду она была первая красавица и ухажёры так, и вились вокруг неё. А тут, как-то пошла она с подругами в лес, да и заблудилась. И встретился ей, не кто-нибудь, а сам Повелитель времени.

– А кто это, бабушка?
– спрашиваю я и уже клянусь себе, что в лес никогда ходить не стану. Все страшные истории связаны с лесом. Видать, вся нежить там обосновалась.

– Тот, кто временем управляет. Кому прибавит, а у кого отнимет - на всё его воля. А то возьмёт, да и петлю временную закрутит, тогда уже совсем беда.

– Да разве такое возможно?
– Слушаю и глупо улыбаюсь. Хочется верить, что бабушка небылицы рассказывает, но понимаю, что это не так - слишком глубока моя вера.