Чтение онлайн

— Снижаемся? — спрашивает Богдан.

— Стоп! Отменяем операцию, — командует хозяин. — Миу не готова.

Все оборачиваются ко мне.

— Посмотрите на уши, на хвост. В таком состоянии нельзя идти на дело, — поясняет хозяин.

А что — хвост? Висит веревкой. Уши? Петр про такие как-то сказал: "как у побитой дворняжки". Но я же не отказываюсь от поручения! Просто горько мне, что беды навалились со всех сторон.

— А может, в таком состоянии даже лучше? — подала голос Марта. — Не запугивание, а сочувствие? Миу, взбодрись! Весь мир — театр, а мы — актеры. Ты же маму играла! Теперь Линду сыграй. Представь, что ты Линда. Сейчас твой выход на сцену. Тебе их жалко. Ну, представь.

Я грустно улыбнулась. Весь мир — театр. Какая глубокая мысль. Буду играть. Буду выдумывать на ходу пьесу и тут же ее играть.

— Я готова!

Пол подо мной стал прозрачным. Не сразу, а постепенно прояснился, так что даже не испугалась. Стою как на листе стекла. А подо мной земля приближается.

— Не забудь звук дать, — усмехнулся Петр. — На этой планете он очень в тему. — Богдан шевельнул рукой, и раздалось хриплое мяуканье. Как утром.

Вот неправда! Так только дикари кричат. Сама не слышала, моряки показывали. Что обо мне легионеры подумают?

— Ну вот, хвостик ожил. И ушки поднялись, — улыбнулась Марта.

А земля уже близко. Солдаты задирают головы. И вдруг я всплываю над полом. В животе щекотно стало, как на байке, когда вниз с бархана пикируешь. Руки в стороны развела, ногами помахала — не падаю. Значит, бояться нечего. Уши слегка заложило — тоже знакомое по байку ощущение.

— Проверка связи, — слышу голос Стаса через ошейник. Вдавила кнопочку, ответила.

— Сейчас можешь кнопку не нажимать. Мы и так за тобой присматриваем.

— Ясно.

— Тогда — майна, — скомандовал хозяин. И я начала опускаться. Пола подо мной уже нет. Даже не заметила, когда он убрался. Неторопливо выплываю из корабля, опускаюсь медленно и плавно, словно пушинка. Толпа внизу с каждым вздохом становится больше. Дисциплина здесь никуда не годится.

Касаюсь ногами земли и обретаю вес. Изображаю намек на уважительный поклон. Так хочется изящно поклониться по всем правилам, но перебарываю себя. Весь мир театр, а мы актеры…

— Воины, кто у вас главный? Главного позовите, пожалуйста.

— Ну, я сейчас за римма, — сделал шаг вперед могучий высокий воин. Руки толще моих ног. Ага, в момент кризиса власти физическая сила рулит. — А ты кто такая?

— Я Миу. Если полностью, Коррбут Ррумиу Фаррамовна, доверенная рабыня двух владык, их голос и воля. Но Миу короче, зови меня Миу.

— Рыжая — и доверенная рабыня Владык?

— Так получилось. Сама в шоке. Давай отойдем в тень деревьев. У меня есть для тебя слова.

— А Владыки где?

— Владыка иноземцев летит сюда издалека. Ему еще несколько дней лететь. А наш Владыка утром получил нож вот сюда, — показала на свой правый бок, — лекарь его стражу назад кончил врачевать, и теперь он отдыхает. Не успел толком от первой раны оправиться, вторую получил. Ему сейчас не до государственных дел. Лекарь сказал, три дня вставать нельзя.

Подвожу воина к скамейке в тени деревьев, делаю приглашающий жест и сама сажусь первой. Ой, плетка по мне плачет…

— Так, ты, выходит, сама к нам пришла? Не по поручению Владык?

— Сама. Я хочу предупредить вас об очень важном. Уходите скорее из дворца. Все, кто не уйдет, погибнут. Треть вашего легиона уже погибла.

— Ты говоришь… о тех, кто ушел в пустыню?

— Да, воин. Забудь о них. Их больше нет, — я сделала жест прощания с павшим воином.

— Кто их убил?

— А как ты думаешь? Сначала кто-то из ваших ранил в ногу госпожу Линду, когда она увозила отсюда Владыку. Знаешь, как она разгневалась? А потом эти недотепы спалили шатры в оазисе. Теперь мы живем в железном доме в такой тесноте… В общем, Линда так разозлилась… Не надо было вам ее злить. Тех, кто ее обидел, она только мертвыми прощает.

Легионеры окружили нас плотным кольцом, ловят каждое слово. Ближе дозволенных уставом пяти шагов к римму не подходят, но все уши смотрят на нас. Стайка кибиков рассаживается на ветви деревьев вокруг нас. Один садится мне на плечо.

— Она… Одна? Три сотни?

— Сначала одна, а потом мы все ей помогали.

— И ты?

— И я. Мы с девочками… Как бы понятнее сказать? Ну, колесницами иноземцев кто-то управлять должен. Вот мы и управляли. А воины, что за нашими спинами, с вашими бились. Но я пропустила почти все битвы. Сначала из Дворца лекаря вытаскивала, потом из казематов Главу Службы закона и порядка, дядю Трруда, братишку и еще нескольких. А когда вернулась, ваших из оазиса уже выгнали. Потом лекарь велел сиделкой с ранеными сидеть, опять я в боях не сражалась.

— Это она! Она ночью танцует!!! — закричал вдруг один из легионеров.

— Точно она! — поддержали его другие. — Это она вчетвером пляшет!

— Где? — сделала вид, что удивилась.

— Там! — воины дружно указали на Дворец. — В зале с зеркалами. Там музыка играет и ты задом виляешь.

— Вот так? — встала и сделала несколько движений из танца.

— Точно так!

— Скажи, ты имеешь отношение к тому, что происходило во дворце сегодня ночью? — спросил меня римм. Притворилась смущенной и слегка виноватой.

— И да, и нет. Госпожа Марта, целительница иноземцев, говорила, что у меня девять жизней. Одна всегда при мне, а остальные… Я не знаю… Я всю жизнь во Дворце жила, думаю, они и сейчас где-то тут.

— Так это не тени мертвых, а твои жизни?

— Наверно, так, господин. Я в этом ничего не понимаю. Рабынь не учат тайнам жизни.

— С этим разобрались. А трупы на крыше и в бочках — это не твоя работа?

— Не совсем. Одного курьера и двух Глав кланов я убила. А на крыше я только летучей колесницей управляла. Это один из наших парней, что на ночную тень учатся. Пока я из казематов пленных выводила, он на крыше озоровал.

— А бочки кто отравил?

— Мы с ним… Но это не яд был. В одной — вино иноземцев, в другой — лекарство иноземцев. Только очень большая доза. Сколько было, я все туда вылила.

— А ты сама, часом, не ночная тень?

— Что ты, господин! Госпожа Марта — вот она ночная тень. Нам с госпожой Линдой до нее — как до горизонта на море!

Что-то не нравится мне разговор. Нервно сжимаю в левой руке резак, что на запястье на шнурке подвешен.

— Где сейчас госпожа Марта?

— Летит сюда вместе с Владыкой иноземцев. Им еще несколько дней лететь.

— Ты свободно ходишь ночью по Дворцу, вскрываешь запертые двери, выводишь заключенных из казематов — и ты не ночная тень, а просто рабыня. Я рад, что среди вас нет ночной тени.

— Господин, мы не о том говорим. Вам нужно уходить из дворца. Все, кто не уйдет, погибнут.

— А если уйдем — не погибнем?

— Я уговорю Владыку простить вас. Вы же присягали на верность по старым правилам, римму девятого легиона, а не стране и Владыке, как сейчас положено. Ваш римм погиб, и присяги на вас больше нет.