Чтение онлайн

— Рыжая рабыня уговорит Владыку? Не смеши мой хвост, — зашипел воин. — Кого ты хочешь обмануть, бестолковая девчонка? Твой Владыка ранен сюда, — ткнул себя в бок. — Это смертельная рана. Не умер сразу, умрет к вечеру. И тогда Владыкой стану я!

— Сам ты бестолковый! Я вызвала восьмой и десятый легионы! Через два дня они будут здесь. Вас привяжут за ноги к колесницам и будут таскать по пустыне пока ваши кишки не потащатся за вами по песку!

Упс… Кажется, я зарвалась…

— Как ты могла позвать легионы, если я перекрыл все дороги и тропы? — усмехнулся римм.

— Ты забыл перекрыть небо — я подняла руку и указала на белый корабль иноземцев.

— Ты права. Этого я не учел, — согласился римм. Говоришь, легионы будут здесь через два дня? Отлично! Спасибо, что предупредила. Я стану Владыкой сегодня вечером!

И залепил мне такую оплеуху, что я слетела со скамейки на землю.

— Отрубить ей хвост!

А в следующее мгновение он сам переломился пополам и упал мне на ноги. Чисто машинально я сжала резак и пустила режущую струю ему в кишки. Наверно, это очень больно? Звездочки, спасите!

— Убейте ее! — прохрипел, умирая, римм. Ближайший ко мне воин выхватил меч, двумя руками взялся за рукоять и собрался пригвоздить меня к земле. Но его руки отделились от тела, и меч воткнулся в песок рядом со мной. Я завизжала и заработала ногами сталкивая с себя труп римма. А вокруг меня падали воины. Вскочила, схватила зачем-то меч и завертелась на месте. Легионеры столпились такой плотной массой, что бежать было некуда! Нет, не стояли. Ближайшие ко мне падали! Вот один кинулся на меня. Я выбросила вперед руки, чтоб оттолкнуть его. Но он упал к моим ногам, рассеченный пополам.

— Сзади! — рявкнул ошейник. Развернулась всем телом — и еще один воин упал к моим ногам с отсеченной головой.

— Не стой столбом, танцуй! приказал ошейник. Я завертелась, размахивая мечом и резаком. Звездочки ясные, неужели всех этих я резаком нашинковала? На пять шагов вокруг только мертвые и умирающие. Нет, никак не могла! Так далеко резак не берет.

— Стойте! Остановитесь! Ваш римм мертв!!! — завопила во всю силу легких. — Да стойте же!!!

Легионеры замерли в напряженных позах, готовые к бою. Я развернулась еще несколько раз в этом круге смерти и тоже остановилась.

— Ну что, довольны?! Я же предупредить вас пришла. Вас, бестолковых, от смерти спасти хотела. Хотела по-хорошему поговорить. А вы что устроили? Что теперь делать? — чуть не плачу. — Дураки, какие же вы дураки!

— Миу, миссия провалилась, мы тебя забираем. Скажи, что уходишь от них. — голос хозяина из ошейника. Утерла слезы рукой, а рука до локтя в крови. Осмотрела в последний раз напряженные лица.

— Злые вы, ухожу я от вас.

Совсем не удивилась, когда стала легкой-легкой и поплыла вверх. Все быстрее и быстрее. Высоко-высоко! Так, что трижды сглатывала, чтоб уши не заложило. За несколько вздохов на полкилометра поднялась, только потом в корабль иноземцев влетела.

— Миу, ты цела? — первым делом поинтересовался хозяин. Положила на пол меч, потрогала щеку, на которую пришлась оплеуха, проверила языком зубы.

— Рабыня цела. Рабыня очень сожалеет, что не справилась с поручением.

— Миу, ты на корабле, — намекает хозяин.

— Пусть стажерка. Все равно же не справилась, — потупившись, бормочу я, зажав хвост в ладошках.

— Как сказать. Пусть они не захотели покидать дворец, нужно же было попробовать. А еще… — замолкает на половине фразы. — Нет, сначала умойся!

Поднимаю на хозяина глаза — он вовсе не сердится. Смотрит на меня по-доброму и чуть ли не смеется. Экран вдруг превращается в зеркало. О, ужас! Это кровавое чудовище — я?

— Душ здесь, — Богдан выходит из стены, а за его спиной я вижу душевую кабинку. До сих пор мылась только в ванне, но в курсе бытовой техники душ проходила, разберусь.

Сначала моюсь прямо в доспехе. Свежая, не успевшая засохнуть кровь смывается легко. Потом раздеваюсь и, мурлыкая песенку о вкусе крови врагов на собственной шкуре, устраиваю небольшую постирушку. И, наконец, принимаюсь за себя. Обнаруживаю три синяка, два на спине, один на боку. Хорошо, доспех выдержал. Надо было брать с длинными рукавами, а то ведь могла без рук-ног остаться.

Как только выключаю воду, открывается стена и входит Паола с полотенцем и стопкой одежды в руках. Объясняю, что мою шерстку полотенце не возьмет. Нужны фен и щетка для волос. Паола закрывает глаза, ее лицо застывает. В стене открывается шкафчик, а в нем — щетка с длинной ручкой. В следующую секунду мы проваливаемся сквозь пол и медленно опускаемся на вершину Рыжих скал. Рядом шлепается моя мокрая одежда. Паола кладет на нее сверху тяжелый камень. Ту, что держала в руках, тоже камнем придавила.

— Дан, включай фен!

— Есть, мэм!

Словно тяжелый груз на плечи лег. Я взвизгнула. А вместе с грузом сверху обрушился горячий ветер пустыни. Как из ветродуя.

— Полегче, Дан! Нас чуть не сдуло!

— Слушаюсь, мэм!

Стало легче, и ветер ослабел. Сухой и горячий ветер за несколько вздохов высушил мою шерстку, даже щетка не понадобилась. А шальвары и блузка оказались те, что больше всего нравились хозяину. Я быстро их надела. Мокрую одежду брать не стала, пусть высохнет. Потом на байке за ней слетаю.

Белый корабль сел перед нами, и мы вошли в него.

— Разбор полетов, или сначала поедим? — спросил хозяин с экрана во всю стену.

— Сначала поедим, — Дан кончил притирать тряпочкой меч — протянул мне. — Хорошая сталь!

Я взглянула на клеймо.

— Это меч папиного телохранителя. Они все погибли.

— Значит, теперь твой. Ты его в бою добыла.

Хвостики полосатые, расскажу на кухне — никто же не поверит! Я — телохранитель Владыки! Такого просто не бывает!

Совсем не почувствовала перемещения, но, когда дверь открылась, за ней была пещера. Этот белый корабль очень странно летает.

Разбор полетов решили провести в пещере. "Призрак" — очень тесный корабль. Богдан с Паолой вынесли и расставили полукругом три огромных экрана. Вроде того, что приколочен к стенке во Дворце в присутственном зале. Но тот вчетвером несли. Паола на вид изящная, но очень сильная! Я помогла подключить экраны к генератору.

— Линду будить будем? — спросил хозяин, как только появился на экране.

— Ни в коем разе. Не надо мучить девочку, — наотрез отказала Паола. — Серого тоже будить нельзя. А молодого рыжего можно.