Этюд В Бордовых Тонах
Шрифт:
Казалось, что конфликт постепенно затихнет, но он почти ежедневно подпитывался новыми инцидентами и, как не странно, грозил перейти в жестокое противостояние между сторонниками разных религий, что абсолютно не характерно для Украины.
Я, наученный горьким опытом, старался держаться подальше от участников горячих конфликтов с обеих сторон, обходя острые углы.
Но меня не поняли мои приятели - киевляне, которые заявили, что или я с ними, или против них, поставив меня в безвыходное положение.
Конфликт, как нарыв, медленно зрел на протяжении года, а руководство спортротой
смотрело на это сквозь пальцы рук.
В феврале 2000-го года состоялось первенство вооруженных сил Украины по рукопашному бою, на котором татарин Ахат Валеев из нашей роты нечестным решением судей одержал победу над моим близким приятелем украинцем Иваном Приходько.
Казалось бы дело житейское, но нарыв уже назрел.
Вражеская компания в этот вечер решила отпраздновать победу Валеева в комнате отдыха спортроты. Откуда-то участники сабантуя разжились наркотиками, которые приняли, не рассчитав объем зелья, а в результате это привело к взрыву агрессии, и башибузуки высыпали в казарму и начали обходить разные отделения, где пытались свести счеты со своими явными и тайными врагами, которые уже спали на своих койках.
Увидев, что происходит в казарме, дневальный поднял роту по тревоге, после чего началось настоящее побоище, где уже никто не сохранял правил честного боя.
В результате один военнослужащий - татарин был убит и пятеро ”чужаков” серьезно травмировано. Также серьезно пострадало пять человек из противостоящей им компании.
Их всех забрали “скорые помощи”, вызванные на территорию спортроты.
Еще более десяти человек получили легкие телесные повреждения.
Руководство СКА решила не растягивать разбирательство и “назначило” восемь зачинщиков драки, которые по решению военного трибунала получили по 3 года дисбата.
Я, который постарался не участвовать в драке, все равно получил 1,5 года дисбата, потому что какой-то абрек наклепал на меня маляву командиру, где в красках описал, как я метелил “черножопых”, видимо, задавшись целью рассчитаться со мной за какое-то обидное поражение, которое я ему нанес в процессе службы.
К сожалению, я так и не узнал фамилию этого сучонка, а то бы натянул ему глаз на заднее место или скрутил голову так, чтобы она смотрела на мир сквозь грудную клетку, как вор через решетку!
Тем не менее, но срок ни за что я получил в очередной раз, так что, философствуя, отнес это к превратностям судьбы.
Мой путь неумолимо вел меня в ад, и я уже не сомневался, что мной правит не Творец, а Сатана, который всеми своими действиями готовит меня к службе Темным силам...
Часть 3 ДНО
Я помню, как машина войсковой радиостанции, оборудованная в “Черный ворон”, доставила меня в районный центр под Харьковом, где располагался дисциплинарный батальон, в который со всей Украины доставляли военнослужащих - законченных отщепенцев, наркоманов или просто моральных уродов, которые за понюх табаку готовы были продать мать родную.
Здесь больше всего ценились не умственные, а физические возможности того или иного индивидуума, приговоренного к конкретному сроку исправительных работ, и вовсе не учитывалась вина содеянного.
Нас часами гоняли по плацу на занятиях по строевой подготовке и изнуряли физическими упражнениями, словно готовили не к нормальной жизни на гражданке, а к существованию в условиях Армагеддона.
В течение двух часов всех ежедневно пичкали занятиями, на которых обсуждали международные отношения, представляя весь мир единым врагом нашей свободолюбивой страны, прививая ненависть и к Западу, и к Востоку.
В караул мы не ходили,так как оружие нам не доверяли.
Насколько себя помню в то время, я трудился разнорабочим на строительстве казарм в открытом поле, куда потом сгоняли наших собратьев по несчастью.
Денег нам не платили, периодически сообщая, что перечисляют их на индивидуальные карточки, которые вручат после окончания ареста.
В сутках было выделено личное время в течение двух часов, и я использовал его для накачивания мышц и поддержания формы, надеясь, что меня еще ждут в жизни светлые деньки.
Это продолжалось три месяца, пока в батальон не прибыл проштрафившийся майор Чайка, который ранее командовал отдельным батальоном связи войск центрального подчинения.
Так уж угодно было судьбе, что он закрутил роман с женой непосредственного начальника и, будучи уличенным тем в адюльтере, не стал оправдываться, а избил противника, отправившись на три года в дисбат.
Там он был назначен, как не странно, его начальником.
Оказывается, и так бывает! Главное, чтобы в трудный момент у тебя оказались солидные покровители, которые не оставят в беде без внимания, пусть даже решив использовать создавшуюся ситуацию для своей пользы!
Назначение проштрафившегося майора на должность командира штрафбата было отнюдь не случайным.
Кто-то решил, что он будет послушен и выполнит любой каприз начальства.
Итак, майор Чайка, прибыв в батальон, резко повысил строгую дисциплину и серьезно карал за любой акт непослушания, отправляя провинившихся на гауптвахту, где бойцов гнобили, как могли, порой даже не давая есть.
Выйти из-под ареста можно было либо окончательно потеряв здоровье и отправившись а санбат на долгое лечение, либо заключив устный договор с Чайкой о готовности выполнять любую его команду.
В скором времени командир подготовил условия для создания в батальоне криминального тотализатора для проведения боев без правил с целью развлечения руководства войсковых частей специального назначения, и оставалось лишь подготовить для этого группу бойцов, не страшащихся получить увечья при условии их финансового поощрения руководством батальона.
Я не попадал под руку Чайке, но, узнав о нововведениях, нашел предлог и явился к нему в штаб на личный прием, предложив свои услуги.
Чайка был крайне удивлен,что не обратил внимания на мою характеристику довольно-таки известного борца, и с радостью принял мое предложение, назначив спарринг с ним в спортзале части, так как оказалось, что он имеет первый разряд по вольной борьбе.
Майор оказался весьма физически развитым полу-тяжеловесом, с поврежденными хрящами ушей, как у опытного борца, прошедшего неплохую школу.
Его мощная фигура возвышалась над моей, и, казалось, что я тут же буду погребен под этой тушей.