Чтение онлайн

– Чего ну и?
– снова взвился Петрович.
– Заложит она всех нас, вот что!

– А ты уже в штаны наложил?
– гыгыкнул Маузер.
– Да ладно, Петрович, не боись, не заложит.
– Маузер открыл дверь.
– Не успеет.
– Доблестный лимоновец удобно устроился за рулем и включил зажигание.
– А ты не вертись здесь под ногами, а отправляйся-ка в Москву за товаром.

– Вот где у меня ваш товар!
– не выдержав, сорвался Петрович на фальцет, но Маузер его уже не слышал - он захлопнул дверь, и "Мерседес", обдав Петровича выхлопными газами, умчался прочь.

...Поезд тряхнуло на очередном стыке, и Петрович тихо завыл от бессильной злобы. Утешало одно - убежденность, что его время придет, еще ох как придет...

***

Утром Василий Дубов занимался всякими мелкими делами, стараясь не покидать свою контору. При этом детектив прислушивался к радио - он ждал важного сообщения о задержании руководства национал-большевиков. После всех сведений, накануне переданных им инспектору Бергу, у правоохранителей, как считал Василий, просто не было другого выхода. По расчетам Дубова, милиции оставалось лишь уточнить кое-какие данные да снять показания со свидетельницы Марьи Васильевны, так что известия о задержании он ожидал самое позднее часам к одиннадцати. Однако прошло и одиннадцать, и пол двенадцатого, но сообщения все не было.

– Ну чего они медлят?
– беспокоился Василий.
– И Надя чего-то задерживается...

Надежда Чаликова собиралась в ближайшие дни "на побывку" в Москву и с утра отправилась в Центральный универмаг за кое-какими покупками.

Внезапно легкая музыка стихла, и из радиоточки зазвучал встревоженный голос диктора:

– Передаем срочное сообщение...

– Ага, наконец-то!
– Василий спешно подошел к репродуктору и усилил звук.

– Двадцать минут назад в Центральном универмаге произошел сильный взрыв. Есть жертвы и раненые. Пострадавшие доставляются в первую городскую больницу. На месте взрыва работает следственная бригада...

Не дослушав сообщения, Дубов выбежал из конторы и поспешил вниз по лестнице, перескакивая через две и даже три ступеньки. Минуту спустя "Москвич" мчал его в направлении больницы.

Первым, кого детектив встретил в приемном покое, оказался ни кто иной как Ивлев. Поэт с перевязанной рукой слонялся по вестибюлю, наблюдая, как "Скорые" и просто попутные машины подвозят новых раненых. Увидев Василия, Ивлев кинулся к нему.

– Что с тобой, Коля?
– заботливо спросил детектив.

– Ерунда, бандитская пуля, - засмеялся Коля, хотя случай для шуток был совсем не подходящим. Просто поэт находился явно в состоянии сильного "вздрога".
– Но тебе, Вася, я признаюсь, как родному - у меня там золото и бриллианты!
– Ивлев затрясся, как в нервическом припадке. И вдруг погрустнел: - Я уж надеялся, оставят хоть на пару дней на казенных харчах, но ты же видишь, что тут творится... Перевязали и отпустили.

– В универмаге?
– коротко спросил сыщик. Поэт закивал.
– Может быть, ты там заметил что-то подозрительное?

– Конечно, заметил!
– радостно подхватил Коля. И доверительно понизил голос: - Но ты никому ни-ни! Я видел, как Скрипка, ну, это один из...

– Знаю, знаю, - перебил Дубов.
– И что же?

– Ну вот, я видел, как он что-то опускал в мусорник.

– Взрывчатку?

– Не знаю, что именно, слышал только, что в том отделе громче всего бабахнуло.

– Ты должен немедленно рассказать об этом полиции!
– воскликнул детектив.
– Вон, я вижу, инспектор Берг...

– Нет-нет, что ты!
– испуганно проговорил поэт.
– Они же борцы за политические идеи, а я их что, буду "закладывать", будто какой-нибудь Азеф?
– И Коля, торопливо простившись, поспешил к выходу.

Детектив неодобрительно покачал головой и подошел к инспектору:

– Что нового, Аскольд Мартынович?

– Сами видите, - буркнул инспектор.
– До чего дожили...

– А как насчет моего дела?

Аскольд Мартынович выразительно глянул на Дубова, будто хотел сказать: "Тут такое, а вы со своими глупостями", однако сдержался:

– По-моему, Василий, вы снова не там копаете. В логике вам, конечно, не откажешь, но с фактами слабовато.

– А хоть соседку вы допросили?

– Допросили, - не очень ласково глянул инспектор на Дубова, - но она все отрицала. Дескать, ничего не видела, ничего не слышала, ничего не знаю.

– Как так!
– изумился Дубов.
– Она же мне сама говорила...

– Разумеется, мы ей напомнили о том, что она вам говорила, - не без тени ехидства подхватил инспектор, - и знаете, что нам ответила почтеннейшая Марья Васильевна? Сначала она сказала, что никакого Дубова знать не ведает, а через пять секунд заявила, что Дубов - подонок, мерзавец и враг русскоязычного населения. И чем это вы ей так насолили?

Василий не успел ответить, так как к ним подошел доктор Серапионыч. Он был в белом халате и, похоже, только что отошел от операционного стола.

– Здравствуйте, доктор, - вздохнул инспектор Берг.
– Что это вы здесь, а не в морге?

– Покойники подождут, - деловито ответил доктор, - а живым сейчас моя помощь куда нужнее.

– Скажите, Владлен Серапионыч, Чаликова здесь, или?..
– Дубов порывисто схватил доктора за руку.

– Здесь, - отведя взор, ответил доктор.

– Ну и как, как она?

– В критическом состоянии. В момент взрыва оказалась вблизи эпицентра. Но будем надеяться на лучшее.

– Если с ней случится худшее, то никогда не прощу себе...
– прошептал детектив.

– А вы-то тут причем?
– удивился Берг.

– Ведь я ее втянул в свои расследования. И знаете, что я вам скажу: цель этого взрыва - устранить Чаликову.

– И у вас есть реальные основания так считать?

– Ну разумеется! По моей просьбе она в последние дни усиленно "копала" под национал-большевиков...

– Опять вы за свое, - неодобрительно перебил инспектор.

– Да у вас, голубчик, просто мания преследования, - скорбно покачал головой Серапионыч.
– И вообще, друзья мои, извините великодушно, я должен возвращаться к своим пациентам.

– Вы можете считать меня маньяком, сумасшедшим и кем угодно, но я уверен, что смерть Лавини и взрыв - звенья одной цепи!
– заявил Дубов, когда они с Бергом остались вдвоем.
– И если вы меня сумеете в этом переубедить, то я съем свою шляпу и галстук впридачу!

– Не надо, они вам еще пригодятся, - проворчал инспектор. И тут его словно прорвало: - Да, да, да, вы тысячу раз правы, эти лимоновцы - настоящие головорезы, и я совсем не удивлюсь, если ваши подозрения подтвердятся! Но вот так вот взять и арестовать их мы не можем. Недостает доказательств. Вот если бы удалось схватить их, что называется, с поличным, на месте преступления...

– Откуда такая щепетильность, Аскольд Мартынович?
– пристально глянул Дубов на инспектора.

– А то вы не понимаете?