Ева
Шрифт:
— Ни черта не ясно! Я не куст в блестящем горшке, который можно переставлять с места на места — вспыхнул я, порядком надоел этот цирк. — Я не согласен, понятно, ищете кого — то другого на роль муженька этой.…Да и мне давно по барабану твой бизнес пап!
– Не получиться дорогой — протянула девушка, проводя пальцем по кожаной спинке дивана — Я хочу, что бы им был ты, мой милый братик…
— Тебе самой блевать не хочется? — зло ухмыляюсь я, кривя рот
– А вот какую занимательную историю я могу поведать тебе, Кай — девушка поднимается и подходит ко мне, в нос ударяет ее приторна сладкий аромат духов — И блевать, как ты говоришь, тебе не от меня захотеться- она протягивает мне свой телефон, на котором я вижу ЭТО…
Моему взору открылись кадры как мой отец и Дана лежат в одной постели, и это сложно назвать отдыхом дочери и отца. Девушка по пояс голая, а папа прильнул своими губами к ее торчащему соску, на следующей Дана фотографирует себя верхом на моем старике, и еще одна, где они оба в ванной с пушистой пеной, и еще, и еще. Не знаю сколько раз свайпала своим острым ноготком по экрану девушка, демонстрируя интимные отношения с папой, но в какой- то момент картинка перестала быть четкой, а перед глазами улеглась густая дымка. О чем я думал в этот момент, да вообще ни о чем, мой мозг официально отказался работать, а тошнотворный комок подкатился к горлу. А нет, я соврал, одна мысль все — таки бегала по моей голове, как теперь с этим жить?
— Классные кадры, не правда ли? — девушка выключает телефон и ловко прячет в карман джинсов. — Ну, теперь можно и поговорить, да папочка?
– Дрянь! — сухо произносить отец.
— Так вот мой дорого и горячо любимый Кай, дела то вот в чем, — мне не хорошо, мой отходняк вперемешку с тем, что только что я лицезрел, трансформировались в тяжесть в ногах и слабость в теле, плюхаюсь на мягкий диван и запрокидываю голову на спинку. Нет, этого точно какая- то слишком правдоподобная галлюцинация. Возможно, это не я вчера не отделал Лиама, а он хорошенечко приложился к моей голове, так что сейчас у меня невероятно правдивые приходы. Но голос Даны продолжает будоражить мое сознание — Твой папочка несколько лет назад имел слабость к свей названной дочери, да, да…этот старый извращенец спал со мной, не могу сказать, что горжусь этим, но время пришло получить дивиденды..- она проводить вдоль своего тело, ухмыляясь — А, ты что думал мистер Харди — девушка поворачивается к отцу, тот продолжает хлестать свой дорогущий виски, — Одними купюрами хотел отделаться, ну уж нет, я хочу большего!
— Кто бы сомневался! — выплевываю я, на секунду мне стало жаль отца, но понимания того, что родной отец спал с девчонкой, которую воспитывал с малолетнего возраста, перекрывает все сочувствие. Это аморально даже для такого отъявленно козла как мой отец.
— Да, мой милый, ты все правильно понимаешь, я своего не отдам и не упущу- весело проговаривает Дана- Я хочу что бы ты женился на мне, и пожизненное содержание…прошу заметить, я подумала о нашей семье! — девушка цокнула языком, выделяя слова «нашей»- Ну чего вы на меня так смотрите? — ее смех поглощает пространства, почему я раньше не замечал, как мерзко она смеется. — Я могла найти какого нибудь дурочка — мужика и ваши горячо любимые денюшки утекали на сторону, а так все в семью…
— Больная дура! — не выдерживаю я, вскакиваю и хватаю ее за костлявый локоть, она недовольно вскрикивает, а после улыбается своими белоснежными винирами.
— Погоди, дорогой! — мерзко шепчет она — Я порядочная девушка, так что, все после свадьбы.…Ах да, в противном случаи, ну если Кай так противится видеть меня в качестве своей жены, вся информация прямиком окажется на всех таблоидах Нью — Йорка, и поверь я могу все выставить в таком свете, что каждая собака меня будет, жалеет, а от одного упоминания вашей фамилии плеваться. Хочешь, такой финал устроим?
— Дана! — отец так же поднимается с кресла, но простояв секунду, снова опускается — Оставь нас с сыном…
— С удовольствием, папа! — как только за ней закрывается дверь я со всей силы запускаю тот самый виски, в который распивает отец, в сторону журнального стола, на котором располагаются какие то журналы. Звук разбитого стекла и коричневая жидкость растекается по полу, олицетворяя мою жизнь, которая начинается с того момента, как дверь за Даной закрылась.
Настоящее, день после объявления о свадьбе.
Мне надоедает все крутить у себя в квартире, да и весь алкоголь, который я нашел у себя, был выпит, так что я решаю отправиться в ближайший бар, и продолжить хоронить свою жизнь в стакане дешёвой выпивки. Нет, я не думаю, что это мне поможет, я не хочу забываться, даже наоборот, я хочу, помнит всегда этот момент, как момент моего падения. То, что стало чертой, стирая все до, оставляя лишь горькие воспоминания, пара сотен ее фото в телефоне, и горькая выдавленная дыра в сердце, которая навсегда будет иметь имя, и оно, имя «Ева». Даже просто проговаривая ее имя в голове мне горько, мне противно от самого себя, так как не смог ничего сделать, а лишь как безмолвная овца пошла на заклание. И все эти сопливые статусы, типа все пройдет, со временем боль и отчаянием отпустят, уступая дорогу теплым воспоминаниям, и улыбку на лице. Да я просто кладу болт на все эту чепуху, зная, что не смогу даже через двадцать лет спокойно воспроизводить в памяти ее глаза, которые минуту до горели и пылали от любви, а после, огонь потух, и в них отразилась отвращение ко мне. И правильно! Пусть Ева ненавидеть меня, пусть проклинает, но только не замыкается, не отворачивается от мира, хороня себя в обломках чувств.
На стойки выстроенная батарея из стаканах, а я вот вот отключусь, да и наплевать на все происходящее, моя бы воля остался тут на всегда, а что? Терпимая выпивка, не приставучий бармен, который одним кивком моей головы понимает, что нужно повторить, и не так много народа, но в любом случаи это лучше, чем у себя в квартире, где все напоминает о ней, и тем более рядом с этой деловой мразью Даной, которой вздумалось поиметь меня с отцом.
— Друг, ты чего творишь? — рядом плюхается Лиам, его лицо все еще опухшие, под глазом синяк, и разбиты обе губы, хмыкаю, устало опрокидывая очередной стакан- Да хватит уже…
– Заткнись! — выпаливаю я, пытаясь сфокусировать взгляд на друге, но не получается, бросаю это дела, и призывно машу рукой подзывая бармена.
— Э, давай притормозим… — у Лиама включилась наверно функция «няньки» от чего меня подташнивает.
— Слушай, мне сейчас хреново, вот только давай ты не будешь мне мешать заливать память… — я попытался снова выхватить стакан, но Лиам конченый козел, и естественно мне этого делать не дает.
— Я видел Еву… — спокойно говорит друг, и опрокидывает мою порцию алкоголя. От ее имени прозвучавшим вслух у меня словно останавливается сердце, — Она собирается возвращаться домой, обратно в Испанию…
— Класс… — хмыкаю, пытаясь хоть как — то дышать, но с каждой секундой это делать становиться все трудней. Вот и итог всего, к чему я шел все это время, а именно, то что я женюсь на девки которую на дух не переношу, а девушка к которой почувствовал что- то настоящее, совсем не похожее на то, что происходила до нее, просто растоптал, унизил, и итог, она уезжает — Отвезешь к ней? — этот порыв был секундным, и необдуманным.
— Ты уверен, что эта хорошая идея? — еще одна попытка Лиама вразумить меня увенчалась успехом, я уже поднялся и бросил на стойку пару стодолларовых купюр — Эй, а не слишком ли щедро?
— В самый раз! — хмуро произнес я, разворачиваюсь к выходу. Мом пьяные мозги уже генерировали все возможные варианты того, что я могу сказать Еве.
К особняку примчали за какие — то десять минут, к слову говоря я успел отрезветь за это время, и мой дикий настрой погас, но если бы не друг, перед которым не хотелось выглядит последним придурком, поэтому нужно было действовать условленного плана, а он заключался в том…да, ни в чем он особо не заключался, просто действовать по ситуации.