Чтение онлайн

Единственное деловое мероприятие, которое посетил Хутин, состоялось в корпорации «ГоМноРосМет». Название фирмы расшифровывается как государственное объединение «Многороссийский металл». Государственное предприятие на большую половину принадлежало Хутину и добывало саритиум [68] на планете Дакорш. Веве присмотрел сводки по добыче саритиума и неожиданно исчез из кабинета директора, заставив последнего ломать голову о том, случилось ли это наяву или Хутин ему привиделся.

Наскучив пугать подданных, товарищ Хутин решил порадовать Лину, которая ещё нежилась в кровати. Появившись перед ней в голом виде, Хутин решил сразу же испытать свои репродуктивные органы. Так как данные части тела под взором Хутина непропорционально выросли, Лина заинтересованно спросила:

— Вова, ты, что, сделал операцию?

Хутин не стал распыляться на слова, предпочитая делом доказать превосходство последних изменений. Лина застонала от наслаждения, а Хутин, испытывая зуд естествоиспытателя, увеличил орган, отчего девушка закричала от боли. Не умея в полной мере пользоваться симпотами, Хутин полагая, что Лина кричит от страсти. Данное обстоятельство его так завело, что Хутин перестал контролировать параметры своего тела и поплыл лицом, которое каплями опадало на грудь Лины. Хутин возбуждённый сверх всякой меры, натуральным образом потерял голову, которая кусками падала на объятую ужасом женщину и Лина тут же отключилась. Так как сеточка ещё не забыла своего прежнего хозяина и его привычки, то подсказала Хутину развратные мысли прежнего владельца, Сазана, отчего Лина начала исходить икрой, которую товарищ Хутин тут же осеменил. После этого он покинул её и забрался в дом главы правительства, представ перед его женой в голом виде и с лицом мужа.

— Дима, ты что, ушёл с работы? — спросила она у мужа, озадаченно рассматривая его мужское достоинство. Исследование данного объекта, отвлекло её от внимательного осмотра лица мужа, которое странным образом теряло свои очертания. То, что с ней сделал муж, напрочь перевернуло её мировоззрение о приличиях, а когда она, содрогаясь от экстаза, вывалила на постель чёрную икру, ей вообще стало всё равно что думает о ней мир. К обеду все жёны министров обзвонили своих мужей, сообщая, что хотят продолжения банкета, а министры не могли понять, почему их жёны перед ними мечут икру. Вечером супруги многое узнали друг о друге, а все министры, во главе с председателем правительства, с того дня возненавидели все морепродукты. В сыром и жареном виде!

Не откладывая в долгий ящик, Хутин начал необъявленную войну Украине, перед этим насыпав песок в глаза генералов указанной страны. Армия Украины потеряла боеспособность, так как никакой окулист не мог помочь генералам и их сразу лучше списать на пенсию. Правда, многороссийским генералам никто в глаза песка не сыпал, а они тоже оказались недееспособными и бесполезно гробили многороссийских солдат. Такое безобразие длилось несколько месяцев и даже всесильный Хутин ничего не мог предпринять. Расстроенный таким положением дел, Хутин решил завоевать Белоруссию, но седой Лукашенко отреагировал бурно, сообщив Хутину, что закидает его картошкой, а так как Хутин с детства не любил колорадских жуков, то решил повременить с Белоруссией. Возмущённый батька приехал в белокаменную Маскву и вывалил перед Хутиным лукошко картошки: — Ты где должен быть?

Хутин, рассматривая картошечных солдат, добросовестно сообщил: — Впереди, на белом коне! — и поставил перед войском большую бульбаху.

— Неправильно! — учил батька, и поставил бульбаху сзади.

— Там же задница, — возмутился Хутин.

— Там и стой, — сказал Лукашенко и добавил: — На белом коне!

— А если на красном? — спросил Хутин, вспоминая художника Петрова-Водкина.

— Ты ещё скажи, что на розовом, — неодобрительно отозвался Лукашенко.

Оставив в покое Европу, Хутин метнулся в Америку на рандеву к афроамериканской мисс, чтобы насолить тамошнему президенту, а потом превратил всех сенаторов в геев. На большее фантазии не хватило, и обескураженный Хутин вернулся в Кремль, где товарищ Тёмный вершил вместо него судьбы людей. Уже научившись заглядывать в мозги, Хутин с возмущением узнал, что его двойник ворует по-чёрному.

— Если будешь путать казну президента и свою – оторву голову, — сообщил он Тёмному, который тут же парировал:

— Не обеднеем, всем хватит! — и, взглянув на Хутина, Тёмный миролюбиво добавил: — На ваш счёт в швейцарском банке я положил больше, чем себе!

Нагрянув в любимое детище, корпорацию «ГоМноРосМет», в очередной раз, Хутин прочитал мысли генерального директора и узнал, что его водят за нос. Забросив на крышу здания провинившегося руководителя и заварив все двери на кровлю, Хутин молнией сиганул вверх, где нашёл станцию репликции, отправляющую челноки на планету Дакорш. Так как в челноках товарищ Хутин не нуждался, он просто нырнул в кольцо репликатора и исчез. Выплюнутый из репликатора возле планеты Дакорш, товарищ Хутин провел рекогносцировку местности и заметил юношу, сидящего на астероиде. Подлетев ближе, Хутин уселся на камне рядом с юношей и спросил:

— Как дела в Греции?

— Там экономический кризис, — ответил юноша. Хутин хотел проверить голову юноши на наличие иных мыслей, но его симпоты упёрлись в крепкую стенку.

— Не подскажешь, где здесь рудники? — спросил Хутин, разглядывая сквозь облака поверхность планеты.

— Вон там, — показал пальцем юноша, а Хутин по-английски, то есть, не попрощавшись, ринулся вниз. «Как красиво получается!» — восхищённо подумал юноша, провожая своими симпотами недавнего собеседника.

В то время, как Хутин исчез в кольце репликатора, товарищ Тёмный, уважаемый гражданин, заменяющий его на посту президента Многороссии, собрал у себя всю верхушку власти: председателя правительства Многороссии, товарища Мишкина, Министра Обороны, генерала от инфантерии Кужу тайгу Оглы и директора ФСБ, генерала без инфантерии Безбортникова для очень важного совещания.

Сказать по правде, товарищу Тёмному надоело торчать в Маскве, да ещё в качестве свадебного генерала, то бишь – президента. Кроме того, он, почему-то, вспомнил о Манароис, своей подруге на планете Глаурия, которая его любила, и Тёмный так захотел душевного тепла, что не выдержал, и решил сбежать. Когда сановные чиновники собрались у него в кабинете, он сообщил:

— Уважаемые товарищи и господа, — последнее слово он произнёс, наклонившись к Сергею оглу Кужет Шойгу, и тот с опаской подумал: «Неужели он знает о сейфе в Швейцарии?» Товарищ Тёмный задержал на нем свой внимательный взгляд и генерал понял, что знает.

— С сегодняшнего дня мы начинаем завоевание Галактики, — продолжил Товарищ Тёмный, наблюдая за реакцией подчинённых. После этих слов директор ФСБ, товарищ Бортонутый, подумал, что президент, вероятно, болен, и обвёл глазами остальных, думая, на кого опереться. Так как в эту историческую минуту глава правительства Многороссии, товарищ Косолапый, дрыхнул, точно на заседании правительства, поэтому товарищ Забортников решил поставить на Шоуйгу, тем более что знал шифр его сейфа в Швейцарии. Товарищ Тёмный по унылым мордам своих подчинённых понял, что переборщил, и добавил:

— Для начала захватим планету Глаурия.

— А, это сложно, — проявил профессиональный интерес генерал Шо-Йгу оглы МоЙгу.

— Проще пареной репы, — сообщил товарищ Темный, а генерал Оглы ойне Могу немного успокоился, хотя репы никогда в глаза не видел, но, всё же, спросил:

— Какие виды оружия у инопланетян имеются?

— Они сами, как оружие, — задумчиво произнёс Тёмный, вспоминая Глаурию, и добавил: — К тому же у них имеются мэтлоступэ [69] .

— У нас такого оружия нет, — признался Кугу огу Ша-Йгу.

— Эта штука типа ракеты «Сатана», только похуже, — припугнул Тёмный, чтобы Кукужет оглы Мойву не расслаблялся, и напомнил ему о его шаманской юности:

— И бубен свой возьми!

После совещания отправились в корпорацию «ГоМноРосМет» и посетили хранилище золота. Тёмный сообщил, что хочет забрать весь золотой запас.

— Весь не утянем, — с сомнением сообщил Кужутег оглы Тайгу.

— Возьмём половину, — согласился товарищ Тёмный, открывая до боли знакомый сейф. Правда, кое-что с того времени изменилась, так как стеллажи в хранилище оказались пусты. Увидев на полу валявшиеся три золотых кирпичика, Тёмный удивлённо спросил: — Это что, весь наш запас?