Чтение онлайн

— Смотри на меня, Лера! — Приказываю ей, когда она пытается отвернуться. Пальцами провожу по холодным щекам:

— Все ее слова были ложью, от первого и до последнего слова. И больше нас с тобой никто не потревожит. Обещаю!

Внимательно наблюдаю за ней, убеждаясь, что она не ставит под сомнение мои слова. Скорее, решает, стоит ли ее возможных переживаний дальнейшее нахождение рядом. Но я намерен победить ее нерешительность: наклоняюсь ближе и начинаю трогать губами все, до чего могу дотянуться: щеки, глаза, нос, пока она не начинает улыбаться.

— Прости меня, рыжая, — шепчу ей перед тем, как нежно поцеловать в губы, а она, обнимая меня за шею, шепчет в ответ: «Прощаю…»

— Теперь твоя очередь, — перебирая локоны, обращаюсь к ней, нехотя отрываясь.

— Что ты хочешь знать? — Включается она. Обожаю эту ее черту: никогда не строит из себя дурочку, типа: «я не понимаю, о чем ты…».

— Что за мужик? Кто он? И как вы там оказались?

— Я очень расстроилась и решила выйти подышать свежим воздухом. Подальше от людей. Не заметила его, потому что смотрела под ноги, и случайно столкнулась. А он — бывший знакомый. Он — мое прошлое.

— А я? — Спрашиваю с замиранием сердца.

— А ты — мое будущее…

ГЛАВА 22

ЛЕРА

По возвращению с благотворительного вечера, который я не забуду, наверное, до конца своих дней, Дима переносит меня через порог, и, аккуратно установив, начинает раздевать.

Сначала прямо на пол спадает полушубок, сверху валится клатч. А потом и платье пышным облаком соскальзывает к ногам, оставляя меня в туфлях, чулках и белье.

— Весь вечер мечтал об этом, — хрипло признается Дима, торопливо избавляясь от пальто и обуви, и несет меня в спальню, где долго купает в нежности и ласке.

Мы ходим на работу и возвращаемся вместе, но, как это ни странно, почти ежесуточное нахождение рядом не напрягает.

Никаких разговоров и странных взглядов в свою сторону я не ощущаю, за что отдельно благодарю своего мужчину. Дома. Долго и сладостно, так, что на следующий день он начинает ворчать, что скоро начнет медитировать. А когда спрашиваю: «Зачем?», — поясняет:

— Чтобы еще раз вызвать в тебе чувство благодарности. Ну, или еще пару раз.

Я усмехаюсь, прекрасно представляя, что, раз он поставил себе такую задачу, непременно выполнит… Интересно, он и правда для этого будет связываться с космосом?

Иногда мы спорим по рабочим вопросам, порой расходимся во мнениях в быту, но это не является причинами для ссор. Слишком бережно мы относимся друг к другу, чтобы мелкие разногласия могли нам помешать.

Я знаю, что мой мужчина — человек слова, и однажды убеждаюсь в этом на практике. По дороге домой признаюсь, что очень хочу сладкого, и маршрут немедленно меняется. Он привозит меня в маленькое уютное кафе, судя по обстановке, жутко модное и дорогое. У него появилась привычка не давать мне в руки меню, а у меня — озвучить, чего бы мне хотелось, или положиться на его вкус. Вот и сейчас он делает заказ, поясняя:

— Когда попробуешь их самые вкусные вещи, сможешь определиться, что нравится тебе больше всего.

Я улыбаюсь, когда перед нами выставляют множество аппетитных сладостей и две чашки кофе, а он сидит напротив и поглаживает мою руку, снисходительно наблюдая за моими метаниями: какой десерт попробовать первым.

— Советую это, — подвигает, улыбаяс, ко мне блюдечко, с которого я загребаю ложкой добрую часть малюсенького пирожного.

— М-м-м-м, как вкусно! — Зажмуриваю от удовольствия глаза, а оставшуюся часть подношу ко рту Димы. Он, поедая, признается:

— Эти — мои любимые… — Не знала, что он сладкоежка.

Нашу идиллию прерывает цоконье каблучков подошедшей к столику девушки.

— Димаааа, — тянет она, — ты ли это?

Я смотрю на нее во все глаза, а он, лишь скользнув по незнакомке взглядом, поворачивается ко мне.

— Я. — Отвечает коротко, не давая повода развить беседу.

— Помнишь меня? Я — Надя.

— Нет, — односложно отвечает он, но девица не унимается:

— Мы встречались с тобой в клубе в прошлом году, — я насмешливо поднимаю брови, а он, поморщившись, отвечает:

— Не помню и не собираюсь вспоминать. К тому же сейчас я занят.

— Я могу подождать, когда освободишься, — не сдается прилипала, а я удивляюсь таким непробиваемым наглости и навязчивости.

— Я не освобожусь никогда. Иди отсюда! — Со сталью в голосе командным тоном говорит Дима, и эта кукла, похлопав глазами, чертыхаясь, уходит.

Он обещал, что нас больше никто не потревожит. И у меня больше не остается поводов для сомнений.

ДМИТРИЙ

В последнее время прошлые грешки упрямо пытаются пролезть в новый и непривычный для меня мир, где счастье улыбается человеку, который никогда особо не задумывался об этом понятии в принципе. Человеку, который просто жил, как и многие, от одного дня к следующему, а потом — дальше. Человеку, у которого бывали взлеты и падения, радости и печали, но который понимал, что это и есть жизнь, и всегда гладкой она быть не может.

Я никогда не был подвержен самокопанию, выбрасывая из головы ненужные мысли, но сейчас, паря в небесах вольной птицей, упивался переполняющими меня легкостью и свободой. И это несмотря на присутствие женщины в моей жизни.

Даже не так. Я переживал все это только благодаря женщине. Самой невероятной из всех, что я знал.

Сам себе порой не верю, с каждым днем убеждаясь, что свободен в этих отношениях. И я не о вседозволенности или необязательности, а о внутреннем ощущении себя.

Мое время, привычки, мысли принадлежат мне. И я по собственной воле, а не в угоду кому-то делаю все то, что хочу делать. Все мои действия — результат собственного выбора, в котором я не ограничен рамками, условностями, поводками. Я дышу полной грудью, ощущаю тот самый «ветер в лицо» и не позволю ни одному недоразумению омрачить все это.

Странно. Раньше я бесился, считая Леру легкомысленной охотницей за мужиками, но тени именно из моего прошлого восстают одна за другой. И у нее намного больше причин считать меня несерьезным. Только это и правда в прошлом. Я твердо знаю, чего хочу, продолжая идти к своей цели.

ЛЕРА

Я словно в сказке. И как же она отличается от той, что была прежде! Но даже сравнивать не хочу, считая, что поставить Диму вровень с предыдущим мужчиной — кощунство.

Поступок Леонида перечеркнул все, что было хорошего между нами, и я больше не считаю его своим мужем. Жаль, что формальности невозможно уладить, опираясь лишь на силу желания.

На периферии сознания то и дело мелькает мысль: нужно найти адвоката, чтобы занялся моим разводом. Но она благополучно угасает в забвении, потушенная круговертью повседневных дел, среди которых немало приятных.