Чтение онлайн

Втыкаю кассету обратно, слушаю уже по другому, детально. Бойбанд как бойбанд, четыре рыла. Они, после Битлз, все время группами по четыре ходят. Трое поют, у одного перспективный дискантик. Остальные ни рыба ни мясо.

Был у меня когда-то свой бойбанд. Как ни странно, в Советской Армии. Как закончил я консерваторию, так и обнаружилось что пора отдавать гражданский долг. Варианты были. Но я же тогда был на карме зациклен.

Ни-ни. Все по честному. Афган так Афган, Камчатка так Камчатка. Куда Родина пошлет. Тем более Армия, это такая организация — где всегда порядок. Знаешь закон Ома — будешь электриком, свет в казарме включать-выключать. Консерваторию закончил — вааще здорово, на тебе барабан, будешь на каждом разводе "Встречный Марш" бухать.

Да и фиг с ним, отбухаю полтора года и на свободу с чистой совестью.

Родина послала меня в Коломну, рядом с Москвой защищать ее, Родины, небо.

Как оказалось в обязанности полкового оркестра из срочников помимо маршей, входило еще и обеспечение разных мероприятий. От офицерских танцулек, до торжественных похорон. Вот там и собрались совершенно случайные люди, один я с музыкальным образованием. И из этих людей я сделал свой первый бойбанд. Наш оркестр был нарасхват по всему Московскому округу. Нас продавали, меняли, отдалживали. Нас пытались оставить на сверхсрочку, даже запугивали и подкупали. Так что при выходе из ворот части у меня в кармане была толстая книжечка с адресами нужных москвичей. Мы дождались Игоря, он был моего срока и служил еще полгода, потому как поплавка-ромбика у него не было. И дали жару. Я где-то с год был с ними, а потом ушел. Индустрия развлечений, как ни крути, в СССР была одна из самых коррумпированных.

А у меня карма. Ушел в классику. Хотя и ребятам подкидывал, если писалось.

Теперь на карму мне насрать, и коррупция даже в плюс. Сколько бабла можно снять с сезона чеса по градам и весям необъятной? Подумать страшно. И все наликом. Сколько-то отстегиваешь крыше официально, сколько-то неофициально, сколько-то местным, остальное твое.

И бойбанд у меня есть. Они еще об этом не знают, но добрым словом и пистолетом. Пистолет на них есть. Подумаем о добром слове.

г. Ленинград, Дом Культуры Железнодорожников. 10.02.1981.

Выступление "Бармаглотов" мы с Верунчиком прослушали в зале, а потом пошли искать племянничка за кулисы.

— Здравствуйте, детки! — сообщаю парням меня старше, — Можете назвать меня тетя Саша.

Племянничек косится на Верунчика, остальные радостно улыбаются. Юмор, да.

— Вы ведь здесь все профессионалы? Да? — Не менее радостно продолжаю. — Как профессионал профессионалам сообщаю, вы нагло сперли мою песню.

— Ичо?

— А то, что вот этот билетик на концерт стоит рупь. Где моя доля?

— Перебьешься, — смурнеют парни. — Это ДК, иди с ними разбирайся.

— Нифига не понимаете. Вы попятили у члена союза композиторов. С вашим ДК будет разбираться союз. И после того, как заплатит штрафы, а он заплатит, вас не каждая подворотня к себе возьмет. Впрочем, если не хотите договариваться, сделаем так как положено.

— А ты вообще кто такая?

— Тетя Саша. А еще Александра Ромм.

— Непохожа. И денег нет все равно. Так что разбирайся с ДК.

— А кто сказал что мне нужны деньги? Я вижу наше сотрудничество по другому. Я делаю вам репертуар. Вы делитесь со мной. WIN-WIN!

— Какой вин?

— Все счастливы, богаты и довольны. Будете ездить по градам и весям, будете знамениты, девочки будут кипяточком писать. А мне долю малую заносить будете.

— И как же?

Оценивающе приглядываюсь к группе.

— Сначала выбираем целевую аудиторию. Девочки 12–17 лет подойдут замечательно. Парней вы еще не потянете. Льюиса Керрола целевая аудитория не читала, а если читала, то это не наша аудитория. Меняем название на… Ласковый Май!

— Фу!

— Никаких Фу! Это работа! Вот вам ваша первая вещь, за неделю чтобы сделали. В следующее воскресение будет остальное. Сую им листок с оркестровкой.

— Белые розы, белые розы, беззащитны цветы… — Читает племянник. — А как играть то?

— Там написано.

— Так то нотами.

— А как еще?

— Мы техникУмов не кончали, — скалится народ.

Недоуменно поворачиваюсь к Вере Григорьевне.

— Вы же говорили, что он в музыкалке учился?

— Так учился же, не закончил только.

— Извините, ребята, я кажется не по адресу.

Выхватываю листок с оркестровкой, и выталкиваю Верунчика наружу.

— "Маркизу" не играть! — Засужу!

Ну не дура ли я? Стыдоба-то где. Что-то со мной не так. Тенденция нехорошая. Привык судить всех по себе и иначе не представляю. Надо меняться, чтобы так не попадать. Они же первожизнюки. Они спешат, торопятся успеть все. Они не знают, что времени на самом деле навалом. Как дети. А я жду от них… И с другой стороны, сужу слишком строго. Например толстяк = слабовольный. Привыкла по себе, что вес поднялся, просто прекрати есть, и дело в шляпе. А он/она просто жизнью сполна насладиться хочет. Они другие.

А я с их точки зрения выгляжу как аутист. Нет. Аутизм — слишком круто.

Синдром Аспергера в самый раз. Как Гарун. О, черт! Мне же чтобы нормально социализироваться, теперь все время думать надо, раз инстинкт не работает!

г. Ленинград, Московский проспект. Отделение милиции. 22.10.1983.

Из милицейского отделения выныривает стайка девиц характерной наружности. Следом выходит Александра с квартирной хозяйкой.

Бл@!

Замели менты поганые. Какая же я дууура! На западе уже вышла 286.

А я смогла наконец пробиться к своим деньгам. 18 есть, маму побоку. А мне хотя бы спектрум поганенький. Пошарила по комкам — нету спектрумов.

Подсказали мне морячка, что в Гамбург в понедельник уходит. Рубли ему не нужны, надо дойч марки. Ну марки так марки, ща поменяем. Морячок подсказал мне валютчика, что в Пулковской сидит и я поскакала туда.

Как прывыкла, что поменять валюту плевое дело, так и нифига не подумала что в СССР это дело подсудное. Там меня и повязали. Вместе с профессионалками. За приставание к иностранцам. Какое, нахер, приставание в таком прикиде? Студентус же Вулгарис, чего непонятно?

Да и незаконны такие задержания. Продержали бы до утра, да и выпустили бы. А у меня в сумочке 7 000 рублей. Жигуль. Хорошо еще с марками не взяли.

Стали колоть. Кто такая, паспорт давай. Паспорт дома, а вот вам студенческий. Александра Ромм. А вот не надо нам такого. Не похожа.

Александру все знают, а ты что за птица такая? И бабки откуда? Бабки законные. А в Пулковской что делала? В ресторан поужинать заходила.

Вот, денег взяла побольше, чтоб наверняка хватило. Очень кушать люблю.