Чтение онлайн

Чтобы купить что-то нужное, надо продать что-то ненужное. Великий Руководитель пытается продать ядерный реактор. Если на реакторе сидит Александра Ромм, стоимость означенного повышается. А еще Ким ЧенИр опасается, что в процессе торговли штатовцы этот наш любимый реактор просто бомбанут нафиг. Поэтому я здесь. Официально я нахожусь в опале и на перевоспитании, как не плакавшая на похоронах Великого Вождя.

Поэтому братик на меня озлился и перевоспитывает в сельской местности. На мебельной фабрике. Впрочем кампания осуждения в прессе была довольно вялой и быстренько переключилась на национальную тему.

Дескать русские, они такие жестокие люди, что даже на похоронах не плачут. Отношение к зекам и опальным тут нерусское. Съездил на годик-другой в лагерь, перевоспитался и обратно на прежнюю должность, уже перевоспитанным. Азия-с. Вот министра иностранных дел Кан СокЮ, тоже так быстренько перевоспитали, и отправили прямо из лагеря переговоры с США вести. Реактор продавать. Дело-то житейское, только если неисправимым признают, то худо. Пожизненное.

После похорон из Кымсусанскго дворца сделали мемориальный мавзолей, а братик перебрался жить прямо в здание ЦК ТПК, поближе к работе. А мне выдали жилье в Йонбене. Такие дела.

Никому не мешает, что зека Ким Александра занимает должность научного руководителя данного заведения. Генеральская должность между прочим.

По этому поводу пошила себе полувоенную форму без знаков различия и в ней хожу. Из патриотичненького виналона. Очень удобно, не надо каждый раз задумываться чего одеть. Виналон ворованный, пришлось охранника на местный рынок — чанмадан засылать. С моей мордой лица мгновенно узнаваемой, весь чанмадан разбежался бы. И коммерческий образ сменился с "Секретарь-референт" на "Мао-Дзедун", сохраняя мне кучу драгоценного времени. Здесь большинство народа так ходит. По форме. Ее на каждом предприятии выдают. Если бы не блондинистость, из толпы бы не выделялась, а так да. Куда не пойдешь, вокруг зона пустоты и молчания. В самом центре уже привыкли, но приходится выбираться в Пхеньян, в Техноложку. Раз в неделю сажусь на поезд и отправляюсь в Пхеньянский технологический. И вечером обратно, ночевать в столице мне запрещено. Тут недалеко, три часа. Вот тогда и ощущаю эту зону отчуждения. Никто кроме пары охранников в штатском приближаться не решается.

Туда, в техноложку заехал Великий Полководец и как водится, поруководил. И время выбрал, гад, чтобы со мной не пересечься. ХенВановские коммуникаторы зарубил, в них, страшное дело, радиопередатчик стоит.

Интернет полузарубил — повелел протоколы переделать так, чтобы всегда можно было идентифицировать пользователя. Ли ГунСе решил это установкой еще одного общего сервера что будет раздавать сертификаты по цифровой подписи. Даже интересно: интернет без троллей, как это будет выглядеть? Зато Чхве со своими вертикальными фермами ходит довольный, получил полный одобрямс с похлопыванием по плечу и дополнительные фонды на стекло и прокат.

Реакторы у нас чисто чучхейские, кроме советского исследовательского. Уран свой. И чтобы не возиться с обогащением, а это самая сложная технология цикла, выбрали древнюю английскую схему Магнокс. [11]

Газовые реакторы на природном уране. Англичане на таких весь свой плутоний и наделали. Схема отвратная по причине неполного выгорания урана, отчего топливные стержни фонят как бешенные. Их надо быстро-быстро переработать, извлечь плутоний, а из остатков наделать новые стержни, или захоронить. Та еще работка. Но справляются, аварий пока не было. Работает только один такой на 5МВт, остальные покрупнее только строятся. И по мне, так весь проект надо закрывать в любом случае, купят Амеры или нет. Я из будущего знаю, что купят. А потом надуют. Не с лохами дело имеем, они со времен индейских войн таких гопников, как Великий Полководец разводили.

По причине переговоров в верхах, на объекте царит уныние. Официально о переговорах никто ничего не знает, но все в курсе. 5 мегаваттник крутится, а на остальных площадках строятся потемкинские деревни, только чтобы показать сколько мы денег вкладываем. С революционным духом совсем плохо. Народ переживает, что после закрытия окажется никому не нужным, потеряет должности, деньги и повышенные пайки. Дух будем поднимать. На здешнем оборудовании и со здешними спецами можно хоть черта с рогами сделать. Оба Кима сюда все самое лучшее десятилетиями тащили, а теперь это все мое. Не хуже чем в техноложке.

Будем строить линию по выпуску солнечных панелей. Гнать поликристалл.

С энергетикой в стране беда, гидроэнергии не хватает, атом скоро нам запретят, один уголь остается. А у меня тут и станочный парк и спецы есть. Которых по причине останова работ в трудовые отряды загнать могут, операторами лопаты. Мотивация убойная, спецы грамотные, фонды пока не отобрали, что еще надо?

В мире энтузиазм по поводу сверхпроводимости на ураните потихоньку утихает. Холодильные установки дороги и энергию жрут. Так на так и выходит. В трансформаторах не применишь, там основные потери за счет перемагничивания сердечника. Остаются накопители энергии на постоянном токе, и коммуникация на подстанциях. ИТЕР тоже попер вперед быстрее. Сам уранит хрупок, из него делают тонкие ленты, тоже сложная технология. Впереди те страны, у которых скопились запасы обедненного урана, и его девать было некуда. Самое сложное в научной литературе то, что большинство статей, это "Дайте нам денег, и мы сделаем вам отличную штуку". А "Посмотрите, какую штуку мы сделали" — ничтожное меньшинство.

Мою на коленке сляпаную теорию сверхпроводимости никто опровергать не лезет, что странно, но логично. Ибо критикуя — предлагай. А предложить пока нечего. Йохансен в школу только пошел.

г. Йонбен. 2.05.1994.

МАГАТЕ прислало Дэвида Вазовски. Старого знакомого, виделись с ним в Москве, Стокгольме и Женеве. Я так понимаю, еще и для того, чтобы на меня посмотреть.

— Сюрреалистичный вид! — усмехнулся Дэвид, — ядерный реактор, а на его фоне крестьянин пашет землю на быках.

— Такова здесь жизнь, пару лет назад он пахал это поле на тракторе. А сейчас для трактора нет солярки. А чтобы купить нефть у государства нет денег. И кроме того — сейчас май. Срок для полевых работ уже прошел. Начинается сухость. Паши — не паши, урожай будет мизерным.

— То есть ваши экономические проблемы только начинаются? Смысл тогда держаться за социалистическую систему?

— Дэвид, тут вопрос стоит не в общественном строе. Совсем. Тут работает этот чертов Мальтус. Территория не способна без внешней подпитки прокормить население. Старые связи с СССР, откуда эта подпитка приходила, разорваны. Новых не установлено. Мальтус предлагает три выхода — сокращение населения через голод или выборочный геноцид, завоевание новых территорий, или переход на более прогрессивный технологический уклад. И самое противное, что от нас выбор не зависит. Даже от Ким ЧенИра. Выбор произойдет стихийно.

— Но почему бы просто не сдаться Южанам?

— А у них сильно лучше?

— Конечно, это же свободный мир.

— Ага, свободно пахать по 92 часа в неделю, это свобода! Здесь народ избалован, так сразу не заставишь. А будут заставлять. Почитай южные хотелки: все население в лагеря и жесткая декоммунизация. Это не объединение Германии, у них уже для каждой деревни своя администрация назначена и сидит-ждет. Называется "Управление пяти северных провинций".

— Карточками избалован? — усмехается он.

— Это не карточки. Это безусловный базовый доход! Просто выплачиваемый в натуральном выражении. Вам до такого еще расти и расти.

— Вот тут не понял, сама же говоришь, что будет голод, и в то же время хвалишь систему распределения.

— Мы зависели от СССР примерно так же, как южане от США. И вот, в мгновение, прошел разрыв. Нам надо время привыкнуть к новым условиям.

Найти рынки сбыта, на которые вы нас не пустите, установить новые связи. Представь, если бы Юг так же порвал со Штатами, да еще попал бы в санкции. У них половина продовольствия импортируется. А половина промпроизводства экспортируется. Америка буквально кормит всю Восточную Азию. Они бы вообще сдохли, а мы телепаемся как-то.