Чтение онлайн

20.03.2002 Сеть "Кванмен". Сайт Административного совета.

Разъяснение Административного Совета по поводу обращения рабочих золотодобычи шахты Кимчхэка.

Обязанностью Административного Совета является установление справедливой оплаты труда. Шахтеры считают, что понижение тарифных ставок в марте несправедливо. В то же время они считают, что правило обязывающее шахту принимать обучающихся на стажировку несправедливо. Напоминаем, что любой человек в нашей стране имеет право на обучение любой профессии, но не имеет права на любое рабочее место. Для обеспечения права на стажировку, любое предприятие обязано проводить обучение. Если же специалистов в какой-то области избыток, то тарифные ставки в этой области будут понижены, чтобы снизить привлекательность этой профессии. В то же время, ставки в областях, требующих дополнительной рабочей силы повышаются. Так в марте были повышены ставки строителям, экскаваторщикам и работникам ферм по выращиванию моллюсков. Общая сумма зарплат по стране не изменилась. В будущем, если будут возникать такие требования, Административный Совет просит требующих увеличения зарплат, так же указывать за счет какой группы населения их следует повысить.

Шахтеры.

Профессия тяжелая, опасная, грязная, Поэтому это народ гордый, уважаемый и на подъем легкий. Они стучали касками и перекрывали пути при Тетчер, потом при Ельцине, каждый раз нарываясь на закрытия шахт и сокращения. Теперь каждый желающий может стать кем угодно. Выучил через сеть теорию, сдал в центре экзамен, отработал стажировку на месте за минимальную зарплату. Получи корочки и крутись как хочешь.

Твое личное дело, если наняться некуда, учи другую профессию. И работай в трудовых отрядах.

Трудовые отряды изменились, раньше они делились по предприятиям, теперь существует Управление ТО, и это аналог общественных работ. По конституции, каждый имеет право на труд.

Про право на зарплату ничего на сказано, поэтому все бойцы имеют минималку. А если прогуливать, или сачковать, еще меньше. А уйти нельзя, потеряешь зарплату и главное — карточки. Естественно люди оттуда стремятся уйти на нормальное место всеми силами. Учатся.

Нормальных рабочих мест не хватает. Там конкурс. Численность ТО в пике была под 40 % рабочей силы, потом упала до 20 %. Потом, как национализировали сельхоз, опять выросла. Идеально было бы сократить их до 1–2 %, но и 5 % устроит.

А еще подкосило шахтеров то, что группа генерала ОКвана наладила производство горных дронов. Универсальной машинки у них не получилось. Получился целый комплекс, где для разных задач используются разные механизмы. Проходка, крепь, забой, транспортировка, укладка кабелей. И теперь военные потихоньку вытесняют шахтеров. Шахтерам это активно не нравится.

10.04.2002 уезд Пунджон Гун.

Поселение было так себе. Рабочий барак, тупичок железнодорожных путей, с одинокой цистерной. Бульдозер, приткнувшийся рядом с ней. И полное отсутствие людей. Ли ЮнСок вздохнул и подошел к бульдозеру. Помаячил перед камерами, помахал руками. Потом решительно вдави кнопку вызова.

— Да здесь я! — сказал бульдозер заспанным голосом.

— Товарищ солдат? Чего стоим? Кого ждем?

— А ты кто?

— Я новый директор этой богадельни Ли ЮнСок.

— Ааа… Ну так найди мне заправщика, директор, у меня солярка на нуле.

ЮнСок посмотрел на рабочий барак без признаков жизни, потом на заправочный шланг от цистерны, брошенный на землю. Обтер его тут же валяющейся тряпкой, воткнул в бульдозер и взялся за рычаг насоса.

Пока трясся сначала в Столицу за назначением, потом почти обратно до Пунджона, успел ознакомиться с новым местом. Он тут уже третий директор, предыдущий решил сэкономить, и отправил работников в трудовые отряды на зиму. Сэкономил. Работяги немедленно подсуетились и нашли себе другие места. Остались пара рабочих, пара конторских, да сам директор. И еще солдатики на своей технике. Но они виртуальные. Прежний директор, кстати, уже уехал на новое место, вместе с трудовым отрядом.

Когда ЮнСок поинтересовался у министерского, как можно его — профессионального туннельщика ставить на сельхоз, тот только задрал вверх глаза, показывая что кадровая политика не в его компетенции. Но практических советов дал. И денег полтора миллиона трудочасов на обзаведение.

— Проекта, как такового, там в сущности и нет. Гидрологи пробежались, да геологи по склонам, разберешься на месте, чтоб ничего не посыпалось, ты же сам геолог. Можешь заказать генплан, но они все заняты, и за генплан сдерут трудочасов не по божески. Так что лучше сам. Принцип простой — на дне долины солдатики пророют водоспуск, им не мешай, у них все расчеты от гидрологов есть. Дальше где плоско, под пахоту. Как больше пяти градусов — высаживаешь деревья, грунт укрепишь, или под пастбища определяй, больше десяти — обращайся в контору ВанХена, может он заберет под фермы свои. Совсем наверх не лезь, там энергетики командуют. А чтобы работяг в ТО не отправлять, поищи по окрестностям производство какое, или можешь вырубить в скале овощехранилище, раз специалист. Главное не сиди, и не жди, что кто-нибудь приедет и поможет, сам активно ищи. И будь на связи, что непонятно — спрашивай.

— И вот еще. Тут заказ бывшего директора на триста голов овец из Австралии. Готовься встречать через неделю.

— Так мне зоотехник нужен… И агроном.

— Ищи, — пожал плечами министерский. — Ты сам-то городской?

ЮнСок кивнул.

— В ТО поищи, там сейчас сельских много. Зоотехники может и без диплома, но знающие найдутся, а там и дипломы им организуешь.

Бульдозер поблагодарил, завелся и помесил в направленни середины долины. Юнсок разглядел рядом с рабочим бараком пару жилых вагончиков. В вагончиках ЮнСок разбирался. Эти были новенькие, с санузлом и душевой кабинкой. Наверное прежний директор жил. А второй по виду — контора. Нам туда.

Надо искать рабочих. Нет, ТОшников нагнать просто, но они здесь не останутся, закроют договор и уедут. У каждого квартира или дом имеются. Да хоть комнатка в муравейнике, но своя. Вытянуть на переселение трудно, они тогда этой несчастной комнатки лишатся, хоть и бывают там только по выходным. Заманивать надо жильем, а значит строить. А на первое время закупить хоть таких вагончиков с десяток.

И надо что-то делать с овцами…

Солнышко высунуло край из-за хребта, пригрело землю.

Весенняя цветущая долина была прекрасна. Здесь хотелось жить и растить детей.

Газета NY Times 21.9.2002.

"…Ведущие экономисты, оценивая эффективность реформ в КНДР, отмечают их псевдорыночный характер.

Руководство страны пытается использовать рыночные механизмы, и не потерять контроля над страной. В отличие от Китая, северокорейцы не признают частной собственности, и пытаются имитировать предпринимательство через административные методы…"

Несмотря на физическое изолирование Кванмена от интернета, насмотря на уголовное наказание за шпионаж. Статистика утекает за границу. В основном через китайцев. Невозможно утаить инфу от мира, когда у тебя 20 миллионов пользователей.

Информационная открытость — палка о двух концах. С одной стороны это неприятно — жить в стеклянном доме. С другой стороны среди шквала пропаганды встречается и конструктивная критика. Поэтому мы все читаем, а кое что и публикуем. В том числе и то, с чего блевать тянет. Вырабатываем идеологический иммунитет. Осторожненько, на ослабленных вакцинах.

И все таки есть на Западе светлые головы, именно так мы и поступаем. Где возможно — конкуренция. Как в сельхозе. Но не жесткая, из-за проигрыша в конкурентной борьбе предприятие не разорится, просто слетит директор. А само производство получит субсидии и реорганизуется. Но размер экономики слишком мал, поэтому очень много монополий. Чтобы они не зажирались, берем соотношения производительности и материалоемкости у капиталистов, вводим поправочные коэффициенты на размер производства, и уже потом оцениваем эффективность управления. Самое трудное — научить управленцев сотрудничать. "Если хочешь сделать хорошо — сделай сам" — неправильно. Правильно — "Если хочешь сделать хорошо — заплати специалисту". Повышаем информационную и транспортную связность страны, так пользуйтесь этим! Нет! Зла не хватает!