Чтение онлайн

Психоз? Да, конечно, похоже на то.

В нынешнем своем состоянии гугли еле сводят концы с концами. Их словарь обеднел. "Черт возьми, - сказал себе Шелдон, - ведь даже я сегодня владею языком лучше, чем вождь".

Средства к существованию у нынешних гуглей едва достаточны для того, чтобы не умереть голодной смертью. Они охотятся и рыбачат, собирают дикорастущие фрукты и корешки, но при этом у них постоянно урчит в животе от голода, - а между тем вокруг покинутых деревень лежат поля под парами, пустуют в ожидании мотыги и плуга, в ожидании семян, и по всем признакам эти поля были в обороте еще год-два назад. Вне сомнения, на полях выращивали не только овощи, но и баабу. А сегодня гугли не имеют понятия ни о плугах, ни о мотыгах, ни о семенах. Их хижины слеплены кое-как и тонут в грязи. У них сохранились семьи, но моральные установления таковы, что вызывают тошноту. Оружие - каменное, и только каменное, а о сельскохозяйственных орудиях никто и не слыхивал.

Культурный регресс? Нет, не так просто. Можно допустить культурный регресс, но как объяснить парадокс? Гугли отступили в деревушки класса 14, но в центре каждой деревушки - молельня, позади молельни - парник, а в парнике - баабу. Парники возведены из стекла, а больше нигде в деревушке класса 14 стеклами и не пахнет. Ни одно существо класса 14 не сумело бы возвести такой парник, да и молельню, коль на то пошло. Потому что молельня - отнюдь не хижина, а здание из обработанного камня и отесанных бревен, и двери заперты каким-то хитроумным способом, который еще не удалось раскусить. Впрочем, с дверями никто особенно не возился. На чужих планетах гостям, мягко говоря, не рекомендуется соваться в молельню без спроса.

"Готов поклясться, - сказал Шелдон, беседуя вслух с самим собой, что молельню строили не дикари, снующие вокруг нее сегодня. Если я не совсем зарапортовался, ее построили до начала регресса. И парник тоже построили загодя".

Что мы делаем на Земле, когда уезжаем в отпуск, а у нас дома есть цветы или растения в горшках и мы не хотим погубить их? Мы относим горшки к соседям или друзьям или договариваемся с кем-нибудь, чтобы к нам периодически наведывались и поливали наши цветочки. А если мы решили уйти в отпуск из культуры класса 10 в класс 14 и у нас есть растения баабу, которые мы непременно хотим сохранить как семенной фонд, как мы поступим тогда? Баабу нельзя отнести к соседям, потому что и соседи, в свою очередь, уходят в отпуск. Лучшее, что нам остается, - возвести парник и оснастить его массой автоматических устройств, которые позаботятся о растениях, пока мы не вернемся и не станем вновь заботиться о них сами.

Но это значит, это почти неоспоримо доказывает, что регресс не был случайным.

Перед посиделками экипаж навел на себя красоту, напялил чистое платье, помылся и побрился. Сальный вытащил свою гармонику и ради тренировки наиграл мелодию-другую. Банда предполагаемых хористов из машинного отделения решила поупражняться, как петь более или менее слаженно, - получился кошачий концерт, пронзающий корабль от носа до кормы. Капитан Харт поймал одного из мотористов с бутылкой, каким-то образом пронесенной на борт. Одним хорошо поставленным ударом капитан сломал ослушнику челюсть - способ поддержания дисциплины, который Шелдон в беседах с Хартом оценивал как необязательный.

Сам координатор надел полупарадную форму. Может, и глуповато было выряжаться ради каких-то дикарей, но он утешал себя тем, что по крайней мере не приходится надевать парадный мундир со всеми регалиями. Он уже натягивал куртку, когда послышались шаги Харта: капитан вновь спускался из своих апартаментов в каморку координатора.

– Все остальные разведчики на борту, - объявил Харт с порога.

– Ну и что?

– Повсюду одно и то же. Все племена до единого перебрались из прежних деревень в лачуги вокруг молелен и парников, построенных гораздо более изобретательно. А сами жители по уши в грязи и почти дохнут с голоду, в точности как ближайшие наши соседи.

– Так я и подозревал, - обронил Шелдон. Харт глянул на него искоса, словно прикидывая, как бы половчее накинуть на хвастуна петлю.
– Это же логично, - добавил Шелдон.
– Уверен, вы и сами считаете именно так. Если одно племя по каким-то причинам вернулось к дикости, надо полагать, что так же поступили и остальные.

– Но почему, мистер координатор? По каким именно причинам? Вот что мне надо знать.

Шелдон спокойно произнес:

– Я намерен это выяснить.

А про себя подумал: капитан прав, тут были какие-то причины. Если все они одновременно вернулись к дикости, то ради определенной цели, следуя какому-то плану. И чтобы разработать подобный план и согласовать в деталях между тридцатью семью деревнями, нужна безотказная система связи, куда лучшая, чем можно ожидать от культуры класса 10...

С трапа донеслись еще чьи-то торопливые шаги - вверх, вверх. Харт поспешно обернулся к двери, и Сальный Феррис, ввалившись в каморку, едва не налетел на капитана. Глаза у кока округлились от возбуждения, он шумно пыхтел после пробежки.

– Они открывают молельню, - выдохнул кок.
– Они только что...

– Да я шкуру с них спущу!
– зарычал Харт.
– Я же отдал приказ не валять дурака и не приближаться к молельне!

– Это не наши, сэр, - сумел выговорить Сальный.
– Это гугли. Они сами решили отпереть свою молельню.

Харт резко повернулся к Шелдону.

– Не надо бы туда ходить.

– Надо!
– ответил Шелдон.
– Они нас пригласили. В настоящий момент мы никак не можем позволить себе их обидеть.

– В таком случае возьмем личное оружие.

– Но с категорическим приказом не прибегать к нему до последней крайности.

Харт кивнул:

– И оставим здесь несколько человек с винтовками, чтобы прикрыли нас, если придется спасаться бегством.

– Звучит разумно, - согласился Шелдон.

Харт быстро вышел. Кок собрался последовать его примеру.

– Постой-ка, Сальный. Ты видел, как открыли молельню, своими глазами?

– Так точно, сэр.

– А что ты там, собственно, делал?

– Видите ли, сэр...

По лицу Сального было видно: он спешно выдумывает, что бы такое соврать. И Шелдон перебил:

– Я рассказал ему одну историю. Но до него, похоже, не дошло.

Кок сказал с ухмылкой:

– Ну, видите ли, дело было так. Гугли начали варить какое-то пойло, а я дал им несколько советов, просто чтобы чуть-чуть помочь. Они же все делали наперекосяк, и было бы жаль, если б классную выпивку сгубили по невежеству. Вот я и...

– Вот ты и наведался к ним еще раз - отведать, что получилось.

– Да, сэр, примерно так оно и было.

– Теперь понятно. Скажи мне, Сальный, а кроме как по части выпивки, других советов ты им не давал?

– Ну еще я рассказал вождю парочку историй.

– Понравились они ему?

– Не знаю, - ответил Сальный.
– Он не смеялся, но истории ему вроде понравились.

– Я тоже рассказал ему одну историю, - повторил Шелдон.
– Но она до него, похоже, не дошла.

– Может, и правда не дошла. Извините меня, сэр, но истории, какие вы предпочитаете, подчас чересчур того... Тонковаты, пожалуй.

– Об этом я и сам догадался. А еще что там произошло?

– Еще что? Да, вспомнил. Еще там один взял тростинку и принялся мастерить дудку, но тоже делал все наперекосяк...

– И ты показал ему, как сделать дудку получше?

– Точно, - признался Сальный.

– И теперь ты, наверное, чувствуешь себя героем, который пришел на выручку отсталому народу, дав ему сильный толчок к цивилизации...

– Мм...
– промычал кок.

– Да ладно, - примирительно сказал Шелдон.
– Но на твоем месте я бы не слишком налегал на улучшенную выпивку.