Чтение онлайн

Отдельно необходимо остановиться на боевых делах летчиков. Хотя в большинстве своем они были или стали офицерами, но ведь каждый их боевой вылет являлся личным, индивидуальным действием, ибо воевал летчик сам, своими руками. Сержанты были пилотами только в первом году войны, впрочем, и тогда евреи эти отличались храбростью и профессионализмом, хотя и понятно, что боевого опыта они не имели, ибо только недавно были выпущены из летных школ. Тем более надо назвать отличившихся. Это пилоты бомбардировщиков старшие сержанты Владимир Грабовский, Меер Гриншпун, Михаил Киселев, Борис Коган, Григорий Курковский, Борис Луговиер, Абрам Магарилл, Михаил Нудельман, уничтожившие сотни фашистских солдат, десятки танков и орудий; мужественные летчики: разведчики сержанты Яков Подольный, Владимир Львов и старшина Михаил Сапожников, доставившие ценные сведения о противнике; истребители старшие сержанты Владимир Переводин, сбивший 4 бомбардировщика; Моисей Штернгольд, уничтоживший 2 истребителя, и многие другие, награжденные орденами в том страшном 1941 году.

Особняком стоит подвиг летчика-истребителя старшего лейтенанта Александра Горелика, который не имеет равных в истории Второй мировой войны. В одном боевом вылете Александр Горелик сбил ДЕВЯТЬ немецких самолетов — одним комплектом боеприпасов! Но на следующий же день, вылетев, он сбил еще один бомбардировщик, однако был подожжен и погиб. Тем не менее за этот невиданный образец храбрости и боевого мастерства не был удостоен звания Героя даже посмертно, хотя если уж перечислять героев-летчиков, то начинать по праву надо с Александра Горелика.

Вместе с тем немалая группа летчиков-евреев это звание получила. Героями Советского Союза стали 21 человек. Все они — офицеры, но, как я уже говорил выше, героизм пилота — это героизм личный: победить он может только за счет своего летного мастерства и отваги. Поэтому я считаю необходимым хотя бы кратко рассказать о некоторых из этой славной когорты воздушных бойцов.

— Яков Ильич Берников закончил войну подполковником, но Героем стал в звании капитана за то, что в 64 боях сбил 17 фашистских самолетов. Он награжден, кроме этого, девятью орденами, ибо продолжал уничтожать немецкие истребители и бомбардировщики.

— Штурмовик Хаскель Моисеевич Гопник получил звание Героя за уничтожение 12 танков, 26 автомашин, 15 орудий, 26 железнодорожных составов и 5 самолетов.

— Штурмовик Семен Исаакович Гурвич уничтожил 19 танков, 40 орудий, 95 автомашин, 4 зенитных батареи, 3 самолета.

— Штурмовик Борис Савельевич Левин — 4 самолета, 15 танков, 27 орудий, 50 автомашин, 7 эшелонов, 2 корабля. Не каждый полк в Красной армии имел такой боевой счет, как эти три пилота-еврея, вместе взятые!

— Истребитель Владимир Самойлович Левитан совершил 291 боевой вылет и сбил 23 немецких самолета — почти целый полк!

— Истребитель Борис Михайлович Ривкин — 179 боевых вылетов, 19 сбитых самолетов.

— Виктор Яковлевич Хасин к марту 1943 года совершил 659 успешных боевых вылетов, сбил 15 и уничтожил на аэродромах еще 8 самолетов противника. Но ведь он продолжал летать и сбивать немцев до самой победы, как, впрочем, и остальные Герои!

Можно бы и продолжить этот славный перечень, назвав всех, но хочу закончить его коротким рассказом о Натане Борисовиче Стратиевском, которого я уже упоминал выше как сержанта — воздушного стрелка. Он и продолжал летать на своем бомбардировщике в той же должности, но этому Герою, в виде исключения, единственному во всей бомбардировочной авиации, присвоили звание лейтенанта. Еще бы! Ведь он со своего хвостового пулемета сбил и еще 10 немецких истребителей. Такого примера не сыскать в мировой истории воздушных поединков.

В общей сложности только евреи — Герои Советского Союза сбили в воздухе и сожгли на земле 151 самолет противника. Они уничтожили таким образом пять вражеских авиаполков. То были в основном германские самолеты и германские летчики, а уж их-то не заподозришь в неумении драться. А сколько отправили в ад другие еврейские пилоты, не ставшие Героями и чей боевой счет нам неизвестен? Вот как дрались евреи в воздухе! Доблестным пилотам израильской авиации было с кого брать пример!

Завершая очерк, считаю, что обязан рассказать о подвигах дважды Героя Советского Союза Давида Абрамовича Драгунского. Он вступил в первый бой с нацистами в июле 1941 года командиром танковой роты и дрался с палачами народа своего до победы, с перерывами на лечение от тяжких ран.

После госпиталя в августе 1943-го Драгунский был назначен командиром 1-й гвардейской механизированной бригады, успешно командовал ею в боях, пока не был ранен осколком в живот. Однако в госпитале не вылежал срока, немного оправившись, выпросился на фронт и принял командование 55-й гвардейской танковой бригадой. Он прославил ее боевыми делами и получил от танкистов прозвище Давид-Вперед, потому что любимой командой его была: «Бригада, за мной, вперед!»

Полковник Драгунский всегда добивался, чтобы именно его бригада шла в передовом отряде всей танковой армии, и на своем командирском танке нередко первым врывался в боевые порядки немцев. Он сражался яростно, не щадя себя. Еще в 1942 году узнал Давид, что немцы истребили всю немаленькую семью Драгунских. Они убили в селе Святка Брянской области 70 членов этой семьи, основанной николаевским солдатом-драгуном. Погибли все: отец, мать сестры, братья и родственники. Да и два родных брата Давида тоже пали на фронте. Было за что этому воину-еврею мстить нацистам!

В ноябре 1943-го Драгунский снова — в который раз! — был ранен, но остался в строю. Но уже через месяц его скосило тяжелое ранение, он перенес состояние клинической смерти, и после выздоровления врачи постановили уволить Давида из армии. Однако командующий 3-й гвардейской танковой армией генерал Рыбалко, ценивший бесстрашие своего комбрига, прислал в госпиталь телеграмму: «Милости прошу Давида Драгунского вместе со мной войну кончать», и врачи уважили знаменитого командарма.

Давид вернулся в бригаду в июне 1944 года, сел в головной танк и повел ее вперед. За мужество и доблесть, проявленные в боях на Сандомирском плацдарме, полковнику Драгунскому в сентябре 1944 года было присвоено звание Героя. Но открылась старая рана, и он снова попал в госпиталь, опять не вылежал и снова встал в строй. В апреле 1945-го он, во главе своей бригады, одним из первых ворвался в Берлин, прорезал его насквозь и вышел на соединение с танкистами 1-го Белорусского фронта, которых вел другой еврей-комкор генерал Кривошеий. Берлин пал, и за свое военное искусство и отвагу, проявленные при штурме вражьей столицы, Драгунский получил вторую Золотую Звезду, менее чем через 8 месяцев после первой! А всего за войну он был награжден еще девятью орденами СССР и четырьмя — союзников.

После войны он стал генерал-полковником. И хотя запятнал себя на старости лет, став председателем печально знаменитого антисионистского комитета, но воевал-то Давид Драгунский героически и самоотверженно, врагов народа нашего истребил несчетно, сторицей расплатился за семью свою. Считаю, что после его смерти должны мы помнить Давида Драгунского как смелого воина, одного из лучших в той войне, и именно таким вспоминать его. И мир праху его…

С чувством сожаления заканчиваю этот очерк. Не хочется расставаться с рассказом о героизме евреев в борьбе с заклятым врагом. Но эта тема сама по себе может стать предметом отдельной книги, ибо примеров мужества евреев, их презрения к смерти — бесчисленное количество, и все хотелось бы сохранить, довести до памяти тех, кто прочтет эти строки. Но тогда пришлось бы писать только об этом. Думается, однако, что и написанного здесь вполне достаточно, чтобы отвергнуть и опровергнуть гнусное и лживое измышление о слабодушии и трусости советских евреев в годы Второй мировой войны. Говоря о еврейских воинах, речь можно вести только об их высочайшем героизме и беспримерных подвигах самопожертвования.

Очерк о евреях-командирах, думается, необходимо начать с расшифровки этого емкого военного понятия. В военной практике и терминологии нашего времени оно имеет совершенно определенный смысл. По советскому, а ныне — российскому определению, наука о войне подразделяется на стратегию, оперативное искусство и тактику. Стратегия и оперативное искусство относятся к категориям полководческим, обнимают ведение войны в целом и руководство войсками в операции и кампании. Тактика — это бой, который ведут подразделения, части и соединения, от отделения до дивизии включительно. И термин «командир» в основном относится именно к тактике, к ведению боя. Из этих категорий я и буду исходить в своем рассказе.

В этом очерке я намерен осветить боевое мастерство евреев — командиров батальонов и полков, бригад и дивизий всех родов войск и видов вооруженных сил СССР во Второй мировой войне.

Символично, что на 334 тысячи солдат, матросов и сержантов — евреев в Красной армии в этой войне пришлось 167 тысяч офицеров, то есть один офицер на два рядовых. Не думаю, чтобы в военной истории нашлись бы еще примеры такого соотношения, как в этом случае. Но дело-то в том, что эти командиры-евреи не командовали еврейскими подразделениями, а растворены были в общей массе войск. А так много их было потому, что в стране готовилось спешно огромное количество офицеров, для чего требовались люди с хотя бы неполным средним образованием. У большинства же евреев такое образование было, чего не скажешь об остальном населении. Вот и брали евреев в военные училища, расплодившиеся тогда во множестве.