Чтение онлайн

Следует отметить также, что офицеры-евреи находились главным образом в боевых подразделениях. Конечно, было их немало и в штабах, и в тыловых службах, в госпиталях и медсанбатах. Но не эти офицеры непосредственно решали судьбу боя. Ее решали командиры. И вот их-то и оказалось среди евреев неожиданно много, на всех ступенях командирской пирамиды. Приведу обобщенные данные по материалам справок Центрального армейского архива и отдельных военно-исторических публикаций. Но хотел бы предупредить, что эти цифры — минимальные, скорее всего, на каждой из приводимых ниже должностей евреев было больше, однако я предпочитаю оперировать сугубо достоверными сведениями, и лучше уменьшить, чем преувеличить, дабы не могли обвинить в пристрастности.

Итак, евреи командовали в тактическом звене:

А. дивизиями:

— гвардейскими стрелковыми — 6;

— стрелковыми — 25;

— кавалерийскими — 3;

— гвардейскими артиллерийскими — одной;

— артиллерийскими прорыва РВГК — 4;

— зенитно-артиллерийскими — одной;

— авиационными — 3.

Итого — СОРОКА ТРЕМЯ ДИВИЗИЯМИ.

Б. бригадами:

— гвардейскими механизированными — 2;

— механизированными — 4;

— стрелковой — одной;

— гвардейскими артиллерийскими — 5;

— артиллерийскими — 13;

— гвардейскими минометными — 3;

— минометными — 2;

— гвардейскими танковыми — 7;

— танковыми — 9;

— воздушно-десантной — одной;

— морской пехоты — 2;

— гвардейскими инженерно-штурмовыми — 2;

— инженерно-саперными — 8;

— подводных лодок — одной.

Итого — ШЕСТЬЮДЕСЯТЬЮ БРИГАДАМИ.

В. полками:

— гвардейскими стрелковыми — 13;

— стрелковыми — 13;

— гвардейскими воздушно-десантными — одним;

— гвардейскими танковыми — 11;

— танковыми — 4;

— гвардейскими кавалерийскими — 3;

— авиационными — 8;

— гвардейскими артиллерийскими — 13;

— артиллерийскими — 41;

— зенитно-артиллерийскими — 3;

— гвардейскими минометными — 5;

— минометными — 5;

— инженерными — 3;

— связи — 8;

— специального назначения — 3;

— укрепленными районами (приравниваются к отдельному полку) — 3.

Итого — СТА ТРИДЦАТЬЮ ПОЛКАМИ.

Получаются цифры весьма впечатляющие: 43 дивизии, 60 бригад, 130 полков всех родов войск… Что ни говори, в Красной армии того времени таким количеством частей и соединений не командовал никто, кроме русских и украинцев. Вместе взятые, они составили бы не одну полевую армию военного времени. Это и сегодня — армия государства весьма солидного. Такой, к примеру, в наше время не имеют Польша, Бельгия или Италия. Так что даже в тактическом звене боевого управления роль командиров-евреев была весьма значительной, и от выполнения ими поставленных задач во многом зависела судьба боя и операции.

Однако объем этого очерка, да и книги в целом, не представляет возможности детально проанализировать боевую деятельность десятков и сотен командиров-евреев. Поэтому я вынужден ограничиться наиболее типичными примерами, с тем чтобы они охватили возможно больший промежуток времени и большее количество родов войск.

Начать рассказ о боевом мастерстве евреев — командиров сухопутных войск хотел бы с Брестской крепости. О подвиге цитадели, которая еще держалась, когда немцы уже подходили к Минску, написано немало. Нигде, однако, не найти упоминания, что ее обороной с первого часа и до рокового конца командовал еврей — полковой комиссар Ефим Моисеевич Фомин. Не будучи строевым командиром, он не только умело расставил тех немногих бойцов и огневые средства, которые уцелели в крепости, но и личным примером сумел вдохнуть мужество и стойкость ее защитникам.

Заваленный обломками от взрыва, раненый и контуженный, он был захвачен в плен немцами и тут же выдан подлецом, сообщившим им, что Фомин не только комиссар, но и еврей. Таких немцы в плен не брали.

…Ефим Моисеевич Фомин звания Героя Советского Союза удостоен не был.

…«Малая земля» — затрепанное название, чуть ли не кличка, связанное в сознании многих с недоброй памятью о пятизвездном бровастом генсеке, якобы совершавшем там подвиги. А на деле на этот клочок земли под Новороссийском, по сути — на неотвратимую гибель, был выброшен демонстративный десант — батальон морской пехоты. 276 бойцов шли сюда с такой именно задачей: погибнуть, но отвлечь удар немцев на себя от основного десанта, нацеленного на Озерейку.

Так, наверное, и случилось бы, но вел своих матросов человек с именем римского полководца — Цезарь, командир, достойный такого имени. Он вел их не умирать, а побеждать, и они нерушимо встали на том клочке, который потом прозвали «Малой землей». А большой десант у Озерейки был сброшен в море, когда командование узнало, что майор Куников держится и просит еще патронов и гранат. Его обрекли на смерть, но он презирал ее, он боролся с ней за победу всей силой своего отточенного воинского мастерства и векового еврейского мужества.

И полки 18-й армии повернули к Станичке, где дрался батальон Куникова. Но сам Цезарь погиб, сражен на 12-й день своей беспримерной битвы. Это его имя, славное имя сына бакинских евреев Льва и Доры Куниковых, выкликали первым каждый вечер перед строем Новороссийского гвардейского полка морской пехоты, куда зачислен он был навечно. Куников стал Героем Советского Союза, но символично, что в первом издании справочника по Героям его зачислили… в русские. И только через год исправили ошибку.

При подготовке операции по форсированию Днепра в район Канева был выброшен парашютно-десантный батальон, которым командовал майор Александр Абрамович Блувштейн. Так получилось, что выброска была совершена прямо в гущу вражеских войск, которые немедленно и приступили к уничтожению десантников. Но Блувштейн сумел собрать и вывести из-под удара своих солдат и офицеров. Они продвигались к правому берегу Днепра, громя по пути вражеские гарнизоны и коммуникации. В районе деревни Свидовки десантники захватили плацдарм, окопались, отбили бесчисленные атаки немцев, наглухо прикрыв район наводки мостов через Днепр.

Когда же по этим мостам пошли советские танки, Блувштейн посадил на них своих десантников и освободил 11 населенных пунктов. И продолжал наступать, хотя уже две недели не выходил из боя. Он шел к Кременчугу, где родился в 1910 году и где еще в 1941-м немцы истребили всех евреев, и его семью тоже. Но майор Блувштейн тогда еще не знал этого…

Гвардейский парашютно-десантный полк, которым командовал подполковник Яков Абрамович Биренбойм, вышел к Днепру 1 октября 1943 года. Было это в Чернобыльском районе, печально известном ныне. А тогда на правом берегу реки немцы были близки к тому, чтобы сбросить в Днепр бойцов, захвативших небольшой плацдарм. Но Биренбойм, оставив свою артиллерию, одним броском переправил полк и с ходу атаковал немцев. Он не лез в лоб, а обходил их с флангов, просачивался в тылы. Без устали маневрируя, он расширял плацдарм, тесня нацистов. И на этот плацдарм уже начали переправляться основные силы дивизии, когда немцы, подтянув два танковых полка, перешли в наступление. И тогда Яков повел в контратаку свой резервный батальон. Он вел его сам, с автоматом шагая впереди цепи десантников. И немцы, не ждавшие такой дерзости, дрогнули, стали откатываться, когда Якова Биренбойма сразила пулеметная очередь. Звание Героя ему присвоили посмертно.

В том же Чернобыльском районе 23 сентября 1943 года к Днепру первым вышел 109-й стрелковый полк, которым командовал подполковник Борис Давидович Лев. Он с ходу переправил на правый берег одну роту и, когда она захватила крохотный плацдармик, с двумя радистами переплыл реку и стал вызывать подразделения полка на себя. И батальоны форсировали реку, идя на зов командира. А Лев успешно расширил плацдарм и стоял, как в крепости, отбивая непрерывные атаки немцев и обеспечивая переправу основных сил дивизии. За эти бои он был удостоен звания Героя. В последующем — командовал дивизией и привел ее в Берлин.