Чтение онлайн

После ареста супругов Розенбергов Коэны и Понтекорво сумели бежать в СССР. Еще раньше туда вернулся Хейфец. В 1947–1949 годах он был заместителем ответственного секретаря Еврейского антифашистского комитета (ЕАК). Когда весь состав ЕАК был арестован, то Хейфец, один из немногих, избежал расстрела. Он получил 25 лет тюрьмы, но был освобожден после смерти Сталина. Однако пытки и нравственные муки сломили этого закаленного агента, и он вскоре умер.

Судьба Коэнов была не намного благополучней. Их переподготовили и в 1954 году забросили в Лондон, где они работали с известным шпионом Кононом Молодыем. После разоблачения в 1961 году Коэны получили по 25 лет заключения, но были обменены в 1969-м. На удивление, сначала Леонтина, потом и Моррис стали Героями России, правда, посмертно — в 1994 и 1997 годах.

Думается, рассказ будет неполным, если обойти поистине фантастические дела литовского караима Иосифа Григулевича, который, будучи матерым советским шпионом, умудрился стать послом Республики Коста-Рика в Италии и Ватикане. Это произошло в 1950 году. А в 1953-м его спешно отозвали в Москву и изгнали из разведки МГБ в рамках кампании ее повального «очищения» от лиц еврейской национальности.

В то время в тюрьмах сидели или были казнены поголовно все евреи — сотрудники центрального аппарата и агентурные работники. И после 1953 года в разведслужбах госбезопасности пресловутый «еврейский вопрос» был решен, казалось бы, окончательно и бесповоротно.

Однако в самое последнее время выяснилось вполне сенсационное обстоятельство: всей системой советской разведки и контрразведки, более того — всей структурой государственной безопасности СССР, с 1967 по 1982 год, руководил чистокровный этнический еврей Юрий Владимирович Андропов.

Невольно вспоминаются слова Гоголя: «Темно и скромно происхождение нашего героя». Все справочные издания согласны лишь в одном, что родился он 15 июня 1914 года в семье железнодорожника на станции Нагутская Ставропольского края. Об имени, происхождении и возрасте отца, о наличии братьев, сестер и других родственников — ничего сколько-нибудь определенного не сказано и в официальных его биографиях, которых опубликовано немало.

И еще одна графа в них осталась так и незаполненной: о его национальности. Даже когда в «Правде» появилась официальная биография Андропова уже в качестве генсека, то и там о его национальности не сказано было ни слова. Естественно, это породило множество слухов и спекуляций, и до самого последнего времени они не иссякают. Кроме непонятной таинственности, их подогревают ярко выраженные семитские черты лица Юрия Андропова, особенно в детском и юношеском возрасте.

Впрочем, исследования последнего десятилетия, пожалуй, впервые дали возможность назвать точные этнические корни этого загадочного человека. Тем более что сегодня раскрыты некоторые архивы Лубянки, а уж там о национальности своего шефа знали доподлинно. И понимали, почему он предпочитал не фиксировать внимания на этом аспекте своей биографии. Более того — предпринимал вполне серьезные меры, чтобы скрыть свое национальное происхождение. Потому что был Юрий Владимирович чистокровным евреем, а уж об отношении в СССР к представителям этой национальности, думается, нашим читателям рассказывать излишне.

Хотя о еврейских корнях Андропова еще в советские времена писали эмигрант А. Авторханов, диссидент Рой Медведев, но уж после крушения «империи зла» вышло множество публикаций, где об этом говорится вполне откровенно. Назову книги В. Болдина «Крушение пьедестала», Ю. Дроздова и В. Фортычева «Юрий Андропов и Владимир Путин», М. Калашникова «Сломанный меч империи», О. Платонова «Терновый венец России», С. Лихова «Призрак Агасфера», публикации И. Черняка, Н. Петровского, И. Зевцова, Е. Батуевой, А. Игнатьева и многих других.

Но самыми, пожалуй, полноценными исследованиями этого вопроса являются книги Сергея Семанова и недавняя обширная публикация Валерия Легостаева «Гебист магический».

Суммируя генеалогические исследования этих, да и других, не названных здесь, биографов Андропова, можно вполне достоверно констатировать, что появился он на свет в еврейской семье. Отца его звали Вэлв (Владимир) Либерман, мать — Геня (Евгения) Файнштейн. Личностью отца немало занимался публицист А. Игнатьев. Но и он никаких документов о нем или его фотографий не отыскал. Выяснил лишь, что работал он телеграфистом на станции Нагутской и умер от сыпного тифа в 1919 году.

Это подтверждал и единственный, пожалуй, свидетель некоторых фактов биографии Андропова — бывший первый секретарь Краснодарского крайкома КПСС Сергей Федорович Меду-нов. Вот что пишет Валерий Легостаев: «Медунов в одном из интервью рассказал, что его собственный отец работал на железнодорожной станции вместе с отцом Андропова и хорошо его знал. Медунов-старший говорил, что того звали Вэлв Либерман и по национальности он был польский еврей, а жену — Геней и она тоже еврейка». Кстати, судя по всему, именно знание таких деталей родословной шефа КГБ стоило самому Медунову крушения карьеры и принесло немало других неприятностей.

Евгения Файнштейн после смерти мужа перебралась с 6-летним сыном в Моздок, где вскоре вышла замуж за грека Андропуло, который и усыновил Юрия. Впрочем, как утверждает большинство исследователей, отчим вскоре умер и от него у будущего генсека остались лишь фамилия, усовершенствованная на русский лад и сводная сестра Валентина.

В Моздоке мать работала в фабрично-заводской школе-семилетке учительницей музыки и, по сравнительно достоверным данным, умерла от туберкулеза в 1932 году. Никаких документов об этом не сохранилось, как и о месте ее захоронения. Нет сведений и о сестре Валентине. Лишь намек на ее существование дает Ю. Тешкин в книге «Андропов и другие», которую он назвал документально-художественным повествованием и где трудно отличить факты от авторского вымысла.

Впрочем, у этой книги есть и немалая ценность. Она — в собранных автором фотографиях Андропова, с юных лет и до 42-летнего возраста. Остальные общеизвестны, но не нужно быть специалистом в вопросах антропологических (не сочтите за каламбур!), чтобы узнать ярко выраженные семитские черты лица будущего шефа КГБ и генсека КПСС. Такие черты не часто встретишь и у вполне документированных евреев, особенно — в молодом возрасте.

Итак, сегодня не возникает сомнений, что человек, занимавший в прошлом столетии в течение 15-ти лет сакраментальнейший пост шефа КГБ, а затем вознесенный и на вершину власти в Советском Союзе, был этнически чистокровным евреем. Проследим же, хотя бы весьма лаконично, его восхождение к этим высотам.

В 16 лет, имея за плечами ту самую школу-семилетку, где преподавала его мать, Юрий уходит из дому на заработки. Работал киномехаником, рабочим на телеграфе, матросом на волжском буксире. В 1934 году он поступил в Рыбинский техникум речного транспорта, который окончил в 1936 году. Последний год Юрий был комсоргом этого техникума.

При выпуске он получил назначение на Рыбинскую судоверфь в качестве штурмана 1-го разряда речного парохода. Однако уже в следующем году Андропов становится освобожденным секретарем комсомольской организации судоверфи, а в 1938-м — избирается 1-м секретарем Ярославского обкома ВЛКСМ. Через год он — 1-й секретарь ЦК ВЛКСМ в Карелофинской республике. Такая ошеломительно быстрая карьера объясняется не столько выдающимися способностями молодого человека, сколько обстановкой обвальных репрессий того времени, создававших ежедневно множество вакансий во всех эшелонах партийного, комсомольского и другого руководства, которые заполнялись теми, кто, как говорится, оказался под рукой.

Но, в данном случае, под рукой оказалась личность весьма энергичная и талантливая и, стартовав всего три года назад, Юрий Андропов к началу Великой Отечественной войны уже заработал репутацию опытного комсомольского вожака самого высокого уровня.

В годы войны он служил, не имея воинского звания, в штабе Карельского фронта, занимался вопросами подпольной работы в тылу противника. Кстати, Карельский фронт был единственным, которого немцы и финны так и не смогли особенно потеснить за всю войну. Есть в этом и заслуга Андропова, который был, пожалуй, единственным человеком в штабе фронта, носившим цивильную одежду. В его функции входила подготовка комсомольских работников для партизанских отрядов и разведывательно-диверсионных подразделений Карельского фронта.