Чтение онлайн

А тем временем стало очевидно, что у влиятельных персон с «Олд Траффорд» имеются конкуренты в Лондоне. Футбольная ассоциация продолжала рассматривать Капелло как возможного будущего тренера сборной Англии, и за кулисами осторожно наводили справки по поводу того, может ли он освободиться от своих обязательств перед «Ювентусом». В 2006 году Кубок мира был уже на носу, а новый генеральный директор ФА, Брайан Барвик, дал понять Свену-Ёрану Эрикссону, что после окончания турнира его услуги больше не потребуются. И снова Капелло стал серьезным кандидатом на горячую должность в Англии. Но хотя Футбольная ассоциация и намекала, что заинтересована в Фабио, контакты с ней носили более осторожный характер, чем это было в 2002 году, и выглядели неубедительно. В то же время «Ювентус» отчаянно хотел, чтобы Фабио оставался с ним. Однако при очередной попытке атаковать Лигу чемпионов Фабио обнаружил, что и для человека, столь востребованного, положение может оказаться несколько ненадежным. Был март 2006 года, шел даже не четвертьфинальный матч, а «Ювентус», игравший на собственном поле, был в двух-трех минутах от того, чтобы вылететь с турнира в самом унизительном стиле, пав жертвой довольно посредственной команды, «Вердера» из Бремена. До истечения времени на «Стадио делле Альпи» оставались считаные секунды, и для Фабио уже почти наступил момент придумывать оправдания очередному провалу в Европе. Возможно, он мог бы вспомнить первый матч и то, как его команда потеряла концентрацию, что и могло лишить «Ювентус» практически гарантированного выхода в следующую стадию. Аутсайдеры испортили Капелло весь вечер в Германии, когда два забитых ими мяча незадолго до конца матча принесли победу «Вердеру» со счетом 3:2.

Такое незначительное преимущество соперника выглядело для «Ювентуса» вполне обратимым в Италии, пока Мику Жоан, в первой встрече бывший автором победного гола, забитого в компенсированное время, не нанес «Ювентусу» первый удар. Теперь, когда его команда уступала с общим счетом 4:2, Капелло устроил своим игрокам в перерыве серьезный разнос и выслал их на поле раньше, отыгрываться. Команда с готовностью откликнулась на призывы тренера, хотя и осталась практически без отдыха, в котором нуждалась. Поэтому Капелло вывел на поле остававшихся в замене атакующих игроков: Алессандро Дель Пьеро и Адриана Муту. Давление на «Вердер» начало, наконец, сказываться: разыграв мяч с Недведом, Трезеге забил гол. Голкипер гостей, Тим Визе, похоже, абсолютно неправильно прочитал направление удара француза.

Теперь для того, чтобы пройти дальше, «Ювентусу» нужно было забить всего один гол, но время работало против него. Было похоже, что еще одна мечта Фабио об успехе в Европе рассыпется в прах. А затем, на 88-й минуте матча, все изменила экстраординарная штука, которую вытворил вратарь. Поймав мяч, Визе неожиданно исполнил в общем-то необязательный кувырок вперед и случайно выпустил мяч прямо под ноги удаляющегося Эмерсона. Совершив столь катастрофическую ошибку, Визе не сумел защитить ворота от бразильского полузащитника, который просто пнул мяч в сетку, решив тем самым все дело. «Ювентус» счастливо проследовал дальше, на свидание с «Арсеналом» в четвертьфинале. Вот и все.

Для Патрика Виейры, иконы «Канониров», ставшего самой большой добычей Капелло прошлого лета стоимостью 20 миллионов евро, необычайная удача, спасшая команду от унижения, в сочетании с дополнительным бонусом в виде турнирной встречи со своим старым клубом, должна была восприниматься как судьба. Фабио выпустил на поле француза, которому в 1996 году было позволено покинуть «Милан» в обмен всего лишь на 5 миллионов евро, чтобы укрепить середину поля «Ювентуса» и прибавить команде свежей физической мощи. Но во встрече с командой из Северного Лондона, прошедшей в конце месяца в четвертьфинале Лиги чемпионов, для Виеры не случилось никакого счастливого свидания с домом. Ребята Капелло покидали «Хайбери», имея отставание в два мяча. Палачами Фабио стали Сеск Фабрегас и Тьерри Анри, человек, который несколькими годами раньше в том же турнире потопил «Рому» Капелло. Тем вечером, не имея в составе отстраненного от игры Недведа, «Ювентус» медленно терял момент за моментом, и в конце концов дисциплина тоже была им потеряна. К концу игры оппоненты «Арсенала» мало напоминали команду Капелло. Собственно говоря, они вообще мало напоминали какую-либо футбольную команду, поскольку у Фабио на поле осталось лишь девять игроков. Мауро Каморанезе и Жонатан Зебина были оба удалены с поля из-за того, что получили по два предупреждения каждый за последние три минуты. Вряд ли это был лучший час в жизни Фабио.

«Нам следует лучше обороняться, а когда мы начинаем терять игроков, у нас не остается никаких шансов», – впоследствии скажет Капелло. Однако не прошло и нескольких дней, как он предупредил «Арсенал», что ответный матч пройдет совсем по-другому. «Мы начнем атаковать, еще не выйдя из тоннеля, по пути на поле».

В то же время опытному защитнику «Ювентуса», Лилиану Тюрану, победителю Чемпионата мира 1998 года в составе сборной Франции, следовало бы лучше подумать перед тем, как заявить перед матчем: «Как мужчина мужчине, команда «Ювентус» превосходит «Арсенал», и будет неудивительно, если мы забьем три или даже четыре мяча». Поэтому Капелло, Тюран и компания, должно быть, почувствовали определенную неловкость, когда «Ювентус» вылетел из Лиги чемпионов, причем скорее с поскуливанием, чем с грохотом. Для того чтобы двигаться дальше, безголевой ничьей в Турине «Арсенала» было более чем достаточно.

Две компании в Лиге чемпионов с «Ювентусом», два вылета по вине английских клубов, которых, как ожидалось, ребята Капелло должны были превосходить. Вечно всем раздраженный Капелло автоматически отвечал на вопросы на послематчевой пресс-конференции. Тем вечером на «Стадио делле Альпи» была какая-то затхлая атмосфера всеобщего недовольства. Это было бездушное место, и вы чувствовали, что все с этим клубом не так, хотя итальянские соперники «Ювентуса», по всей очевидности, еженедельно испытывали во встречах с ним множество трудностей в играх Серии А.

Жизнь в «Ювентусе» при Капелло на протяжении тех двух сезонов была более интенсивная, чем та, к которой привыкли многие игроки. «Было бы здорово, если бы он хоть раз немного успокоился, – говорил голкипер, Джиджи Буффон. Фабио Каннаваро шел немного дальше: «Когда ты встречаешь босса, то он всегда выглядит почти пугающе. И ему абсолютно не нравится некоторое отношение к делу. Если тренировка начинается в 11.00, значит, она начинается в 11.00, а если ты опаздываешь на пять минут, значит, проявляешь неуважение». Другой звездный игрок, футболист с большим стажем, Алессандро Дель Пьеро, смотрел на то, что воспринимал как проявление занудного характера Капелло и его жесткости в требованиях дисциплины, несколько отстранено. Но его приводила в ярость кажущейся безжалостной привычка Капелло постоянно заменять его на поле. Впоследствии Дель Пьеро высказывался о неспособности Капелло настроить «Ювентус» на матчи в Европе следующим образом: «Учитывая то, какие ребята были в команде, мы вылетали из Лиги чемпионов слишком рано. Но учитывая то, как заставлял он нас работать, мы получали то, что заслуживали».

И все же суровые требования Капелло к режиму физической подготовки, похоже, никак не вредили надеждам «Ювентуса» на очередной выигрыш скудетто. К 14 мая 2006 года стало очевидно, что одна только победа над «Реджиной» на Калабрии обеспечит ребятам Капелло второй успех подряд в Чемпионате Италии. К несчастью для «Ювентуса», в том же мае, но раньше этой встречи очевидно стало и гораздо большее – в итальянском футболе разгорелся коррупционный скандал, известный под названием «Кальчиополи».

Основные обвинения, выдвинутые в ходе скандала, состояли в том, что результаты некоторых матчей могли быть подпорчены незаконным давлением как на самих обслуживавших их судей, так и на людей, которые их на эти матчи назначали. Практика фаворитизма, похоже, выстраивалась вокруг Лучано Моджи, генерального директора «Ювентуса». Позже Моджи пытался представить себя как жертву скандала, хотя и признавал, что испытывал влияние Итало Аллоди, своего старого босса из давно ушедших времен, но только из-за экстраординарной способности Аллоди «завязывать знакомства». Однажды Моджи рассказал: «Я знал Аллоди, и то, что я о нем знал, увлекло меня и заставило научиться важным вещам, очень полезным для того, чтобы попасть в нужное вам место. Но у меня никогда не было ангела-хранителя, да я его и не искал. Давайте скажем так, я был наивным человеком, и я рос… А когда я достиг определенной высоты, люди стали стрелять в меня со всех сторон, потому что, очевидно, были испуганы… тем, что я могу вырасти еще больше».

По правде говоря, Моджи критиковали так много и так громко, потому что выяснилось, что он пытался уничтожить спортивную справедливость в части итальянского футбола, а если удавалось – то и в матчах на общеевропейском уровне тоже.

Моджи продолжал настаивать, что даже и не пытался делать подобных вещей. Старая добрая лояльность существовала в итальянской игре и до него, возражал он. Так устроен мир. Во времена Аллоди взаимные интересы требовали, чтобы один клуб фактически дарил игру другому клубу, если потребность того в результате была острее. Позднее вернулся фаворитизм. Лучано однажды рассказал итальянской газете La Repubblica следующее: «Система Аллоди была очень простой. Это была система ascendenza (родства или влияния) среди футбольных клубов. Вот как это было в те времена, и я наследовал это». Когда его попросили объяснить значение слова ascendenza подробнее, он добавил: «Это – система неписаных правил. Например. Если команде А уже ничего не нужно добиваться в чемпионате, и она встречается с командой Б, которая борется за выживание, то команда А оставляет матч команде Б. Они будут играть в этой встрече, выставив на поле молодежь или резервный состав, в любом случае выведут стартовый состав, который не будет конкурентоспособным. И нет необходимости ни в какой договоренности».

Тогда журналист спросил: «Это было в мире Аллоди, а как в мире Моджи?» Ключевой вопрос. Моджи ответил: «Каждый человек плетет свою нить, стараясь, чтобы ее не перерезали ножницами. Посмотрите на мои отношения с (Адриано) Галлиани (вице-президентом «Милана» и президентом Итальянской лиги). Теперь они говорят, что мы были pappa e ciccia (итальянское выражение, означающее дружбу, построенную на взаимных договоренностях). На самом деле он подсматривал за мной через замочную скважину, а я за ним – через полузакрытое окно. Факт остается фактом: я только хотел защитить великую группу великих клубов от всякой сволочи. Это моя основная забота, кроме построения своего великого клуба».

Однако первоначальная задача – защита футбола как такового – по дороге была им утеряна, и то, что в конце концов Моджи обнаружит наличие у себя больших проблем, было лишь делом времени. Власти столкнулись с этим скандалом, когда начали проводить судебное расследование по совсем другим обвинениям – обвинениям в том, что на протяжении предыдущего десятилетия игрокам «Ювентуса» давались запрещенные препараты, а также в том, что на игры делались незаконные ставки.

В 1998 году уважаемый чешский тренер Зденек Земан заявил, что итальянский футбол следует «очистить от фармакологии» и указал пальцем на «Ювентус». После того как на тренировочной базе «Ювентуса» был обнаружен 281 вид различных препаратов, клубный врач, Риккардо Агрикола, в ноябре 2004 года был приговорен к двадцати двум месяцам тюрьмы, хотя не отсидел в результате ни дня. Была подана апелляция, и в декабре 2005 года Агрикола был оправдан, поскольку выяснилось, что никаких доказательств тому, что препараты, которые, как говорили, он выписывал между 1994 и 1998 годами, оказывали какое-либо воздействие на спортивные результаты. Антонио Джираудо, один из директоров «Ювентуса», на момент подачи апелляции тоже оказавшийся втянутым в это дело, также был оправдан.