Фадрагос. Сердце времени. Тетралогия
Шрифт:
Все равно не поверит.
– Зачем ты пришел? – повторила вопрос, с трудом справляясь с дрожью в теле.
– Ты нужна мне.
Я судорожно вздохнула. Пальцы сжали ткань светлой рубашки, скомкали до резких складок. Кейел усмехнулся и добавил, немного отрезвляя:
– Не в этом смысле, Аня. Мне нужна твоя помощь. Но мне нравится, что ты по-прежнему хочешь меня. Все же девушки из твоего мира сумасшедшие. Ты помнишь, в чем заключается суть моей миссии?
– Чего ты хочешь? – подняла голову, но мгновенно отвернулась. Смотреть на его губы невыносимо.
– Я был в библиотеке, но не нашел того, чего ищу. Мне нужно узнать тайну.
– Какую?
Опять усмехнулся. Нежное прикосновение губ возле уха, легкий игривый укус – и я мгновенно выгнулась, всхлипывая. Ухватилась за Кейела так, словно за спиной пропасть. Прижалась к нему. Затряслась, судорожно выдыхая. Желание захлестнуло, проникая в каждую клеточку тела.
– Тише, – шикнул Вольный, обняв за талию и настороженно разглядывая мое лицо. – Ты из-за зелья такая чувственная?
– Убери руки, – выдохнула в его приоткрытый рот.
Кейел не спешил выполнять просьбу. Смотрел так внимательно, будто обдумывал что-то. В чем пытается разобраться: в моих реакциях или своих чувствах? Возбуждение приливало, не отступало – скапливалось. С каждой секундой я пьянела крепче. Потянулась к его губам, но в последний момент сумела отвернуться. До боли закусила губу, с силой обняла Вольного, положив голову ему на плечо. Медленно выдохнула, стараясь больше не двигаться.
Кейел тоже застыл. Я чувствовала напряжение в его теле, ощущала каждый короткий вдох и оборванный выдох. Постепенно сходила с ума… Он сглотнул, прижался щекой к моей голове, обжег ладонью, трепетно погладив между лопаток.
– Знаешь, откуда пошло название Аклен’Ил? – хрипота в голосе стала глубже, и в нем не слышалось привычной насмешки.
Я не смогла ответить. Попыталась качнуть головой, но лишь потерлась о плечо, втянула носом тонкий аромат мыла и едва ощутимого пота. Не хватило сил, чтобы отвернуться… Нестерпимое желание подавило хрупкую волю. Бьющаяся жилка согрела мои губы, снова разожгла мнимо усмирившийся огонь внутри. Кейел вздрогнул, но не остановил меня, позволяя целовать себя, скользить языком по коже, ощущая ее вкус. Поглаживал спину и продолжал нашептывать:
– Аклен и Ил были эльфиорами, могущественными магами. Они знали друг друга с детства, росли вместе, любили…
Порывисто выдохнул, закопавшись пальцами в моих волосах, стянул их в кулак, заставляя вытянуть шею, запрокинуть голову назад. Второй рукой скользнул с талии ниже, смял невесомую ткань платья, царапая ею кожу. В висках запульсировало, я зажмурилась. Кейел потерся носом о мою щеку.
– Аня, девочка моя… – протянул он. – Мы говорим о войне, о страшном… Аня, война многих разлучала. Аклену пришлось уйти, а Ил осталась в городе, чтобы защитить жителей. Но она не справилась.
Кейел замолчал, чуть отстраняясь. Я не узнала зелено-карие глаза – потемневшие, охмелевшие. Большой палец надавил на нижнюю губу, оттягивая ее. Я приоткрыла рот, качнулась вперед, но Кейел удержал, обхватив мое лицо ладонями и оставляя до безумно желанного поцелуя миллиметры.
– Когда от города осталось пепелище, Ил отправилась искать возлюбленного. Долгие годы она скиталась по Фадрагосу, пока не услышала об артефакте, способном показать местоположение заклятого врага или самого близкого друга.
Он облизал губы, неотрывно глядя на мои. Я с трудом расцепила пальцы, провела по сильным рукам, ощущая каждый рельеф, скрытый под рубашкой. Последние складки рукавов зацепились, словно пытались остановить меня, призывали опомниться, но я прикоснулась к коже Вольного, сжала его запястья, закрывая глаза. Сердце грохотало, оглушая, мешая слышать шепот. Кровь бурлила в венах, не позволяя до конца осознавать смысл услышанного.
– Многие, кто отправился с Ил погибли, она сама часто балансировала между жизнью и смертью. Боролась за жизнь и убивала, но добралась к горе, на вершине которой был спрятан храм. В него вело несколько входов, а в центре стоял постамент, на котором девушку ждал желанный артефакт. И когда Ил наконец вошла в храм, она расплакалась. Прямо в центре стоял Аклен.
Кейел поцеловал меня в щеку – волна жара прокатилась по телу. На несколько долгих, томительных секунд Вольный прижался губами к уголку моих губ. Я съежилась, затряслась сильнее, открывая рот. Всего лишь поцелуй. Всего лишь один поцелуй…
Кейел все так же крепко удерживал мое лицо. Шептал, прикасаясь губами ко мне. Будто дразнил…
– Аклен отыскал артефакт первым. Он смотрел на изумрудную чашу, из которой поднимался дым, а в том дыму стояла плачущая Ил. Аня, они так любили друг друга, что даже мыслили одинаково. Но потом проходит время, и Аклен с Ил узнают тайну о драконах. И ради сохранения этой тайны Аклен позволил Ил убить себя, а потом Ил спрыгнула с утеса, разбиваясь о скалы. Аклен’Ил знают эту тайну. И я тоже хочу… Аня, я тоже хочу…
Он ослабил хватку. Поцеловал. Последние крупицы рассудка взорвались на осколки, вспыхнули, исчезли. Словно оглушающий выстрел прозвучал совсем рядом, позволяющий сорваться… Куда? В другую реальность, где был только Кейел, умоляющий вести себя тише. Развязывающий шнуровку ненужного платья. Нетерпеливыми движениями сводящий с ума.
Я потянулась за пальцами Кейела, когда он накрыл ими мои губы. Окунулась в долгожданное счастье, когда он улыбнулся за секунду перед очередным поцелуем. Застежки на его рубашке не поддавались, но я боролась. С наслаждением прильнула к нему, погладила твердую грудь, живот.
Вновь жесткая поверхность стола подо мной. Нежное прикосновение к внутренней стороне бедер. Дорогие сердцу глаза напротив. Внимательный взгляд заворожил. На миг насторожил, но безмерно ласковая усмешка успокоила.
– Опять смотришь затравленно?
Я не поняла тихого вопроса, хотела уточнить, но залюбовалась. Кейел потянулся к выбившимся волосам, и я не удержалась – опередила. Глядя в любимые глаза, заправила непослушный локон за ухо. Кейел осторожно перехватил мою руку, повернул голову и, опустив веки, поцеловал запястье, затем ладонь, пальцы… Склонился ко мне, бережно обняв, уперся лбом в мой лоб, снова улыбнулся. Во рту давно пересохло, а сердце расшатывало ударами все тело.
Медленное тягучее движение вырвало судорожный вздох, вызвало мелкую дрожь. Я зажмурилась, отдаваясь всепоглощающим чувствам. Мой стон почти нарушил тишину, но Кейел не позволил, поймав его еще на выдохе. Непрерывный поцелуй лишил воздуха, но взамен подарил будоражащую кровь сладость.
Я растворилась в чарующих эмоциях и ощущениях. Грелась в чутких объятиях, ликовала чувствуя под ладонью неспокойное сердцебиение Вольного. Каждый поцелуй, каждое трепетное прикосновение сильных рук, каждое осторожное движение – все переплеталось, стягивалось в плотный узел, крепко сжималось, распаляя бурлящее пламя в жгучем клубке, а затем – взорвалось, сотрясая мир вокруг, лишая сил…