Чтение онлайн

– Фангры, – протянул он улыбаясь. – Ты готова стать изгоем вместе с человечкой, к которой привыкла?

Ноги ослабли, а во рту пересохло. Быть не может! Я посмотрела на нее снизу вверх и просипела:

– Это правда?

– Асфирель, все знают Дриэна, – сказала она такой интонацией, будто извинялась передо мной. – Он замечательный верховный. Привел гильдию к процветанию, расширил ее, много работает, чтобы аспиды ни в чем не нуждались, но… если ему переходят дорогу, то он не прощает. А ты подавала надежды. Дриэн точно строил планы, верил, что ты сможешь дать гильдии большее влияние.

– А я стала изгоем. Принесла позор и украла надежду.

Листы зашелестели в руке. Я постаралась не комкать их, расслабила руки, и пальцы задрожали, ослабли – письма выпали, рассыпались по полу.

– Он спустит с цепи всю гильдию, – озвучил выводы Кейел, – всех своих алхимиков.

– Аспиды не просто алхимики, – поправила Елрех. – Мы умеем выслеживать, усыплять, отравлять и, если надо, убивать. Я не смогу равнодушно наблюдать за тем, как ищут Асфирель, не сумею стоять в стороне. Но разве остановлю аспидов, когда награда будет так велика? – Елрех не дождалась ответов, поэтому вскоре вернулась к прошлой теме: – Я схожу в лавку и наберу всего в прок, а потом выкину знак. На север отправлюсь вместе с вами.

Все, Аня. Назад дороги не осталось. Уже точно нет. Елрех обрывает все связи с гильдией, по сути, с семьей.

Я подняла голову и столкнулась взглядом с подругой. Серые глаза полнились тревогой, печалью и непреклонностью. Она кивнула мне, а затем вышла из комнаты, тихо закрывая за собой дверь. Теперь Сердце времени нужно не только мне.

Кейел присел на корточки рядом со мной и потянулся к письмам.

– О чем писали мудрецы?

– Можешь прочесть, – разрешила я, думая совершенно о другом. – Ты ведь что-то утаил от Елрех.

– Иногда для правды нужно свое время, и ты точно знаешь об этом.

– Прости, я боялась…

– Ничего, – перебил он. – Я расскажу тебе обо всем, но Елрех об этом пока еще нельзя знать. Рано.

Кейел собрал письма, отдал мне и полез в сумку. Долго рылся в ней, пока не нашел афитакскую палочку. Чернильницу искали вдвоем, потратив несколько минут. После Кейел поднялся и подал мне руку, помогая встать.

На тумбочке была разложена карта Фадрагоса. Мы подошли к ней, Вольный поставил чернильницу на север и, подтолкнув меня вперед, попросил:

– Разверни все письма.

Твердой грудью прижался к моей спине, погладил талию, нежно целуя в шею. Я наслаждалась лаской, но отвлекало разбушевавшееся любопытство. Какую правду он сейчас сообщит мне?

Письма лежали в ряд, и Кейел тихо сказал:

– Начнем с эльфа. На чистой стороне письма запиши имя.

– Имя эльфа?

– Да, – легонько подул в затылок. Я поежилась от щекотки, тихо фыркнув. Кейел ткнулся кончиком носа за ухом и произнес: – Даже гадать не буду. И читать мне не нужно. Они писали тебе из-за реки Истины.

Моя рука дрогнула, и рядом с именем «Эриэль» появилась клякса.

– Им было интересно, как я выжила. Разве в этом есть что-то предосудительное?

– Теперь ниже имя человека, – прошептал Кейел. По голосу ясно, что он улыбается. – Ты права, они ведь мудрецы. Было бы странно, если бы им не было важно изучить такое редкое явление, – усмехнулся и громче приказал: – Имя рассата! Думаю, что Аклен’Ил, будь их побольше, тоже нашли бы для тебя время, но им хоть бы ведьму отыскать. Пропусти две строки. Да, вот тут пиши имя… – он задумчиво промычал, навалившись на меня. – Вообще, без разницы чье имя записывать: сестренки или братишки… Он не писал тебе?

– Нет, – растерялась я, глядя на письмо от Линсиры, – но они хотели, чтобы я встретилась с ним тут, в обители.

– Пиши «Линсар», а потом «Линсира».

Кеша успокоился, поэтому я слышала собственное взволнованное дыхание.

– Две буквы пропущены, – едва выдавила из себя, догадываясь, каких имен не хватает. – Но разве так может быть? Кейел, столько лет и…

Я попыталась повернуться, желая увидеть его глаза, но он не позволил, удержав в объятиях.

– Аня, никто не поверит. Там целые лживые истории, мифы, легенды… Правду знают соггоры, но ты ведь помнишь, как тут относятся к ним?

Рука дрожала, пока я выводила имена в двух оставшихся строках, чтобы в конце прочесть все целиком и убедиться: ошибки нет.

«Эриэль

Нелтор

Рувен

Аклен

Ил

Линсар

Линсира».

Продолжение от 01.04

– Имена никогда не менялись? – все еще не верила я.

– Менялись, но не первые буквы.

Значит, невероятных долгожителей в Фадрагосе нет. Уже хорошо, но понятнее не становится.

– И никто! Совсем никто и никогда не замечал сходства? – я все же повернулась к Кейелу, увидела его улыбку.

– Тише, Аня, – шикнул он, накрывая указательным пальцем мои губы.

– Прости, но это даже теоретически в голове не укладывается! – взволнованно зашептала я. – Основатели мудрецов – Энраилл?

– Нет.

– Что нет? – растерялась я. Зацепилась за рубашку Кейела и спросила, желая прямо сейчас во всем разобраться: – Тогда, что с их именами? Совпадение? Или они знают, кем были Энраилл?

– Успокойся, – негромко рассмеялся Кейел, положив голову на мое плечо. Смех прекратился, а дальше раздались слова, наполненные обидой: – Ты чужая в Фадрагосе, но все равно не можешь легко поверить. Представь, что будет, если рассказать об этом тем, кто чтит мудрецов, как избранников духов. Аня, мудрецы и есть Энраилл. Двое из них пожертвовали собой, ради тайны, а остальные продолжают жить, контролируя почти весь мир. Они прячутся за ложью, но она же и связала их.

Застыв в недоумении, я неосознанно поправила:

– Сковала.

– Неважно. Главное, что они не всесильны, но опасны. У вас в мире есть болезнь солнца?

– Да, – поморщилась я, – но называется иначе.

– Елрех зря боится, мудрецы не расскажут о твоем Единстве, – прошептал он, – потому что именно они отобрали его у фадрагосцев и не хотят возвращать. Именно Энраилл сделали что-то такое, после чего в Фадрагосе появились Вольные. Мир изменился, когда Единство исчезло. Верховные мудрецы помнят все, издавна ведут записи, информацией владеют так, как никто другой. После войны они подняли вопрос о болезни солнца. Много говорили о ней и изучали ее. Потом были предположения о появлении схожих заболеваний или явлений. И одно из них, самое нелепое, обсуждали дольше других.

– Что появится существо, которое будет все помнить, не утратит эмоций, но при этом умрет, продолжая жить, – слабо кивнув, проговорила я. – Волтуар рассказывал.

– У них есть священная история о том, как была создана гильдия, и никто не смеет нарушать предписания. Если хочешь послушать красивую сказку, то я расскажу тебе ее позже. А так… Мудрецов выбирают из тех, кто болен болезнью солнца. Раса не меняется, родство шан’ниэрдов тоже остается. Во время ритуала постаревшие мудрецы запираются в храме с молодыми избранниками. Говорят, вместе со знаниями мудрецы передают молодым свою жизнь, которая исцеляет их. Однако новоиспеченные мудрецы так же наутро не помнят родных и близких, но каждый последующий день память остается при них, а память умерших и вовсе будто им принадлежит с рождения. И это вранье, Аня! – крепче сжались его руки, пальцы неприятно впились в кожу, но я поморщилась и прижалась к нему, обхватывая за шею. Он мгновенно расслабился и спокойнее продолжил: – В молодых телах души Энраилл. Ты веришь мне?