Чтение онлайн

Пока она раздумывала, дуга исчезла; что бы это ни был за контакт и какова бы ни была его цель, время его истекло, и он завершился.

Пассивный гексагон за это время ни разу не осветился, оставаясь мёртвым в течение всего времени контакта. Хизер видела наилучшее представление, которое мог составить её разум о четырёхмерном мире — обиталище надразума, однако, как и говорилось в тех статьях из Сети, которые она читала, четвёртым измерением не было время; оно не позволяло живым и мёртвым взаимодействовать.

Хизер снова развернулась лицом к громадному подсолнуху активных гексагонов.

Один из них — один из семи миллиардов — был ею, трёхмерным сечением её четырёхмерного отростка надразума.

Но какой именно? Близко она от него или далеко? Наверняка связи более сложны, чем может изобразить это представление. Наверняка, как и в случае с нейронами в человеческом мозгу, соединения многоуровневые. Это был всего лишь один способ — причём сильно упрощённый — смотреть на гештальт человеческого сознания.

Но если она где-то там — а она должна там быть — то…

Нет, не Христос.

Не Эйнштейн.

Не бедняжка Мэри.

И не её отец.

Нет, первый разум, которого Хизер хочет коснуться, всё ещё жив, всё ещё активен, всё ещё обладает чувствами и восприятием.

Она всё-таки нашла его.

Внешнее хранилище.

Бэкап.

Архив.

Один из этих гексагонов представляет собой Кайла.

Если она сможет его отыскать, если сможет получить к нему доступ, она сможет узнать.

Так или иначе, она, наконец, узнает всё.

В лаборатории Кайла раздался звук дверного звонка. Кайл поднялся со своего кресла перед консолью Читы и подошёл к двери. При его приближении она открылась.

В изгибающемся коридоре стоял высокий угловатый мужчина.

— Профессор Могилл? — спросил он.

— Да? — ответил Кайл.

— Саймон Налик, — сказал гость. — Спасибо, что согласились со мной встретиться.

— Ах, да. Совсем забыл, что вы придёте. Входите, входите. — Он отошёл в сторону, давая Налику войти. Кайл снова уселся перед консолью Читы и жестом пригласил Налика занять другое кресло.

— Я знаю, что вы занятой человек, — сказал Налик, — так что я не буду тратить ваше время попусту. Не хотели бы вы перейти работать к нам?

— «К нам»?

— Североамериканская Банковская Ассоциация.

— Да, да, вы же говорили по телефону. Забавно — банкир с фамилией Налик. Бьюсь об заклад, на этот счёт постоянно шутят.

— Вы первый, — ровным тоном ответил Налик.

Кайл слегка растерялся.

— Но я-то не банкир, — сказал он. — Какой у вас может быть ко мне интерес?

— Мы хотели бы, чтобы вы работали в нашем отделе безопасности.

Кайл развёл руками.

— Всё равно не понимаю.

— Вы меня не узнаёте? — спросил Налик.

— Нет, простите. А мы раньше встречались?

— Вроде того. Я был на вашем семинаре по квантовым вычислениям на конференции IA-в-квадрате в прошлом году. — В 2016-м конференция Международной Ассоциации Искусственного Интеллекта [22] проходила в Сан-Антонио.

Кайл покачал головой.

— Простите, но нет, не припоминаю. Вы задавали вопросы?

— Нет — я никогда не задаю вопросов. Только слушаю, а потом отчитываюсь.

— Чем же моя работа могла заинтересовать Банковскую Ассоциацию?

Налик полез в карман. На одно ужасное мгновение Кайл перепугался, что он сейчас достанет пистолет. Однако Налик достал всего лишь бумажник и вытащил из него карточку смарт-кэш.

— Скажите мне, сколько денег на этой карточке, — попросил Налик.

Кайл взял у него карточку и сильно сжал её между большим и указательным пальцем; энергия сжатия запитала крошечный дисплей на поверхности карты.

— Пятьсот семь долларов шестьдесят центов, — прочитал он число на дисплее.

Налик кивнул.

— Я перевёл эту сумму непосредственно перед приходом сюда. Сумма выбрана не случайно. Именно столько денег средний североамериканец обычно держит на смарт-кэше. Всё наше безналичное общество базируется на безопасности этих карт.

Кайл кивнул; он начал понимать, к чему клонит Налик.

— Помните проблему 2000-го года? — Налик вскинул руку. — Я, кстати, считаю, что именно банки виновны в ней больше всех. Это мы напечатали миллиарды бланков чеков с цифрами «19__» в графе года; мы внедрили концепцию двухциферного года и приучили всех пользоваться ею в своей повседневной жизни. Как вы знаете, были потрачены миллиарды на то, чтобы катастрофа не поразила мир через секунду после 23:59:59 31 декабря 1999 года. — Он замолчал, ожидая, что Кайл согласится с ним. Кайл просто кивнул.

— Так вот, проблема, что стоит перед нами сейчас, несравненно хуже, чем проблема-2000. В мире имеются триллионы долларов, не существующих ни в какой форме, кроме как в виде данных, записанных на смарт-кэш. — Он сделал глубокий вдох. — Вы знаете, что когда карты смарт-кэш появились впервые, ещё продолжалась Холодная война. Мы — то есть, банковская индустрия — беспокоились о том, что будет, если атомные бомбы начнут падать на США или Канаду, или на Европу, где смарт-кэш внедрили ещё раньше, чем у нас. Нас ужасала мысль о том, что электромагнитный импульс сотрёт память карт, так что все деньги внезапно попросту исчезнут. Так что мы сделали так, что смарт-кэш способен пережить даже это. Однако теперь им угрожает нечто страшнее даже атомной бомбы, и эта угроза, профессор Могилл, исходит от вас.

Кайл крутил в пальцах карточку Налика, постукивая о стол каждым её ребром по очереди. Он перестал это делать и положил карточку перед собой.

— Вы пользуетесь RSA-шифрованием.

— Да, именно так. Мы пользуемся им с самого первого дня — и теперь это de facto мировой стандарт. Ваш квантовый компьютер, когда вы сможете его построить, сделает каждую из одиннадцати миллиардов карт смарт-кэш уязвимымой для взлома. Один пользователь сможет забрать все деньги с карточки другого во время простого перевода с карты на карту, или вы сможете просто записать на свою карту любую сумму денег в рамках установленного для неё максимума, и эти деньги фактически появятся из воздуха.

Кайл долго молчал, прежде чем ответить.

— Вы не хотите, чтобы я на вас работал. Вы хотите похоронить мои исследования.

— Профессор Могилл, мы готовы сделать вам весьма щедрое предложение. Сколько бы ни платил вам университет — мы заплатим вдвое, причём это будет сумма в американских долларах. Вы получите лабораторию, оборудованную по последнему слову техники в любом городе Северной Америки, в каком пожелаете. Мы обеспечим вас любым персоналом, и вы сможете заниматься своими исследованиями в своё удовольствие.