Чтение онлайн

— Ого! Вот это стихия! Хорошо хоть не гроза, — немного испуганно произнесла Марина.

— Да уж, ливануло так ливануло, — недовольно проворчал кот, пошевелив усами. — Ми, если такая погодка надолго, как домой добираться будешь? Ты на машине?

— Нет, Вэл, я порталом перешла, — ответила Туманова.

— Слушайте, я тут подумал… — начал кот, отвернувшись от окна. — Раз уж я сейчас в облике Трынкуса, то мне нужно полностью войти в роль. Поэтому называйте меня Трынкусом, а не Вэлхадом. Всегда, даже когда никто не слышит. Есть ещё полторы недели до того, как я попаду в Университет, так что успею свыкнуться с тем, что теперь я совершенно другой фамильяр.

— Тогда не шевели усами, — с улыбкой проговорила Людмила. — Так делал только Вэлхад. Наверное, в Университете об этом забыли, но там осталось много тех, кто работал при Андрее. Если они увидят, как ты шевелишь усами, сразу вспомнят Вэлхада — слишком уж выразительно ты это делаешь, больше ни один кот так не может. Если так же будет делать Трынкус, это вызовет подозрение.

— Точно! — кивнул кот. — Больше не буду! Запомните — я теперь Трынкус.

— Запомнили, Трынкус, — сказала Катя. — Но вчера на балу ты шевелил усами.

— Никто не заметил. Повезло, — ответил фамильяр.

— Марина, может, сейчас платье восстановим? — предложила Туманова.

— Да! — радостно воскликнула Маринка. — Пойдёмте в комнату, там удобнее.

Младшая из сестёр Соболевых на хорошей скорости вылетела из кухни, за ней вышла Людмила. Катя укоризненно покачала головой.

— Почему ты сердишься на Маришу? — спросил кот.

— Я не сержусь, — ответила Катя. — Просто она ведёт себя, как ребёнок.

— Она и есть ребёнок, — хмыкнул Трынкус. — И ты тоже. Не нужно раньше времени становиться слишком серьёзной. Тебе всего восемнадцать! Впереди вся жизнь. Ещё успеешь стать серьёзной. Ану было тридцать восемь, когда его дар заблокировали. До блокировки дара это был самый весёлый человек из всех, кого я знал. А потом… Потом он стал серьёзным.

Трынкус помрачнел и замолчал, снова уставившись в окно. Ливень стихал, в потоках воды начал проглядывать двор.

— А это хорошо, что пошёл дождь, да ещё такой сильный! — встряхнувшись, заявил кот. — Мы начинаем дело по спасению Ана. Это как новая дорога, а дождь в дорогу — это хорошая примета!

— Ты веришь в приметы? — усмехнулась Катя.

— А почему бы нет? — удивился фамильяр, повернувшись к окну спиной.

— Ну вообще-то, изначально ты чёрный, а чёрные кошки… — начала Соболева, зверь перебил:

— Чёрные кошки приносят удачу, а особенно — чёрные коты! Вот так вот! Поняла? — кот строго смотрел на Катю.

— Поняла, — кивнула та, стараясь не улыбнуться.

— Но всё-таки дождь — штука неприятная, — проворчал Трынкус. — Не люблю мокнуть! Бр-р!

— Трынкус, можно спросить о фамильярах? — проговорила Катя.

— Спрашивай.

— Вы из другого мира?

— Что за глупости?! — фыркнул кот.

— В школе и Университете нам ничего не рассказывали о фамильярах, — виновато пожала плечами Катя. — А я читала, что вы — духи из другого мира, можете принимать любую форму, но чаще принимаете форму какого-либо животного.

— Россказни! — насмешливо заявил Трынкус. — Ты это в интернете прочитала?

— Да.

— Как не стыдно повторять такое? А-а, ну да! Откуда тебе знать!.. Ни в школе, ни в универе о фамильярах не расскажут. Но я тебе расскажу.

Кот перепрыгнул с подоконника на табуретку.

— Не люблю воду в таких количествах, даже смотреть на неё неприятно, — объяснил он. — Воду терплю только в миске.

Катя тоже отошла от окна и села за стол рядом с Трынкусом.

— Так, ладно — фамильяры, — начал кот. — Мы не духи. И мы из этого мира, просто другая форма жизни. Я не буду подробно рассказывать о нас, ты просто не поймёшь, как мы живём. Мы невидимы, нас не видят ни люди, ни животные. Даже маги с очень высоким уровнем дара не могут нас видеть. А мы людей видим, но многих из нас вы не интересуете. Но также многие из нас хотели бы общаться с людьми. Вот те из нас, кого интересуют люди, и откликаются на призыв, становясь фамильярами. Когда мы в своём обычном виде, нам не нужны ни еда, ни вода, только воздух. Мы владеем магией, но совсем не пользуемся ей. А когда становимся фамильярами, то пользуемся. Ну и еда с водой становятся нам нужны.

— И здесь есть кто-то из вас? — Катя повела рукой в воздухе.

— Нет, мы не проникаем в жилища людей.

— Вас много?

— Много.

— В голове не укладывается — другая форма жизни! На Земле! Где уже всё изучено!

— Так и мы, можно сказать, изучены, — ответил Трынкус. — Нас не видят, да. Но когда мы становимся фамильярами, то рассказываем о себе хозяину. Так что маги, имеющие фамильяров, о нас знают, а всем остальным о нас знать совершенно необязательно. О нас случайно узнала первая призывательница, о-о-очень давно. Она правильно поняла сны, которые ей снились, и смогла призвать фамильяра.

— Призывательницы не всегда существовали?

— Думаю, женщины с задатками призывательниц были всегда. Но до поры, до времени они просто не понимали, что за сны им снятся, поэтому не развивали свои способности. А той призывательнице это удалось. И призвать фамильяра удалось. И ещё она поняла, что не может стать его хозяйкой, поэтому обратилась в Магический Совет, он тоже издавна существует. Маги Совета нашли фамильяру хозяина, а потом решили, что о нас никто не должен знать, кроме самого Совета, призывательниц и хозяев фамильяров. Мы не делаем ничего плохого и никогда не сделаем, но мы невидимы. А люди боятся всего неизвестного, а тем более невидимого. Поэтому и было принято такое решение.

— Странно, — хмыкнула Катя, — духов из другого мира люди не боятся, а вас, значит, боятся.

— Люди думают, что дух сам по себе в нашем мире не появится, его нужно призвать, а потом он сразу становится фамильяром. Фамильяров никто не боится, потому что мы ничего плохого сделать не можем.

— Ну да, разве что оцарапать, — хихикнула Катя.

— Да-а, — довольно зажмурился кот. — Я рад, что так хорошо врезал Бородину… Так вот, — Трынкус вернулся к рассказу, — а если бы люди узнали про нас, про настоящих нас, я имею в виду, то боялись бы… Кать, да что об этом говорить? Мы хорошие, но людям это не докажешь. И вообще, тебе повезло — ты сейчас, не имея диплома мага, получила фамильяра и узнала о нас.

— Повезло, — согласилась Катя, хотя совсем не была в этом уверена.

— Но тем, кто о нас знает, запрещено кому-либо рассказывать правду о том, откуда берутся фамильяры. Запрет наложен Магическим Советом, а его решения выполняются безоговорочно. Так что и ты никому ничего не рассказывай! Никогда! Поняла?

— Поняла. Никому и никогда. Трынкус, а что будет, если связь между хозяином и фамильяром исчезнет?

— Фамильяр вернётся к своему первоначальному виду и долгое время будет оставаться в том виде. Потом он снова сможет стать фамильяром у другого мага, если захочет откликнуться на призыв. Своего предыдущего хозяина будет немного помнить. Но я не хочу становиться фамильяром у кого-то другого! Ан — замечательный хозяин, поэтому я один и держу связь.

Кот замолчал, было видно, что он расстроился. Катя не знала, как его подбодрить, поэтому тоже молчала.

— Хоть среди нас и немало тех, — встряхнувшись, снова заговорил зверь, — кто стремится стать фамильяром, но фамильяров немного. Поэтому только лучшие студенты и могут получить фамильяров, да и то не всегда. Ну и дипломированные маги, но они тоже не всегда получают.

— А почему не всегда? Ты же сказал, что многие из вас хотят стать фамильярами.

— Хотят-то многие, — кивнул кот, — но призыв слышат далеко не все. Поэтому не всегда удаётся кого-то призвать. Призывательнице нужно очень постараться.