Чтение онлайн

— Ох, видел бы ты этих орлиц в деле, побеспокоился бы за орлов.

— А наши, аме’канские коллеги как всегда опаздывают? — подала голос мадам Максим, после того, как Каркаров поцеловал её руку.

Дамблдор хотел что-то ответить, но его заглушил рев турбины. Прямо рядом с каретой вдруг приземлился джет, под чьими шоссе сама собой возникала взлетная полоса с готовой разметкой. Уже по самолетному трапу, явно волшебному(это про самолет, хотя бы просто потому, что в джет не уместилось бы тридцать пять пиплов), спускались яркие представители поколения Пепси. Форма в Нью-Салеме была свободной, но с одним но — юноши в пиджаках и брюках, девушки в блузках и юбках. Так что неудивительно что американцы были цветастыми и очень современными, на фоне европейцев. Впрочем, после того как взгляды жителей бывшей колонии с некоторой высокомерностью и насмешливостью проскользили по общей толпе, то многие уставили на Ланса. Тот был куда как более похож на них, хотя бы потому, что слишком вызывающе смотрелись его закатанные рукава, татуировка, шляпа и сигарета во рту.

— МакДональд! — воскликнул директор Хогвартса и вновь полез обниматься.

Впрочем в этот раз его опередил немного тучноватый, но яркий и жизнерадостный, относительно молодой директор. Он обогнал Альбуса и первым обнял его.

— Альбус! Старый перечник, рад тебя видеть не в кресле качалке! — Лансу никогда не нравился акцент американцев.

Ну право же, им действительно словно гирю к языку подвесили — так просто и безвкусно они щебетали.

Некто МакДональд, улыбаясь знаменитой, белоснежной голливудской улыбкой, пожал руку Каркарову, и сняв не иллюзорную шляпу хомбург, поприветствовал мадам Максим слишком долгим поцелуем руки. Ох уж эти американцы с их напускной фамильярностью и неподдельной приветливостью, и дружелюбием. В этом, они, кстати, если смотреть со стороны, до смешного похожи на восточных славян.

Тут Лансу вдруг показалось что расколись небо. Сотрясая землю, заставляя многих схватиться за что-то (в основном за соседа), с небес упала... пагода. Обычная такая, правильная пагода с выступающими крышевыми козырьками. Разве что она была не самых крупных размеров, всего этажа в четыре. Такая себе, не очень внушающая если честно.

Открылись двери и на улицу, под предводительством старичка, древнее Дамблдора, выползли столь нелюбимые Лансом узкоглазые. Они были одеты в одежды, которые Геб обозвал бы кимоно, но был уверен, что назывались они точно по другому. Хотя вид семенящих девиц, нелепо переставляющих ножки в миниатюрных шажках, заставлял лишь улыбаться от подступающего неприличного гомерического хохота. Это была школа Чи из Японии.

— Гуши Гулаоде, — поклонился Дамблдор подслеповатому старцу.

— Ах, сенсей Дамблдор-сан, — поклонился в ответ старец.

От его пищащего акцента Проныру разбирало на «ха-ха», но юноша держался. Дальше последовал очередной раут приветствованний, пока наконец не явились последние участники Турнира Лучших. Южные Корейцы, увлеченно копирующие западную культуру, интегрируя её в свое, прикатили на автобусе, немного напоминающим «Ночной Рыцарь».

Из автобуса, немного кренящегося на правый борт, выскользнула обворожительная леди. Хоть она, судя по рукам, и была в возрасте, но на лицо была бесподобна. Ланс даже невольно сглотнул, оглядывая её прелестное, фарфоровое личико.

— Мисс Ким Су Хи! — в очередной раз воскликнул Альбус, наклоняясь для поцелуя ручки.

— Дамблдор-щи, — пролепетала эта кореянка, опять же — с невозможным акцентом.

А все эти приставки искринне забавляли Проныру. Нет, умом он понимал что эта замена «мистера» и «миссис», «сэра» и «мэм», «леди» и «джентльмена», но менее глумливо от этого не становилось.

— Что ж, — кивнул Дамблдор, когда мисс Ким-хрен-запомнишь, закончила со всеми здороваться. — Раз все мы в сборе, то добро пожаловать в Хогвартс!

Пол пира спустя

Герберт был поражен тому, что оказывается, Большой Зал умеет расширяться. Видимо создатели заложили в него какой-то буфер пространства, который в случае чего можно и развернуть. Иначе как объяснить, что в зале уместилось на почти двести человек больше, чем обычно. Иностранных студентов рассадили за столы факультетов, которые, в свою очередь, Ланс даже мог поклясться вот этой свинной отбивной, были длиннее и шире чем обычно.

Впрочем, видимо о Слизерине ходили какие-то слухи, так как за стол к змеям сели лишь Друмштранговцы. Впрочем, те явно не были в восторге, так как среди них было лишь двое парней и одна девушка, которые свободно общалась на английском. Остальные шпрехали с трудом, горланя на немецком и, порой, русском. Что не очень удивительно, Дурмштранг находился где-то на скалистых берегах Баренцево, а говорили там преимущественно на немецком. Собственно, он и был «государственным» языком школы.

Но несмотря на это пир проходил довольно весело. Языковые барьеры мало кому мешали и народ, за всеми столами, знакомился на ломанном английском и нелепом языке жестов. Было весело, всюду звучал смех и какие-то вскрики. Да и за преподавательским столом, вместившим в себя почти тридцать человек, тоже было весьма оживленно.

Хотя, больше всех кайфовал Малфой, который уверенно что-то втирал Виктору Краму, которому не повезло сесть рядом с блонди.

— Кто-нибудь понимает этого парня? — вздохнул Ловец, говоря на немецком.

— Есть предположение Вик, — улыбнулся беловолсый, держа куриную лапу словно указку. — Что он тебя склоняет на свою сторону!

— Зла? — хором спросили близняшки.

— Давид намекает на гомосексуализм, — спокойно опевестиля ледяная леди.

Виктор воззрился на друга и чуть отодвинулся от Малфоя. Тот этого не заметил и продолжил втирать, наслаждаясь завидующими взглядами всего зала.

— Анастасия, ты как всегда меня прекрасно понимаешь, — притворно всхлипнул обладатель куриной ножки. — Выйдешь за меня?

— Нет.

— На руках буду носить!

— Нет.

— Ну как хочешь. Инна, Жанна, выйдете за меня?

— Мы подумаем, — хором рассмеялись красивые близняшки.

— Ну вот теперь еще и этот шляпник на нас пялиться, — вздохнул Крам, намекая на Ланса. Который действительно наблюдал за компанией Друмшранговцев (п.а. ох как я возненавидел Ро за такое название школы..., попробуй просклоняй называется)

— Он хотя бы молчит, — хмыкнул некто Давид.

— Это верно, — кивнула Анастасия, от которой ощутимо веяло холодом. — От говора этого задохлика меня уже начинает мутить.

— И ведь ни слова не понятно, — покачал головой ловец. — Хоть бы он уже рот салатом набил и замолчал.

— Даже не надейся, — хмыкнул Ланс, говоря на чистом немецком, но с ощутимым, мягким английским акцентом. — Он будет верещать, пока ты его рот кулаком не набьешь.

Над столом на миг повисла тишина, а потом компания Дурмштранговцев (п.а. JustFuckIt!! >_<) переглянулась, дружно поднялась со своих местах, держа в руках тарелки, и пересела к Лансу. Его зоны отчуждения как раз хватило, чтобы вместить в себя всех.

— Хоть кто-то здесь умеет говорить на нормальном языке, — вздохнула холодная леди. — Анастасия Яковлева. Я из Санкт-Петербурга, это в России.

— Инна и Жанна Друшевы, мы из Украины, Харьков, — хором хихикнули веселые близняшки.

— Давид Миллер, Польша, Краков, — козырнул польский еврей. Ну а кем он еще был с таким именем и фамилией?

— Виктор Крам, я из Болгарии, родился в Софии, жил в Золотых Песках.

— Эмм, — немного опешил Ланс. — Герберт Ланс, Англия, Лондон.

Парни тут же протянули руки. Ланс подивился тому что рукопожатие было стальным и крепким не только у Крама, но и у Миллера. Да, в Англии мало кто умел так пожать руку. Здесь за неё словно давали подержаться, что жутко раздражало Проныру.