Чтение онлайн

Подошла официантка, сняла таблицу с его стула и протянула меню.

Когда Герт попросил ее принести пару бутербродов и чашку кофе, она испуганно застыла, глядя на него широко раскрытыми глазами. А его соседки по столу поднялись, ни слова не говоря, и пересели за другой столик. Посетители начали оглядываться в его сторону. Герт чувствовал себя неуютно и безуспешно пытался понять, в чем дело.

Когда официантка принесла заказанное и протянула счет, он удивился, увидев сумму, и спросил:

– Почему так много? Сколько стоят бутерброды?

Официантка показала на бланке последнюю строку - “штраф”.

–За что?
– удивился Герт.

Вместо ответа официантка забрала листок, что-то дописала и вернула ему. Сумма штрафа увеличилась вдвое!

Герт какое-то мгновение смотрел в ее настороженные глаза, хотел уже потребовать заведующего, но, вспомнив, что ему лучше не привлекать к себе внимания, рассчитался.

Выйдя из кафе, он остановился, пытаясь собраться с мыслями.

Пошарив по карманам, он обнаружил, что сигареты кончились, и направился к магазину с ядовито-зеленой вывеской “ТАБАК”.

Там было лишь двое покупателей. Первый показал на пачку сигарет, положил на прилавок деньги и поднял два пальца. Продавщица молча протянула ему две красно-белые пачки. Так же, ни слова не сказав, получил коробку папирос второй покупатель.

“Что здесь происходит?
– ломал себе голову Герт, рассматривая разложенные под стеклом прилавка пачки и коробки.- Ну и названия! “Моцарт”! “Эль Греко”! “Гегель”!…” Когда подошла его очередь, он спросил:

– Кто лучше, Моцарт или Бетховен?

Продавщица неожиданно заговорила:

– Вы имеете в виду композиторов?
– И, пожав плечами, добавила: - Не знаю.

– Конечно же, я имел в виду марки сигарет,- улыбнулся Герт.

Сразу помрачнев, она молча показала на серую пачку сигарет “Бетховен”. Он видел ценник, но, чтобы хоть как-то продолжить разговор, спросил:

– Сколько они стоят?

На этот раз продавщица, сжав губы, посмотрела на него откровенно враждебно и подняла сначала четыре пальца, потом кулак.

– Дайте две пачки,- попросил обескураженный Герт.

Пока он доставал мелочь, она взяла бланк, что-то написала карандашом и протянула ему вместе с пачкой сигарет.

– Что-о? Опять штраф?
– удивился он. Но спорить, судя по всему, было бессмысленно.

Выйдя из магазина, он остановился у витрины и закурил “бетховенскук” сигарету. В чем дело? Почему с него берут штрафы?

За спиной послышался детский плач - Герт обернулся и увидел, как молодая мама взяла ребенка на руки, и он тотчас успокоился.

– Какое прелестное дитя!
– начал было Герт.- Скажите, почему…

Женщина вздрогнула, сунула ребенка в коляску так, что он снова заревел, и поспешила прочь.

“Похоже, я попал действительно в лучший город на этой планете”, - мрачно думал Герт, провожая ее взглядом.

На глаза попалась вывеска: “МЭРИЯ”.

“Пойду спрошу у мэра, что здесь творится”,- решил Герт.

В большом полутемном зале за длинным столом одиноко сидел в высоком кресле маленький печальный пожилой человек. Перед ним на подносе стоял графин с водой и стакан. В углу под сводами зала висел серебристоголубой металлический шар довольно внушительных размеров.

Герт поздоровался и подошел к столу.

– Я впервые в вашем городе,- сказал он.- И хотел бы у вас кое о чем спросить.

Его бы нисколько не удивило, если бы и мэр на захотел с ним разговаривать, но маленький печальный человек оживился:

– Пожалуйста, присаживайтесь.

– Что происходит с вашими жителями?
– спросил Герт, сев поближе к мэру.- Почему они молчат?

– Понимаете… в нашем городе на некоторые темы разговаривать запрещено.

Вот оно что, подумал Герт и осторожно спросил: - А o чем конкретно?

– О погоде, о моде. Гражданам запрещено рассказывать друг другу о том, какие у них красивые и талантливые дети, о здоровье, о ценах, о дачах, о запчастях для автомобилей… и так далее. Если интересует, могу дать листок со списком- двадцать два пункта…

– Совершенно безобидные темы!
– удивился Герт.- Почему же вы их запретили?

Мэр вздохнул.

– Видите ли… у нас есть город-побратим на соседней планете. Мы с ним соревнуемся. Мы думали, что вместо пустых разговоров наши жители, все без исключения, будут интересоваться политикой, заниматься наукой, философствовать, спорить о литературе, живописи, музыке… А они…- Он с досадой махнул рукой.

– Несознательный у нас народ. А какие убытки! Сначала никто не хотел молчать. Пришлось ввести систему высоких штрафов, огромный штат контролеров. Замолчали. Но стало только хуже. Штрафов поступает мало, в основном за счет приезжих. А доходы за пользование телефоном, почтой, ресторанами и кафе резко сократились. Не звонят, не пишут письма, не встречаются. Я думал, это временное явление. Помолчат, помолчат- и заговорят. О политике, науке, искусстве…

В дверь постучали. Увидев входящего, мэр даже руками замахал:

– Я занят! Занят! Сегодня приема уже не будет.

– Извините,- раздался робкий голос, посетитель кашлянул, и дверь глухо захлопнулась.

Налив из графина воды, мэр выпил залпом целый стакан и вздохнул.

– Как он мне надоел!
– сказал он, поднялся, подошел к двери и запер ее на ключ. Герт заметил, что мэр слегка прихрамывает.

– Кто это?- поинтересовался Герт, когда мэр снова сел.

Мэр повертел пальцем у виска:

– Горе-изобретатель. Детектор истины он, видите ли, изобрел… - Мэр снова покрутил пальцем и презрительно добавил: - Психолог.

В наступившей тишине стало слышно, как тикает будильник в старом потертом портфеле Герта.

– А нельзя было предвидеть то, что случилось в вашем городе?
– спросил Герт после паузы.

– Предвидеть?…- спросил мэр обиженно.- Вы могли предвидеть, например, нашу встречу? Кстати, вы откуда?

– Издалека…- замялся Герт, сделав неопределенный жест рукой.

– Турист, значит. Очень рад! К нам в последнее время что-то мало приезжает туристов…

Герт поспешил перевести разговор на другую тему.