Чтение онлайн

Он сам не понял, в какой момент вытолкнуло его из Сумрака в нормальный мир. Просто вдруг обнаружил, что всё вернулось - и звуки, и краски, и движения. Вытолкнуло, или он нашёл выход сам? И действительно ли касалась его головы ладонь? Не почудилось ли? Но слёзы? Они уж точно не почудились - до сих пор щекам мокро.

А потом вдруг всё это стало неважно. Сашка шевельнулся. Дрогнули, натянулись кабели и шланги, метнулась вверх змея-синусоида - и Сашка открыл глаза. И тревожно прошептал:

– Мама! Где мама? А где мои солдатики?

Дмитрий едва успел подхватить Аню - у той подкосились ноги.

А сзади уже шумело, шелестело, шуршало. Мелькали белые халаты (расторопной оказалась санитарка Семёновна), кто-то куда-то звонил по местному. И последнее, что услышал Дмитрий перед тем, как его твёрдо взяли за локоть - это потрясённый голос врачихи Ларисы Викторовны:

– Господи! Да что ж это?! Да такого же просто не бывает!

13.

Они опять явились вдвоём - Антон был в джинсах и тонком, обтягивающем грудь сером свитере, Лена - в длинном, едва ли не до пят, платье из какой-то искрящейся материи. Дмитрий никогда в таких тонкостях не разбирался. Халатов оба, разумеется, не надели. Зачем? Всё равно обычные люди их не замечали.

– Вот что, Дмитрий Александрович, - вместо приветствия сказал Антон, придётся подъехать к нам в офис. Прямо сейчас.

– Это ненадолго, - добавила Лена.

– Но неизбежно, - Антон был сух и деловит.
– Шеф настоятельно требует. А когда Борис Игнатьевич настоятельно требует, спорить бесполезно.

Дмитрий поглядел на них с тоской.

– Вы что, с ума оба сошли? Именно в этот момент? Сейчас, когда…

– Да, именно сейчас и именно когда!
– непреклонно возразил Антон.
– И именно из-за того. Главным образом. Пожалуйста, Дмитрий Александрович, не вынуждайте нас применять всякие… меры. Мне ведь это и самому противно…

– Это похоже на арест, - вяло огрызнулся Дмитрий.

– Это приглашение, - парировал Антон.
– Приглашение Светлого Иного к шефу московского Ночного Дозора. Вот если бы вас, допустим, начальник МУРа к себе пригласил, официальной повесткой, тоже бы скандалили?

– И не волнуйтесь, здесь и без вас управятся, - внесла окончательную ясность Лена.
– Теперь это обыденная медицинская работа.

И когда они спускались по лестнице к выходу - Антон впереди, Лена замыкающей, Дмитрий, обернувшись, увидел, как Лена показала ему большой палец. Торжествующе воздетый вверх.

Дмитрий ожидал увидеть навороченный джип или "Мерседес" - но, к его удивлению, садиться пришлось в обычную, и притом не первой свежести "девятку". Вела машину Елена Николаевна, Антон оккупировал переднее сиденье.

Наверное, Лена водила не первый год. И даже не первый десяток лет. А может, и не второй. Машина двигалась удивительно плавно, не рвалась изо всех своих псевдолошадиных сил, послушно тормозила, где положено. И, однако, они умудрились не попасть ни в одну пробку, никто не пытался их подрезать, а гаишники с полосатыми жезлами (обтянутыми шкурой зебры - ни к селу ни к городу подумал Дмитрий), похоже, вообще не замечали тёмно-синюю "девятку".

Антон, однако, не страдал избытком оптимизма. Негромко - хотя Дмитрию всё ровно было слышно - он то и дело напоминал:

– Линии проверяешь? Что-то подозрительно спокойно.

– Да смотрю я, смотрю.
– Лена не поворачивала головы.
– И ты тоже ведь смотришь, и даже дальше. Так чего суетишься? В Багдаде всё спокойно.

– Не знаю, как в Багдаде, а за нас я на сто процентов не поручусь, - Антон говорил, словно катал языком маленькие ломкие льдинки.
– Кто знает, на какую отчаянную глупость их пробьёт?

– А смысл? Ты представь итоги разбора. И сколько они потеряют.

– Ох… - только и проворчал Антон.
– Ну и каша… наваристая. А всё вы, Дмитрий Александрович, - бросил он через левое плечо.

– Что я?
– спросил Дмитрий.

– А это пускай вам шеф скажет, что вы.

Антон отвернулся и более уже не заговаривал.

Более всего офис Ночного Дозора напоминал среднего уровня фирму. Состоятельную, даже преуспевающую, но не шикующую напоказ. Паркетные полы хоть и не натёрты до зеркального блеска, но вполне чистые. Вместо люстры - настенные светильники, выполненные в виде бронзовых факелов. Кадки с тропическими растениями, стены, отделанные под белый мрамор.

У входа их встретила охрана - двое молчаливых молодых людей в строгих чёрных костюмах. Антон не стал показывать им никаких корочек, просто сказал пару фраз - и сейчас же у одного из парней пискнул мобильник.

– Шеф подтверждает, - на суровом, подобающем античной статуе лице вдруг расплылась совершенно простецкая улыбка.
– Проходите.

Шеф Ночного Дозора оказался подстать своему офису. Среднего роста дядечка, не обременённый ни пузом, ни избытком волос. Жилистый, загорелый. На вид ему можно было дать лет шестьдесят - но Дмитрий уже зарёкся судить о возрасте Иных.

– Здравствуйте, Дмитрий, - хозяин кабинета вышел к нему из-за стола. Присаживайтесь. Вот сюда, в гостевое кресло. Вы кофе будете? Не стесняйтесь, кофе настоящий. Вам, кстати, сейчас очень даже показано. Для поддержания сил. Он снял телефонную трубку.
– Наташа, солнышко, два кофе, и лучше с бубликами. Против бубликов не возражаете?
– не кладя трубки, повернулся он к Дмитрию.

Тот молча кивнул. Ни в кофе, ни в бубликах ничего совсем уж бесовского не ощущалось. Да и, откровенно говоря, хотелось есть. Основательно хотелось. Отбивную бы… две штуки. Или три… и с гарниром.

– Извините, сразу не представился, - усаживаясь в своё кресло, сказал шеф.
– Меня зовут Борис Игнатьевич, я, как вы, наверное, уже знаете, руковожу московским филиалом Ночного Дозора. Что такое Ночной Дозор, чем он занимается, вам Антон ведь уже рассказывал?

– Да, я в курсе, - кивнул Дмитрий.
– И, честно говоря, особого восторга не испытываю. Давайте уж начистоту, Борис Игнатьевич. Я православный христианин, и я считаю, что все эти ваши дела несовместимы с самими основами христианской веры. И потому принял жёсткое решение - держаться от них подальше. Жить обычной жизнью, не впутываясь в магию. Надо ли объяснять, почему? Небось, всю мою аргументацию вы и так знаете?

– Разумеется, - улыбнулся Борис Игнатьевич.
– Вы у нас не первый такой. К тому же я в курсе ваших бесед с Антоном Городецким. Но понимаете, Дмитрий… Позвольте уж и мне быть с вами откровенным. Ситуация очень непростая. Непростая и для вас, и для Дозора. Вы самостоятельно попали в Сумрак и вышли оттуда Светлым Иным. Это факт. Неприятный для вас, но никуда от него не деться. При этом в вас скрыта редкостная сила - которая пробуждается спонтанно. Не всегда по вашей сознательной воле. Так было и с оборотнем, и с потерявшейся девочкой, и в тверской электричке. Наверное, это будет случаться и дальше. Несмотря на ваше искреннее желание жить обыденной жизнью, не касаясь магии. Не получится, понимаете? Это уже в вас. Но вы же не на необитаемом острове. Вокруг вас жизнь. И обычные люди, и Иные. А среди Иных действует Договор, с которым вы не хотите, да и пока попросту не можете считаться. Значит, вы запросто влипнете в ситуацию, когда за нарушение Договора суд Инквизиции приговорит вас к наказанию… вплоть до высшей меры. Причём это будет не мученичество за веру, а просто нелепая гибель, горе для ваших близких. Вам это надо? Я не говорю уже о том, что пострадать могут и другие люди… и Иные, и обычные. Вы же о последствиях не думаете.