Чтение онлайн

— Что ж, я поверю тебе, — произнес государь. — Жду тебя в Кремле через час, Руслан Александрович. В этом деле придется разбираться, так что с поединком нужно повременить, пока я не выясню все обстоятельства. Это понятно?

— Понятно, государь, — легко согласился князь Демидов и положил трубку.

Царь поступал правильно — не следовало торопиться. За время, пока идет разбирательство, собираются реальные доказательства и формируется дело, клан Рюриковичей оскудеет еще на несколько человек.

Руслан Александрович без улыбки посмотрел на телефон и поднялся на ноги.

Можайский поднял руку на Дмитрия Алексеевича и теперь за это поплатится. Но недаром Демидовы получили в дар яд. Слишком просто было бы убить Можайского на поединке. Нет, Руслан Александрович сделает так, чтобы весь этот проклятый род исчез с лица Земли, а его глава наблюдал за этим и осознавал, чего лишается с каждым потерянным членом семьи.

Виталий Игоревич покусился на само наследие Демидовых, и Демидовы отплатят Можайскому той же монетой.

К моменту, когда поединок состоится, от рода великих князей Киевских не останется никого. А последнего члена семьи Можайских лично уничтожит Руслан Александрович.

Демидовы так же крепки, как и Уральские горы. А еще Демидовы мстительны и не прощают врагов. Прекрасная черта, которую Дмитрий Алексеевич унаследовал по матери. И которой придерживался еще основатель рода Демидовых в стародавние времена становления Уральского княжества.

За что и получил предок свой магический дар. Там, где Демидовы наносят удар, враг неизбежно умрет. Пусть не сразу, помучавшись перед кончиной. Но его никто и ничто уже не спасет.

А сейчас — в Кремль.

Красноярск, резиденция княжеской семьи. Князь Романов Дмитрий Алексеевич.

Все имеет свою цену.

Я наблюдал за тем, как болтается при движениях небольшой крестик из белого золота. Василиса Святославовна, из-за ворота которой он вывалился, медленно ступала вдоль лежака, и глаза Волковой светились от магии. Я сохранял спокойствие, все-таки и без того легко отделался.

Наноботы в моем теле продолжали свою работу, но они не всесильны. Да, на краткое совещание с опричниками меня еще хватило. А потом Витале пришлось меня уводить едва не под ручку. Тело сдавало на глазах, и уже в машине я отключился.

Теперь вот целительница высшего класса водит надо мной руками, выискивая вероятные повреждения. Благо, что наномашины хоть и блокируют дар пациента, никак не мешают другим магам применять способности. Так что как минимум будет интересно сравнить результаты наблюдений Василисы Святославовны и отчеты наноботов.

Глаза Волковой погасли, из них исчезло магическое свечение, и боярышня отступила на шаг, чтобы сесть в заранее установленное кресло. Судя по бледному лицу, Василиса Святославовна не пожалела собственных сил и выложилась на полную.

Что, впрочем, неудивительно — я наследник княжества Уральского, и боярышня обязана приложить все необходимые усилия. А кроме этого, наши личные отношения уже вышли на такой уровень, когда Василиса Святославовна могла считаться моей близкой подругой.

— Итак, — негромко произнес я, поправляя тонкую простынку, которой меня накрыли перед сеансом наложения рук.

Волкова вздохнула и, кивнув, заговорила. Голос ее звучал тихо и прерывисто, но целительница быстро приходила в себя.

— Крайняя степень нервного истощения, — констатировала Василиса Святославовна. — Во всяком случае, была. Сейчас вы, князь, идете на поправку. Судя по тому, как наномашины работали в теле вашего деда, могу заверить, что никаких последствий не останется, а вы вернетесь в строй к концу третьего дня.

Я прикрыл глаза и расслабился. Строго говоря, давалось это легко, вот напрягаться все еще было трудно. Тело, пережившее убийственный для организма уровень стресса, каждой клеточкой молило о пощаде, предлагая полежать, ни о чем не думать и как можно дольше ничего не делать.

Но я князь, и не могу себе позволить валяться в постели после такого происшествия.

— Отличные новости, — сказал я, приподнимаясь на локте. — Спасибо, Василиса Святославовна.

Боярышня махнула рукой, как бы говоря, что не стоит благодарности. Впрочем, на этом наш разговор не закончился.

— Я приготовлю вам свою укрепляющую настойку, — произнесла Волкова. — Лишним точно не будет.

Я кивнул, садясь на лежаке и сгребая простынь, чтобы не предстать перед девушкой в обнаженном виде. Понятно, что целительницу голым мужчиной не испугаешь — она и не такого на своем веку насмотрелась, но правила приличия не просто так придуманы.

— Я вас оставлю, — поднявшись, произнесла Василиса Святославовна. — Ваши люди вам помогут. А мне требуется перевести дух.

— Еще раз благодарю за помощь, — отозвался я. — И не только за этот анализ.

Волкова улыбнулась.

— Как подданная Уральского княжества, я обязана была действовать, чтобы защитить будущего наследника Демидовых, — правильно меня поняв, заговорила она. — К тому же Виктория Львовна стала мне близким человеком, и позаботиться о ней — мой долг.

Я улыбнулся в ответ и остался сидеть на лежаке, глядя в спину уходящей боярышни. Достойная она все-таки девушка, и как же хорошо, что мы тогда открыто поговорили, заключив договор об избегании помолвки.

Надолго меня одного не оставили. Не прошло и минуты, в лазарете уже появились слуги. Одевшись, я покинул медицинский блок резиденции и поднялся в свои покои.

За окном стояла глубокая ночь, но народ в моей резиденции даже и не думал ложиться. В коридорах несли дежурство пробужденные ото сна солдаты «Роя», наши сотрудники ходили по помещениям, выполняя отданные распоряжения. И целое крыло было отдано представителям «Руснефти», которые впряглись в расследование случившегося, как голодные псы.

Куда там опричникам из Красноярского отделения Царской Службы Безопасности? Люди Романовых почуяли кровь и развернули настоящий штаб, возглавляемый юристами Алексея Александровича, службой безопасности родовой корпорации и инспекторами. В жарких дискуссиях в отведенном для гостей крыле рождался План.

Нападение на князя, а что оно было, никто не сомневался с самого начала. Теперь же у нас на руках лежала копия допроса Серпухова, разместившего заряды в шахте и давшего признательные показания в казематах опричников. Так что люди Романовых предчувствовали вкус отбираемых у великого князя Можайского активов, и отказываться от них не собирались.