Чтение онлайн

Это всё в будущем будем запасать, а сейчас нужно нанять охранника, чтобы следил за подворьем, можно сказать, в законсервированном состоянии. Где найти такого охранника? А есть одна идея. Вернувшись от ворот к повозке, я взял под узду коня и подвёл к одному из складов, к тому самому, что самый малый, и, развернув повозку, стал разгружать её, скатив по слегам, найденным тут же за скотником, пороховую бочку и поставив её на попа в углу. Туда же снёс ящики с ружьями, предварительно освободив их, иначе вместе с содержимым я бы их не поднял. Ну, и всё остальное, включая отрезы английского сукна и металл в прутьях. А сейчас к кремлю скатаемся, там, где московские дружинники квартируют. Может, удастся кого из пожилых воинов, коим пора на покой, соблазнить работой охранника на полном обеспечении и, соответственно, похоронах, когда придёт время? Посмотрим. А подворье я без присмотра не оставил, прогулялся по соседям, вполне хорошие люди, вот мне парнишку лет восьми и выделили, тот запер калитку изнутри, когда я вышел к ожидающей повозке, к которой был привязан Ворон. Второй конь остался во дворе, привязанный у расколотого бревна с выдолбленным углублением. Я туда воды наносил от колодца, чтобы он попил. Ведро уже моё, с телеги. Да, похоже, план князя работает, придётся задержаться. Надеюсь хотя бы завтра выехать.

Слегка громыхая по ухабам, повозка выехала на ближнюю улицу к кремлю, где были уложены деревянные плахи, вместо тротуара, и дальше я покатил увереннее, почти как по асфальту. Жаль, мало мощёно улиц таким образом, дорогое занятие, но зато и грязи у кремля особо не было, пыль только. Подъехав к воротам, привязав поводья к жердине, тут ещё два верховых стояли привязанные, да подошёл к двум дружинникам, что стояли с бердышами у ворот.

– Здорово, служивые, – спокойно поздоровался я.

– И ты будь здрав, отрок, – окинув меня быстром взглядом, поздоровался правый от ворот бородач, по одежде определив, что я сам из воинского сословия, да и две сабли на ремне много о чём говорили. Он ко мне был ближе.

– Мне бы со старшим вашим пообщаться. Да и вообще пара вопросов есть, – я показал зажатую между пальцев серебряную монету. – Может быть, такие знающие вои что и подскажут?

– Ну, говори, может, действительно что подсказать сможем, – всё так же усмехаясь в усы, сказал тот бородач, что стоял справа от ворот.

– Дом я купил, а охранять некому. Может, есть у вас те, кто уже не может нести воинскую службу, но ещё на что-то годится? Я бы взял на полное обеспечение. Жаловаться на невыносимые условия не будут, да и если что не устроит, уйти смогут. Мне бы двух, ну или трёх.

– Правильные твои мысли, отрок, не каждый понимает это. Есть у нас такие дружинники, что проживают в воинской избе. Ни семьи, ни денег, податься некуда. Им тоже в радость будет уйти, не хотят на нашей шее повиснуть мёртвым грузом. Пройди внутрь, слева малая воинская изба, найди старшего десятка Даниила, он поможет.

– Спасибо, – монета тут же исчезла в руке бородача, а я, проходя ворота, попросил: – За повозкой и верховым присмотрите, хорошо?

– Будь спокоен, присмотрим.

Найти нужного десятника труда не составило, он наблюдал, как воины гоняли почти сотню новичков, выбивая из них домашние пирожки. Видимо, новое пополнение проверяют. Выслушав меня, тот кивнул и велел идти за собой. В воинской избе было отнюдь не пусто. В будущем такие помещения назвали бы бараком, ну или армейской казармой. В этих деревянных бараках проживало пять сотен дружинников, остальные по домам по городу, и несли службу по графику. В данном случае воинская изба была малой, и обычно тут проживала одна сотня. Мы вошли в ближайшую воинскую избу, и десятник привлёк к себе внимание, сказав:

– Слушаем меня, – убедившись, что все к нам повернулись, он продолжил: – Этому отроку Титу нужны служивые на охрану дома, двое-трое. Обещает хороший кошт и кормление, но и службу нужно нести не за страх, а за совесть.

После этого, ни слова не говоря, развернулся и вышел. Во даёт! Я же остался на месте, спокойно и изучающе рассматривая пожилых воинов. Да, жизнь русского воина коротка, и дожить до старости могут единицы, и вот сейчас я изучал эти «единицы». Взгляды у большинства изучающие и оценивающие. Неторопливо двигаясь к середине комнаты, я так же неторопливо говорил:

– Не стоит думать, что вас ждёт на службе отдых и гульба. Спрашивать буду строго. Ни один ворог или тать не должен проникнуть на территорию подворья, а уже если проник, то постараться брать живым, чтобы узнать, кто он и кто послал. Думаю, вам это и так понятно. Кроме настоящих воинов, я планирую взять ещё двух-трёх подростков, закрепив каждого за определённым воином, для передачи навыков. Платить буду по новгородке в месяц. Да, это много, но и отдачи я буду ждать соответствующей. Теперь думайте.

Развернувшись, я покинул избу и, встав неподалёку от крыльца, не без интереса наблюдал за тренировкой новичков. Те уже выдохлись, бегали мокрые от пота, а воины-наставники только подгоняли их длинными палками. Это ещё на них защиты и вооружения не было, бегают в одних штанах, салом на боках трясут. Не у всех есть, но были и такие. Я не сильно увлёкся и отслеживал, что вокруг происходит, поэтому сразу заметил, как из избы стали выходить ветераны. Вот один сзади подкрался, весь седой, и прочистил горло, привлекая внимание, пришлось повернуться и вопросительно посмотреть на него.

– Ты ведь не боярского сословия? – уточнил тот.

– Не знаю. Память полтора года назад потерял, после нападения татей на купеческий караван. Я из Коломны, собираюсь наведаться туда, может, кто опознает. Вот тогда будет ясно, какого я сословия.

– А сабли?

– Учусь.

– И можно проверить? – хитро улыбнулся тот.

– Я не против, – легко согласился я и всё же смог сдержать насторожённость, слишком воин порадовался, когда я дал согласие. Похоже, меня ждёт какой-то сюрприз, и думаю, это тот самый воин, что сидел с краю ветеранов, устроившихся на скамейках. Такой же обоерукий, как и я, с двумя саблями на боку. Впервые вижу коллегу.

Однако выставили против меня не его, а другого воина. Тот тоже был с саблей и щитом в другой руке, готовый к бою. Мне кажется, эти двое единственные, кто с саблями управляться умеет, у остальных мечи были. Хотя нет, ещё у одного ятаган турецкий имелся. А мой противник серьёзным воином оказался, несмотря на выступивший пот, всё же возраст сказывался, одышка появилась, тот стоял как скала, неутомимо отбивая все мои атаки и изредка контратакуя сам. Однако всё же я смог выбить из его рук саблю, и тот признал поражение, с боевым ножом ему против меня не выстоять. При этом тренировка была прекращена, новички с облегчением отошли в сторону, отдыхать, а их наставники подошли к нам и образовали полукруг зрителей, наблюдая за тренировочной схваткой. Я уже разогрелся с первым ветераном, что, ничуть не расстроившись поражению, занял место на скамейке, я же, посмотрев на коллегу, кивнул ему, мол, готов. Тот с интересом следил за поединком, наверняка того и выставили, чтобы этот обоерукий ветеран определил уровень моего мастерства, и судя по скучающему виду ветерана, противником я для него не был. В этом я убедился очень быстро. Гонял тот меня по плацу как хотел, постоянно то сабли выбивал, то по заднице плашмя доставал, однако позволял поднимать сабли, и мы снова сходились. В общем, по мастерству тот был выше меня на голову, и несмотря на все мои знания в фехтовании, все будущие новинки, проигрывал я ему не в технике, тут я как раз его не раз удивлял, а в опыте, в физике и отсутствии спарринг-партнёров в тренировках. Надеюсь, теперь мне будет с кем тренироваться.

Подняв руки и показывая, что я признаю поражение, я поднял обе сабли с пыльных деревянных плах и, вложив их в ножны, подошёл к противнику.

– Не знал, что тут есть воины вашего уровня.

– Ты тоже неплох, – подтвердил тот. – Сабли носишь по праву, но учиться тебе дальше нужно.

– Года через два мы будем на равных, через три все поединки будут заканчиваться моей победой.

– Не буду спорить, – неожиданно улыбнулся тот. – Время покажет. Меня Егором зовут. Егор Лукич Лапин.

– Тит. Просто Тит. Пока о себе я ничего не знаю, но, надеюсь, это ненадолго. Я бы хотел вас видеть в той группе, что поступит ко мне на службу.

– Это невозможно. Я живу с сыном, он полусотник в дружине, сегодня старых друзей пришёл навестить. Но помочь с подбором я тебе смогу. Я уже понял, кто тебе нужен. Те, кто приветствует Бахуса, как я понял, тебе не нужны?

– Да, выпивохи не интересуют. Однако надеюсь, в нескольких тренировках вы мне не откажете? Готов уплатить за уроки, всякая работа, тем более такая, должна быть оплачена. А мне нужны те, с кем можно потренироваться. А то всё ветки да вкопанные колья.