Чтение онлайн

А сделав несколько шагов к поскуливающему Оттону, выскользнувший из ножен джад вонзился тому в хребет, отчего парень вновь пронзительно закричал, и отпустив рукоять оружия грубо схватил того за волосы и потащил в сторону вопящей Селены.

— Понять не могу, как такое ничтожество как ты, стал андабатом?
– расслабленно начал я свою беседу под вой Габсбурга.
– Не будь меня здесь и Веймин разделал бы вас обоих как рыбу на разделочной доске. Ведь вы отбросы и слабаки.

— Ты… ты… тварь… - сквозь мучительный вой проорал Оттон.
– Только посмей меня… убить. И тогда тебя… самого ждёт смерть.

— Ты и представить себе не можешь какова моя натура на самом деле, - усмехнулся я, и дотащив этот вопящий огрызок плоти до нужно места, резко вытащил джад из его спины и приподняв австрийца за глотку, спокойно вонзил его тому в плечо, тем самым пришпилив Габсбурга рядом с Селеной, а в руках тотчас сформировалось громовое копьё.
– Так и быть, сдохните вы вместе. Надеюсь, этот урок вам запомниться. Передавайте привет Астору в аду.

— Нет… Нет… Не надо… - зашептала сквозь муки боли Валуа, словно находилась в бреду.
– Не убивай… Нет… Нет… Дедушка спаси!
– завопила вдруг она, что было мочи.

Да так пронзительно, что весь Колизей затих от неожиданности и негодующе загомонил на её слова.

— ПРЕСВЯТЫЕ ОТЦЫ ИМПЕРАТОРЫ! НЕУЖЕЛИ НАС ЖДЁТ ПОКАЗАТЕЛЬНАЯ КАЗНЬ?!

— Увы, малышка, никто тебя не спасёт, - усмехнулся я.
– Ты ведь слышишь их. Договор был. Теперь его необходимо исполнить!

— ДОСТАТОЧНО!

Копьё размашистым движением уже намеревалось снести головы обоих столпов, но в эту же секунду в уши ворвался свирепый рык, а внутренний мир всколыхнула чужеродная сила. Защитный купол Колизея был разрушен, а рука моложавого старика, что была окутана белесой молнией в спокойной манере остановила моё копьё-глефу.

Ах ты поганая венценосная шваль! Вот как оказывается. Значит, всё равно бы не дали мне их убить. Где твоя гордость правителя, кухаркин сын?!

— Де… душка… - тихо прохрипела Валуа, сквозь кровавые слёзы.

Как по волшебству рядом с ним оказались еще двое, а за своей спиной я ощутил три не менее могущественные ауры. Уже знакомая чуть шершавая рука Романова легла тотчас на моё плечо. И весь Колизей от увиденного разом затих, даже не умолкающий ни на миг ведущий маг заткнулся.

Прибывшие ауры были воистину запредельными. Не знаю на каком точно ранге сейчас находится сам Всеволод и Потёмкин, но эти два хмыря передо мной, минимум грандмагистры.

Трепещи Ракуима! Чтоб я сдох! Твою мать! Всё-таки выползи из своих лож, уроды венценосные?!

— Как это понимать?
– с мерзкой улыбкой осведомился я, даже и не думая сбавлять натиска громового копья.
– Договор был. Они проиграли. Теперь его необходимо исполнить. Так ваши империи чтят законы и правила? Или действуете лишь по своим? Как сегодня в ресторане, да?
– едко заметил я.

— Прикрой рот, маленький ублюдок!
– процедил Рудольф, который не сводил глаз с почти бессознательного и еле живого Оттона.
– Не тебе нас судить!

— Обязательно прикрою, как только перережу глотки вашим внукам. Причем вашему внуку я его перережу тупым зазубренным ножом, медленно и с удовольствием, - не остался я в долгу, и почти сразу ненавистный взгляд Габсбурга прошелся по мне с ног и до головы.

— Да, Рудольф, Франциск, Фридрих, - раздался чуть шелестящий и насмешливый голос за моей спиной, и уже вторая рука неизвестного мужика легла мне на плечо.
– Как это понимать? Что за лицемерие? Где ваше достоинство правителей? И к чему ты сейчас оскорбил этого молодого человека? Договор подписан. Стихии его заверили.

— Их жизни принадлежат столпу Российской Империи… - раздался очередной голос сзади.
– Не умрут сейчас, и за парня это сделает Катаклизм и их силы.

— Что ты хочешь, Всеволод, взамен их жизней?
– вдруг процедил зло Франциск, отведя от меня взгляд и посмотрев на Романова.

— Я? Ты сильно заблуждаешься, дружище, - спокойно отозвался император, хлопнув меня по плечу.
– Их одолел Захар. Ему и решать.

Чтоб меня тавтонский жеребец лягнул. Да-да! Конечно! Так я и поверил. Намёк жирнее некуда. Сука! Сраная политика! В гробу я её видел! Но выбора нет!

— Чего тогда желаешь ты… парень?
– холодно поинтересовался у меня Валуа, скорчив гримасу недовольства.
– Проси, что хочешь. Мы выкупим их жизни.

— Мне бы хватило и их голов, - с улыбкой ответил я старику.
– Но таким образом я проявлю неуважением к своему императору. А посему, - и обернувшись к довольно скалящему после моих слов Романову заключил.
– Ваше величество, думаю, мне лучше переложить эту ответственность на вас. Главное, чтобы завтра не произошло нечто подобного.

— Так и быть, Захар, - расплылся в широкой улыбке правитель.
– Я внемлю твоей просьбе. Не переживай. За завтрашней битвой мы проследим. Она пройдет по всем правилам и с договором жизни и смерти.

— Захар, ты достойный столп своей империи, - вдруг обратился ко мне ассианин, лишь взглянув на того я понял, что это был Гуань-ди, а второй был император Индии Амрит.
– Поэтому можешь в любое время навещать Веймина. Я думаю, он будет рад твоему обществу.

Серьёзные мужики. Ничего не скажешь. С такими мне покамест не тягаться.

— Если получится, то обязательно, ваше величество, - кивнул я с наигранной улыбкой.

— Кстати, Всеволод, - вновь подал голос китаец.
– Я говорил тебе, что у меня есть прелестные дочери? Раз Ростиславу нельзя, так может парень согласиться. Одна краше другой. И все молоды. Только скажи и мы…

— Хватить, Гуань-ди, - рассмеялся весело Романов.
– Позже всё обсудим, сейчас есть более важные дела. Не так ли… друзья?
– обратился тот к западникам с предвкушающей улыбкой, параллельно с этим активируя полог тишины.
– Можешь забрать своё оружие и возвращаться в зону, Захар. Остальное предоставь нам.

— Как скажете, ваше величество, - и минуя строй из трёх императоров, как можно грубее вытащил из тела Оттона джад, и почти свалившегося на камень арены парня, моментально подхватил его дед. Селене же хватило одного смазанного взгляда, чтобы та панически вздрогнула и задрожала, а после с мольбой взглянула на своего старика.
– Запомните этот день, отребья. Сегодня вам безумно повезло. Попадетесь мне на глаза еще раз и пеняйте на себя.

И загнав джад обратно в ножны, неспешно зашагал в сторону помоста, не забыв перед этим отвесить церемониальный поклон Романову, Гуань-ди и Амриту. Причем проделать это пришлось в полной тишине Колизея и под разозлёнными взглядами западников.