Чтение онлайн

Дрянь! Как бы то ни было, он прав, но порой эмоциональная моя часть меня всегда была сильнее моего здравомыслия. Такое со мной происходило с самого рождения. А после смерти близких и во время реанорской охоты такие припадки лишь учащались.

– В целом плевать, но в логике тебе не откажешь, - заметил я с кривой ухмылкой, продолжая разминать руку с до конца не затянувшейся рваной раной.
– Как долго я валялся?

– Чуть больше суток…

Сутки?! Разрази меня трижды Бездна! Вот же проклятье!

– Даже не буду спрашивать, что ты собираешься делать, зная хоть немного тебя, тут и дураку всё ясно, - внезапно заговорил Романов со слабой улыбкой.
– Но до меня лишь только сейчас дошло, почему ты так сильно вышел из себя. Это ведь оно, да?

– О чем ты?
– не понял я парня.

– Если честно, то в начале нашего с тобой знакомства я считал тебя странным и отстраненным типом, а Виктория относилась к тебе настороженно и с опаской, - продолжил разглагольствовать цесаревич.
– Так кто из них, Захар? Алина или Прасковья?

Так вот он о чем. Что ж, я сам виноват. Да и догадался он весьма быстро.

– Обе… - спокойно отозвался, соскальзывая с постели и направляясь в угол, где было аккуратно сложено моё снаряжение и начиная напяливать на себя всё обмундирование.

– Действуешь с боярским размахом, - присвистнул загадочно парень.
– Теперь я понимаю, зачем ты вклинился в дела рода Потёмкиных и дома Нассау, и почему Трубецкие дали отворот-поворот Акинфовым. Только боюсь, что после всех твоих достижений моя бабка от тебя не отстанет. У тебя сильная кровь. А для аристократов она очень ценна.

Кто бы сомневался. Но радует один неоспоримый факт: будущий император умеет думать и анализировать. А прикидывался невинной овечкой.

– В таком случае понимаю, - кивнул одобрительно Соловей с лёгкой грустью на лице.
– Для Марины я бы сделал нечто похожее, - и потянувшись во внутренний карман, медленно извлек оттуда сложенный листок бумаги и протянул его мне вместе с маленьким свертком.
– Но прежде чем мы начнем, вот, почитай. Тут тебе послание от некоего Оттона Габсбурга. Передает тебе привет. Только боюсь, его привет тебе не понравится.

Хватило одного рывка, чтобы оказаться рядом с цесаревичем.

На записку было плевать, а вот содержимое свёртка вновь пробудило внутри груди весь спектр давно позабытых эмоций. Ярость. Гнев. Злоба. И тщательно укрытое от всех глаз реанорское безумие. Ведь внутри находились два женских отрезанных пальца. И я отчетливо узнавал аромат, исходящий от них.

Пальцы принадлежали Алине и Прасковье…

«У тебя четыре дня. Форпост Яс-Хи. Наигравшись с Алиной и Прасковьей вдоволь, пришлю их тебе по кускам, либо продам желающим. А их много. Время пошло».

Четыре дня? По кускам их пришлешь? Хорошо, очень хорошо, Оттон. Война, так война. Признаю, ты первый, кто смог довести меня до белого каления в этом мире. Жаль только, что те, кто ранее умудрялись такое провернуть уже давно не дышат.

Свирепая буря в душе с каждой секундой и с каждым взглядом на пальцы всё продолжала нарастать. Кровь хлынула в голову подобно нескончаемой морской волне, и вывести меня из круговорота холодной ярости и безумия смог лишь далёкий и приглушенный голос Романова.

– Так какой у нас план? Ты ведь не собрался штурмовать форпост Яс-Хи с шашкой наголо?

– У нас? Вовсе нет… - отрицательно качая головой и чуть хриплым голосом отозвался я, между делом бережно возвращая пальцы обратно в сверток и укладывая их во внутренний карман вместе со вторым артефактом пустоты.
– Я отправляюсь один. Ты будешь только мешаться.

– Да хрен там!
– возмутился мгновенно парень со слабой хищной улыбкой, вскакивая на ноги.
– Я не для того столько времени ждал, чтобы получить отказ. Алина и Прасковья мои подруги. Так что я иду с тобой.

Трепещи Ракуима! Вот уже действительно самый настоящий клещ, а не цесаревич империи. Хотя… он может пригодиться! Артефакт речи у меня есть, но он может сплоховать. Да и будет слишком подозрительно, ведь придется совать голову в пасть тигра. Только когда у меня было иначе? Прямо как в старые добрые времена.

– Ты знаешь много языков?
– поинтересовался я, выныривая из собственных размышлений.
– Без артефакта речи сможешь управиться?

– Издеваешься надо мной?
– с наигранным негодованием заявил Романов.
– Спокойно говорю на пяти и слабо на трёх, - сознался тотчас парень.
– Я будущий император как-никак. Само собой, если меня не прикончат во время наших с тобой похождений.

– Что с моим цербером?

– С ним поработали мясники, точнее с передней её частью. Тварь весьма ценная для алхимиков. Вырезали всё самое важное. Сейчас материалы находятся в леднике форпоста.

Единственная хорошая новость за последние дни. Правда, усвоить ингредиенты я сейчас попросту не успею. Есть дела намного важнее.

– Твои прошлые слова по поводу разрешения на вывоз пораженных предметов из стигмы ведь еще в силе?

– Род Романовых дал тебе обещание, и мы привыкли его держать, - серьезно кивнул цесаревич.
– Тебе нужно что-то определенное? Для алхимии или артефакторики?

– И для того и для другого, но мне не нужен весь цербер, лишь его малая часть. Точнее скажу лишь тогда, когда взгляну сам, остальное передам под ваш контроль. Думаю, государственные мастера знают, что делать с такими вещами. Но с этим пока повременим.

– Тогда не вижу никаких проблем, - пожал плечами юноша.
– Не скрою, цербер весьма ценен даже для нас. Надеюсь, ты расскажешь каким образом смог прикончить эту образину?

Кстати, да. Артефакт пустоты. Как я и думал это всё-таки слабенький прототип, но даже в этом случае это может быть грозным оружием при правильном применении.

– Обязательно расскажу, но позже. Хоть по большому счету мне просто повезло, - соврал я, направляясь как можно быстрее к дверям.

– Повезло, как же! Так какие наши планы? Как поступим?
– ударил мне в спину голос Романова.
– Если посмеешь свалить без меня, я этого так просто не оставлю. А теперь рассказывай, ты куда намылился?

– В «Домино», - спокойно отозвался я, корректируя весь придуманный план на ходу.
– Нужно переговорить.

– Зачем и с кем?
– засеменил следом за мной Ростислав.