Чтение онлайн

– Да… Что-то такое припоминаю… - нарочито заинтересовано и медленно заговорил я, делая вид, что силюсь нечто вспомнить и пальцем касаясь виска.
– Там был некто по имени… Оттон, - лицо Балинта при упоминании сына слабо дёрнулось, но тот сдержался, - был некто по имени Сурмин, - Кандейм напротив оказался спокоен.
– И некто по имени Франц Валуа. Да точно! Вспомнил!
– повысил я голос с довольной улыбкой и поднимая на них насмешливый взгляд.
– Все они были убиты моими руками. Я их прикончил. Так и что с того? Они прибыли не в то место и не в то время. Сами виноваты. Я уничтожал врагов своей империи, и они попали под раздачу. Кто ж знал, что они окажутся такими слабыми.

– Смеешь насмехаться над нами?!
– холодно отчеканил Габсбург, а его аура невольно всколыхнулась, однако под равнодушным взглядом Романова, тот скривился и также медленно вернулся на своё место.
– Ты посмел убить моего сына! Посмел убить будущего императора Французской Империи…

– Также ты убил представителя дома Нассау, - добавил резко Кандейм.
– И…моего Юстана.

Ха-ха! Значит, всё-таки им не плевать…

– Знаете, не удивили, - развел я по-простецки руками, а после демонстративно посмотрел на Владимира.
– Я столп Российской Империи и лишь государь вправе решать мою судьбу. Но так и быть признаюсь вам честно, я много кого убил. Репутация у меня теперь такая. Скверная. Я убивал и отцов и их сыновей, но все они умерли на поле боя будучи врагами. К тому же буквально недавно я избил четырёх наследников весьма уважаемых в империи родов и как видите, до сих пор хожу и дышу. Кстати, ваше императорское высочество, его величество одобрил мою схватку с князем Давыдовым?

– Одобрил, - с понятливой улыбкой, кивнул Владимир, начиная мне подыгрывать.
– Сегодня утром. Состояться сможет в течение трёх недель с этого самого дня. Дату можете согласовать непосредственно с Сергеем. Договор жизни и смерти прилагается.

– Прекрасно!
– расплылся я в предвкушающей ухмылке.
– Благодарю вас…

– О чем он говорит, Владимир?
– хмуро полюбопытствовал Балинт.
– Что еще за дуэль? Почему мы ничего не знаем?

– Произошли кое-какие трения пару дней назад, - спокойно просветил тех мужчина.
– Князь Давыдов не сошелся во мнении с князем Лазаревым. Но в ближайшее время это недоразумение будет устранено.

– А знаете, так и быть! Я готов пойти вам навстречу, - тотчас спохватился я, наблюдая за быстро соображающими западниками, которые не успели прийти в себя.
– Вы что-то там говорили о войне? Но зачем же доводить до кровопролития? В целом я миролюбивый человек. Я не приемлю такого жестокого подхода, - с невинным выражением лица медленно заговорил я.
– Одно дело убивать самому, а другое видеть, как за тебя умирают другие. Мне проще сразиться и погибнуть лично, чем наблюдать за тысячами смертей благородных мужей с вашей и нашей стороны. Совсем недавно до меня дошли слухи, что у вас на Западе есть давняя традиция. Судебный поединок, а проще говоря хольмганг.

– К чему ты клонишь, малыш?
– с ехидной улыбкой осведомился Кандейм, в то время как Романов стал открыто хмуриться.
– Ты осмелишься выйти против нас на хольмганг?

– Отчего нет?
– с улыбкой ответил я вопросом на вопрос, а моя манера речи стала по крохам ужесточаться.
– Или у тебя сбоит артефакт речи, и ты не слышал мои слова до этого? Пусть всё решится судебным поединком. И предлагаю заверить всё договором жизни и смерти. Выиграю, и вы отцепитесь от моей задницы. Проиграю, и моя жизнь будет вашей. Вы ведь этого хотите? Моей смерти, не так ли?
– с отчужденной миной спросил я.
– Только, боюсь, вам придется дождаться дуэли с князем Давыдовым и, само собой, дозволения императора на поединок. А вы в это время сможете решить, кто из вас захочет отомстить за своего сына. Признаюсь вам честно, - затихающим тоном заговорил я, а в голосе стали звучать нотки презрения.
– Ваши сыновья были редкостным мусором, и вы оба это знаете. Один пытался добиться победы дерьмовым способом, а другой пытался достигнуть своих целей, используя ни в чем неповинных девушек. Итог их противостояния со мной вы знаете… Точнее… - а после с вызовом взглянул на Габсбурга, - …почти знаете. Оба сгинули.

На несколько мгновений в зале возникла гробовая тишина, лишь только клокочущая и разгорающаяся ярость в груди Нассау и Балинта говорила мне об их истинных мыслях и намерениях.

– Ах ты недонос… - начало было Габсбург, но того мгновенно опередил Нассау.

– А кишка у тебя не тонка, малыш, признаю. Некие рассказы о тебе были не ложью, смерти ты не боишься, - с самодовольной улыбкой выдавил из себя Кандейм, сдерживая жгучую злобу и гнев.
– Это сейчас было бахвальство мальчишки, Владимир, или же всё сказанное правда?

– Захар князь и он вправе говорить за себя, - спокойно пожал плечами Романов, прекрасно понимая, к чему я клоню.
– Но последнее слово всегда будет за моим отцом, хотя в принципе и вы ничего не сможете решить без своих императоров. Благодарю тебя, Захар, ты можешь идти, - весело подмигнув, обратился ко мне Владимир.
– Мне еще необходимо утрясти кое-какие детали.

– Честь имею, ваше императорское высочество, - изрёк я, чуть склонив голову перед мужчиной.

Ну а теперь поглядим к чему всё это приведет, отныне всё зависит от меня и только от меня, точнее от моих сил и способностей. Видит Бездна, влияние и власть иными способами не заполучить.

***

Если честно, то я предполагал, что важных разговор на сегодня было уже с головой, однако, как оказалось я очень сильно заблуждался, потому как в попытках найти ту самую гостиную, где ожидали меня Ростислав, Виктория и Марина, я практически лицом к лицу столкнулся с необычайно оживленной императрицей и… Селеной Валуа, которая была в обществе жизнючки Мартелл.

Поцелуйте меня в зад все странники Астрала! Чтоб я беспардонно сдох!

Пришлось даже сделать вид и глупое выражение лица, будто бы я их не заметил, вот только у судьбы на этот счет были сегодня иные планы.

– Захар, мой мальчик, а ведь мы с Селеной искали именно тебя. Подойди, мой милый, нам нужно поговорить…

Твою мать! Почему именно сейчас и именно она? Вот же дрянь…

Глава 17. Императорское предложение и старые друзья на пороге...

Первое кольцо. Москва.

Московский Кремль.

Большой Кремлевский дворец.

Как ни странно, но чудесным и непонятным образом мы в течение нескольких минут успели перекочевать из Сенатского в Большой Кремлевский дворец в одну из самых больших и достаточно уютных гостиных. И если судить по запредельному количеству попадающихся на нашем маршруте личных воительниц императрицы, столкнулся я с Валуа, Мартелл и её величеством отнюдь не случайно.

Да и во многом насторожила скрытая кислая мина Ростислава и сосредоточенные лица Вики и Марины, которые как бы случайно встретились нам на пути, и если я не совсем дурак, то судя по эмоциям младших Романовых, те были в некоем недоумении от происходящего. А вот эмоциональный фон Валери и Селены наоборот находился, что называется в выжидательном положении, правда, всё периодически портил вспыхивающий липкий страх, а также их косые взгляды, которыми обе девахи меня одаривали.

Что же касательно самой императрицы, то та кроме лучей довольства и нескончаемых потоков веселья ничего более не испытывала. Эта тридцатилетняя бабуля прямо сейчас находилась в своей стихии.

На француженок в целом было плевать, хоть они и нарушили моё предупреждение о том, чтобы держались от меня подальше, но боюсь здесь придется потерпеть. Не тот случай. Поэтому с равнодушной миной до самой гостиной пришлось шагать за императрицей в обществе напряженных Романовых и Голицыной, пока сама Варвара, Валуа и Мартелл, что называется щебетали ни о чем и делились последними слухами и сплетнями.

– Ростик, Викуля, Мариночка, Захар, пошевеливайтесь, - ослепительно улыбнувшись, поторопила нас женщина, указывая рукой на пару кресел подле и напротив себя.
– Разговор будет более чем интересен. Селена, моя милая, ты ведь не против?