Чтение онлайн

– Значит, облажались, а план провалился… - декларировал с невероятным спокойствием император, глядя на только-только пробивающиеся рассветные лучи солнца за окном.

– Не только облажались, ваше величество, но и по нашим неподтвержденным данным несколько исполняющих задание взяли в плен. Многие, как и полагается самоликвидировались, но у основных сил по какой-то неизвестной причине это сделать не получилось. К тому же по слухам среди них оказался перебежчик. Один из повелителей.

– Предатель выходит, - усмехнулся холодно государь, словно услышал хорошую шутку.
– Кому рассказать - не поверят. Кто он? Ты узнал имя?

– Если судить по их репутации, то это мог сделать только один, - невзрачно изрёк Рой.
– Габриэль. Габриэль Беккер. Глава одного захудалого тёмного клана. Вербовал его лично я. Поэтому это мой просчёт, ваше величество. И я готов принять своё наказание.

– Нет, ты меня предупреждал насчёт спешки в кадрах, - отмахнулся спокойно император.
– Твоей вины здесь нет. Но, так или иначе, нам придётся подготовиться. Мне кажется, что в скором времени Романовы нам ответят. Но мы их опередим… - загадочно ухмыльнулся Эдгар.

– К чему клонит ваше величество?
– приподняв одну бровь, поинтересовался граф, чувствуя неладное.

– Поступим, как предложили те двое, - злорадно хмыкнул Ланкастер.
– Приведем в исполнение план той девчонки.

От услышанного глаза Карлайла полезли на лоб, а сам он словно ужаленный подскочил со своего места, не в силах поверить в услышанное.

– Ваше величество, но так нельзя!
– с лёгкой паникой и тревогой торопливо заговорил лорд.
– Это же полнейшее безумие. Будет огромное количество жертв. Просто запредельное. Вы готовы пойти на такое сумасшествие? Даже для меня это бесчеловечно.

– Порой для великой победы приходится идти на великие жертвы. К тому же разве в этом будем виноваты мы?
– расплылся в надменной улыбке правитель, глядя на ошеломлённого Карлайла.
– Лишь один человек способен на такое. И его имя знает весь мир. Именно он ответит за все катастрофы. Уведомь наших пришлых друзей. Скажи им, чтобы приступали к исполнению как можно скорее. Боюсь, в скором времени у Владимира не окажется на нас времени. Мы же продолжим исполнять задуманное, пока Романовы будут разбираться со всеми последствиями своего любимчика. Не делай такое ранимое лицо, Рой, - с угрозой в голосе отчеканил император, а его аура резко скакнула к своему пику, создавая запредельное давление.
– Нам нельзя останавливаться на полпути…

Второе кольцо. Царицын.

Резиденция рода Лазаревых.

Кабинет главы рода.

Два дня спустя…

После случившегося в столице одно я осознал точно. Прежде чем приступать к исполнению всего задуманного, девчата и самые близкие мне люди просто обязаны обо всём знать. Ведь всё случившееся произошло по моей и только моей вине. Каким бы подлецом и уродом я ни был, даже для меня подобное слишком. Поэтому выход только один. И я готов принять последствия. Любые. Даже если после всего увиденного и услышанного меня возненавидят. К тому же времени, как понимаю, уже в обрез.

Рита, Вадим, Лёня, Алиша, Куня, Вика, Лира, Хельга. И последним, всем на удивление и на изумление своей сестры явился Ростислав. Прибыл инкогнито и добровольно без Морозовой и Голициной, когда я поведал ему о своих планах. Лишь он знал большую часть правды. Странная и в то же время невероятно разношерстная компания. Наверное, для многих подобное зрелище выглядело полнейшей необъяснимой дикостью, но, похоже, не для всех собравшихся.

– Брат?
– с лёгкой растерянностью отозвалась Виктория, искоса поглядывая на меня, когда все приветственные расшаркивания подошли к концу.

– Ты разве не рада меня видеть?
– ухмыльнулся Романов, вальяжно приземляя свой зад между родственницей и Прасковьей.
– Сестра, это ранит моё сердце.

– Вика, это я его позвал. Можешь быть спокойна. Мне пришлось ему всё рассказать.

– Ты… всё рассказал?
– с паникой в голосе шокировано прошептала та.
– Неужели…

– Захар, дорогой, - с заметной тревогой прошептала Алина, чувствуя неладное и между делом переглядываясь с остальными не менее напряженными присутствующими.
– Объяснись, будь добр. Зачем ты нас всех здесь собрал? Это из-за случившегося в Москве?

Бездна, и почему мне так тяжело? Хоть волком вой на луну. Почему всё обернулось именно так?..

После слов Алиши в горле образовался предательский горький ком, но пересилив себя я неспешно начал говорить:

– Сейчас я поведаю вам историю. Правдивую историю об одном… существе. Он был любящим сыном, заботливым братом, защитником своих сородичей, а после под напором всех обстоятельств превратился в жалкого убийцу, мстителя и искупителя. Вам он может показаться ужасным, мерзким, невыносимым. И я пойму, если вы подумаете именно так. И приму любой ваш выбор. Особенно ваш, девчата…

– Захар, что случилось?
– вдруг тихо прошептала Прасковья дрожащим голосом.
– Не пугай нас так.

– Куня, будь моя воля и всё осталось бы как прежде, но сейчас, увы, это невозможно, - после моих слов напряжение резко скакнуло к своему пику, но, невзирая на весь вал различных эмоций, пришлось продолжить: - Существо, о котором я вам сейчас расскажу и покажу зовут Зеантар Ар-Ир Ор'Реанон. И он последний в своём роде реанорец…

Пространственные потоки Реанора… Эфир эспаса… Искажение миражей…

И по мановению руки под ошеломленными взглядами всех наблюдающих, прямо посреди кабинета друг за другом каскадом замерцали кадры яркой пространственной проекции. Проекция, коей являлась моя прошлая жизнь. От начала и до её конца.

– И это существо - я…

И небольшое дополнение, уважаемые читатели. В угоду сюжета, автор вынужден изменить кое-какие временные рамки, а точнее продолжительность нахождения Пала на должности хранителя. Ранее в тексте упоминались 200 лет. Сейчас они изменены до 30 лет. Само собой, в тексте также всё будет исправлено.

Я не использовал реанорскую эмпатию. Потому как не хотел. Не хотел и впервые в жизни боялся ощутить те самые жуткие эмоции. Я даже не в силах был встретиться с кем-либо глазами. Просто боялся и ждал, отвернувшись спиной к остальным и уперев взгляд в одну точку. В дальний угол кабинета. Словно преступник, шагающий к эшафоту на гильотину, окровавленное лезвие которой поблескивало в лучах закатного солнца. А проекция в это время, что была с самого начала завязана на моё сознание и вместилище эфира показывала всё. От начала и до конца.