Чтение онлайн

— Да — поддакиваю ей я. Нам надо идти быстрей, и я тороплю ее, тяну за собой.

— И ты. Ты просто невероятен. Я тебя люблю. Да. Точно. Люблю и все тут. Плевать мне на все, я — бессмертна! Я живу здесь и сейчас. — говорит Натсуми и я гадаю — не стоит ли взвалить ее на плечи, может так быстрее будет? Тут же отметаю эту мысль, я и сам еле иду, чего уж тут.

— А Бьянка — просто невероятна. Она умна… слишком умна. Ты видел, как она стреляет? А это пулемет… я бы не удержала его… а она одной очередью всех сразу… ну и что, что она… она же из лучших побуждений. Интересный факт, Кента-кун, а ты знаешь, что… хотя нет, лучше я промолчу.

— Действительно. — мы выходим за дверь. Теперь осталось пересечь парковку, фургон стоит в десятке метров и надо только дойти до… взвизгивает сирена и глаза режут красно-синие проблески, фары ослепляют, и я невольно поднимаю вверх руку, прикрываясь ладонью.

— Всем стоять на месте! Полицейский департамент Сейтеки! — гремит знакомый голос через встроенный мегафон, я прищуриваюсь, глаза привыкают к свету и… да, первым на стрельбу прибыл полицейский патруль за номером сорок два, стажер Морико-сан и Таро Оя-сан, известная в квартале как «Оя Три Проповеди». Двери у их патрульного автомобиля открыты, девушки стоят за ними, прикрывая корпус и выставив свои револьверы в промежуток между дверью и автомобилем. Уверенно так стоят, держат нас в прицеле.

— О черт. — говорю я: — Только этого не хватало.

— Руки вверх! — требует Оя Три Проповеди в свой мегафон: — Поднимите руки вверх и становитесь на колени!

— Это какая-то ошибка! — повышаю голос я: — У меня раненая девушка, ей надо в больницу!

— Поднимите руки вверх и становитесь на колени! — настаивает Оя Три Проповеди и у меня в голове вспышками возникают картинки ее обнаженного тела, ее закушенной губы, звучит в ушах ее голос, призывающий не останавливаться и зовущий меня по имени. Жизнь бывает иронична. Быстро просчитываю варианты. Сделать вид что сдался, а потом напасть на Ою и Морико? Дать команду Шизуке, которая прячется где-то в темноте? И как прореагирует Бьянка, которая тоже в темноте со своим пулеметом?

Я медленно поднимаю руки. Что бы то ни было, но заставлять нервничать полицейского с пистолетом, направленным в твою сторону — дурацкая идея. Сила полицейского не в его синей форме и не в смешном револьвере, его сила — в государстве, стоящем у него за спиной. А сейчас у меня нет возможности скрыться… да и у каждой из них есть нагрудные камеры, а также камеры в автомобиле. Здравствуй Большой Брат, который всегда следит за тобой.

— На колени! — настаивает Оя Три Проповеди, очевидно все еще не узнавая меня. Ее подружка — уже делает шаг из-за двери, сейчас мы опустимся на колени, она подойдет к нам и завернет нам руки за спину, наградив металлическими браслетами от имени полицейского департамента города. Интересно, они так же легко снимаются, как и наручники из моей прошлой жизни? Я опускаюсь на колени, рядом со мной, прикусив губу — становится на коленки Натсуми.

— И… — Морико-сан делает шаг к нам, ее глаза округляются, она узнает меня и даже открывает рот, но не успевает ничего сказать, как гремят выстрелы, и она падает на землю, хватаясь за бок и перекатываясь по бетону. Я толкаю Натсуми в сторону и падаю сам, сверху.

— БАНГ! БАНГ! БАНГ! — звучат выстрелы, Оя Три Проповеди приседает за дверцей своего автомобиля и стреляет в ответ. Какого черта тут творится и кто эти вновь прибывшие? Стрелять по офицеру полиции при исполнении — это серьезная заявка на суицид. В этой стране такого не прощают и даже самые матерые якудза никогда не позволяют себе такой роскоши.

— Ты как? — кричу на ухо Натсуми, она ошалело кивает и что-то говорит в ответ, но я не слышу. Выстрелы гремят не прекращаясь, я поднимаю голову и наконец определяю — откуда. Два автомобиля на краю парковки, огонь ведется прямо оттуда, из окон. Потому-то мы еще живы, неудобно из окна ствол вниз наклонять, они стреляют по патрульной машине…

Я отползаю в сторону, под укрытие бетонного блока, ограждающего парковку, тащу за собой Натсуми, за нами остается кровавый след. Ее задело? Или… ага, это меня задело, но ничего серьезного. И у нее коленки в кровь, тоже ясно.

Выстрелы продолжают греметь, офицер полиции Оя вскрикивает и падает вниз, плотность огня слишком велика, да и мощность оружия у той стороны не позволяет стоять, укрывшись за тонкой дверцей патрульного электромобиля. Экологически чистый транспорт из переработанных материалов, да.

— Сволочи! — раздается крик и на сцене появляются новые участники спектакля. Господин Широ и его гориллы. Они ведут огонь на подавление, у них нет штурмовых винтовок, но все равно несколько пистолетов в умелых руках — заставляют наступающих сделать паузу и даже откатиться назад. Один из людей Широ тут же метнулся к патрульному кару и наклонился над упавшей Оей. Слава богу, ей окажут помощь. Выстрелы продолжают греметь и на парковку заезжает еще один автомобиль. Оттуда высыпают новые гражданские с оружием и занимают позиции, начиная теснить людей Широ. Конечно, сам Широ-сан и двое с ним, да парочка пистолетов у них, надо полагать что они не ожидали тут штурмовую группу встретить. Люди Широ отступают, один из них тащит на себе Ою-сан, они отстреливаются и отступают к бетонным блокам, укрываясь за ними.

— Эй! — окликаю я того, что тащит Ою: — Сюда! Тут безопасно! — он укрывается за соседним блоком и случайная пуля высекает искры из бетонного покрытия за его спиной.

— А. Это ты. — ворчит старый детектив, срывая с себя пиджак и разрывая рубашку на полосы, стремительно перематывая руку Ое Три Проповеди: — Позови дьявола… А ты что здесь делаешь?

— Стараюсь не умереть — пожимаю я плечами.

— Эти уроды ранили мою дочь — упрямо выпячивает челюсть вперед детектив: — кто это такие вообще?

— Общество Высшей Истины — говорю я: — Оя-сан ваша дочь?! Я не знал.

— Теперь будешь знать. — он быстро выглядывает и тут же прячет голову. Выстрелы затихают.

— Мне зовут Натсуми, я одноклассница Кенты-куна, очень приятно! — говорит Натсуми: — Как у Ои-сан дела? Она серьезно ранена?

— Царапина! — Оя Три Проповеди наконец вырывается из рук своего отца и сверлит его взглядом: — Я просто поскользнулась! Кента-кун! Это ты! Как… неожиданно!

— Ты знаешь этого мелкого засранца? — хмурится детектив: — Откуда?

— Ээ… — говорит Оя и … краснеет! У нее кровь из плеча течет, она ранена, в нас стреляют и еще ничего не закончено, а она — краснеет! Неисповедимы вы пути женской души…

— Что?! — ревет старый детектив: — да я сейчас ему голову откручу!

— Пожалуйста не надо! — хватает его за руки Оя: — Это было давно! Это… по пьяной лавочке! Морико-тян меня напоила!

— Конечно! — отзывается слабым голосом Морико из-за соседнего бетонного блока: — Конечно, подставляй Морико, Морико все равно на свою репутацию. Хотя нас скорее всего сейчас убьют, но я с твоим папой подружиться хотела вообще-то! Привет, Кента-кун!

— Привет! — кричу я: — как вы там, Морико-сан?

— Хреново! — откликается она: — У меня патронов шесть штук осталось и дырка в ноге. Минут пятнадцать еще продержусь, а потом все. Передай моей маме что я ее люблю.

— Вы там! — гремит голос: — Отдавайте Кисимото Минами и канистры с веществом и останетесь жить!

— Ты! — выкрикивает старый детектив: — Да как ты посмел вообще?! Свои грязные лапы к моей дочурке! А ты! Как ты могла?! Он же извращенец малолетний! Ты вообще видела сколько у него баб? Он и сейчас там с какой-то!