Чтение онлайн

На всякий случай я отчётливо повторила кодовую фразу. Олег вопросительно взглянул на меня, однако промолчал.

Ни через минуту, ни через две ответа я не получила. Моя тревога начала перерастать в панику. Я схватила телефон и набрала номер отца. После короткой паузы на дисплее высветилось: «Абонент недоступен». Такое сообщение означало, что сеть не может связаться с вызываемым номером – то ли телефон отключён, то ли сломан. Я повторила попытку, и ещё раз, и ещё – всё с тем же результатом. Я позвонила Анн-Мари – такой же ответ.

О боже, боже, боже!..

Паника перешла в ужас. Я в отчаянии заметалась по комнате. До Олега наконец дошло, что я вовсе не собираюсь с мыслями, а скорее делаю нечто противоположное. Он решительно подступил ко мне и крепко схватил меня за плечи.

– Что с тобой, Рейчел? Ты вся дрожишь. Успокойся, не паникуй. Ты звонила отцу и матери?

– Да. Они не отвечают. Их телефоны не отвечают. Я не знаю, что… – Тут меня озарило. – Придумала! Сейчас…

Я снова схватила аппарат и набрала номер. Уже после третьего гудка послышался голос Валько:

– Да?

– Это я. Узнал?

– Ты?! – изумился он. – Господи, как ты могла…

– Прекрати, сейчас не до этого. Приезжай ко мне. Немедленно.

– К тебе домой? – уточнил Валько.

– Да, прямо сюда.

– Хорошо, еду. – По моему голосу он понял, что случились нечто из ряда вон выходящее. – Буду минут через двадцать.

– Поспеши, пожалуйста, – взмолилась я.

– Уже спешу.

Закончив разговор, я почувствовала некоторое облегчение. Скоро здесь будет Валько, он во всём разберётся. Обязательно разберётся. И найдёт способ связаться с отцом…

– Кому ты звонила? – спросил Олег.

– Одному другу. Он нам поможет.

– Кто он?

– Его зовут Валько.

– Это фамилия или сокращённое от «Валентин»?

– Вообще-то фамилия, но здесь его действительно зовут Валентином.

– Здесь? Как это понимать?

Я обняла Олега и положила голову ему на плечо.

– Сейчас объясню, – сказала я, напрочь игнорируя предостерегающий шёпот психоблока. – Всё объясню. Прежде всего, меня зовут не Рейчел, а Рашель…

Как всегда, Валько был сама рассудительность.

– А ты не сообразила позвонить Кузнецову? – спросил он, выслушав мой сбивчивый рассказ.

– Сообразила. Но я не знаю его личного номера.

– Дурочка ты! А справочные зачем существуют? – Он шагнул к встроенному в стену гостиной бытовому терминалу и вызвал объединённую базу данных всех телефонных компаний Новороссии. – Кузнецов сейчас наша единственная ниточка. К твоему сведению, мой аварийный передатчик тоже молчит… Опля!

– Что такое?

– Здесь указан только номер домашнего видеофона. С его женой то же самое.

– У нас добрая половина населения не регистрирует свои персональные телефоны, – произнёс Олег, до того сидевший тихо как мышка. Моя история подействовала на него ещё более ошеломляюще, чем инцидент с Аней Кореевой и Сашей Киселёвым. А окончательно его сразило известие, что мне девятнадцать лет и я офицер космического флота… – Это традиция, произросшая из боязни, что твои разговоры могут подслушивать. – Он фыркнул: – Какая наивность! Если охранке понадобится, она вычислит любой телефон, зарегистрированный или нет.

– Очень скверно… – Валько почесал затылок. – Было бы неплохо связаться с его дочерью, но в памяти видеофона её номера нет. И записи всех разговоров стёрты. Они автоматически удаляются ежедневно, в три часа ночи. Обычная практика. А поискать в базе данных… Как зовут дочь Кузнецова?

– Елена. Но её фамилии я не знаю. Вряд ли она живёт под своей девичьей, на Новороссии для замужних женщин это не принято.

– Тогда глухой номер, – резюмировал Валько. – В Верхнем Новгороде проживает около двадцати миллионов человек, и среди них тьма тьмущая Елен Руслановных. Слишком распространённые имена. – Он отошёл от терминала. – Я так понимаю, что у Эстер должны быть резервные каналы связи с нашей разведкой. Попытаюсь вызвать помощь через неё. Но мне нужен профессиональный компьютер.

– Наверху, в моей комнате, – сказала я. – Пойдём.

– Нет, ты останешься здесь. Присматривай за пленниками.

– Да, ты прав. Тогда поднимайся по лестнице, вторая дверь слева. Только не вздумай рыться в моём белье.

Уже направляясь к двери, Валько ухмыльнулся:

– К тебе возвращается чувство юмора. Это хороший знак.

Он отсутствовал не более пяти минут. За это время мы с Олегом не произнесли ни слова и избегали встречаться взглядами. Мы оба чувствовали себя неловко – мне было стыдно, что я целый месяц водила его за нос, хоть и не по своей воле, а он, похоже, робел передо мной.

Наконец из холла донёсся быстрый топот ног, и в гостиную ворвался Валько – бледный как покойник, с лихорадочно сверкающими глазами.

– В чём дело? – всполошилась я. – Что стряслось? Ты связался с Эстер?

– Нет. Сейчас это… нежелательно. Её лучше не втягивать. Я кое-что обнаружил. Такое…

– Ну, что же?

– Я подключился через твой терминал к компьютеру твоего отца. И посмотрел, чем он занимался перед уходом. Теперь я всё понял.

Снедаемая нетерпением, я схватила его за грудки и хорошенько встряхнула.

– Так что же ты понял?!

– Эти ребята, – Валько указал на мирно спящих рядышком Аню и Сашу, – никакие не доморощенные подпольщики. Твой отец проанализировал досье всех пятерых – Кореевой, Киселёва, Иванова, Компактова и Ворушинского – и выявил в их биографиях одну общую черту. Короче говоря, они агенты извне, внедрённые на Новороссию три года назад.

Олег потрясённо ахнул. А я почему-то сразу успокоилось. От этой новости ситуация не стала лучше, но во всяком случае прояснилась.

– Они не пятидесятники, – сказала я.

– Конечно, нет. Они люди. Другой вопрос – откуда они, кого представляют и какие цели преследуют.

– Сейчас мы это выясним. Сейчас мы всё выясним. Обождите минутку.

Я выбежала из комнаты, быстро поднялась на второй этаж, вошла в спальню отца и Анн-Мари, а оттуда – в ванную. Порывшись в аптечке, я вскоре нашла упаковку инъекционных ампул с надписью: «Диметилатропина гидрохлорид». Не самый лучший препарат, зато весьма эффективный, который напрочь лишал человека воли и способности сопротивляться. Я не ошиблась в Анн-Мари – она оказалась достаточно предусмотрительной и на всякий пожарный обзавелась средством для «развязывания языка». Ещё я прихватила из аптечки синергин, после чего вернулась в гостиную.