Чтение онлайн

Уже на следующий день, в среду, три девочки получили официальное приглашение Двора занять должность фрейлин принцессы Натальи. Среди них оказалась и Эстер, а две другие избранницы были родом с Аррана и Эсперансы. Большинство обозревателей истолковали такой выбор, как символический жест доброй воли по отношению к переселенцам, свидетельство того, что верховная власть Новороссии признаёт их полноправными гражданами планеты.

Собственно, так оно и было. Как поведала мне Рашель со слов Олега Рахманова, Павел просто подкинул эту идею сестре, та сразу ухватилась за неё, а со стороны родителей никаких возражений не последовало. Остальное было уже делом техники. Вездесущий Сергей Иванов по прозвищу Вейдер позаботился о том, чтобы интернат Эстер попал в список тех, которые должна была посетить принцесса, а дальше всё случилось само собой, и Павлу даже не пришлось вмешиваться, чтобы склонить сестру к нужному решению. Внешность Эстер, её общительность и острый ум произвели на цесаревну благоприятное впечатление, и она сама, без подсказки брата, остановила на ней свой выбор.

А уже в четверг начались осторожные контакты цесаревича с нашей разведкой. Как мы и предполагали, он сразу дал понять, что не намерен танцевать под нашу дудку, а согласен сотрудничать лишь на равных. Чувствуя за собой внушительную поддержку в лице молодёжной организации, ухитрившейся опутать своими сетями всю Новороссию и даже установившей контроль над царской охранкой, Павел вполне мог позволить себе диктовать нам свои условия, а у нас не оставалось другого выхода, как признать за ним это право. Помимо него, нам больше не на кого было делать ставку – он был единственным сыном царя, сам государь, его отец, на поверку оказался слабым, безвольным человеком, вконец запуганным чужаками, а дядя и того хуже – вовсю лоббировал интересы могущественной финансово-промышленной группы, которая с потрохами продалась альвам. Рассчитывать же на то, что народ, веками привыкший жить под царской властью, с воодушевлением воспримет свержение монархии, было бы по меньшей мере наивно.

Время шло своим чередом. Переговоры нашего командования с принцем Павлом продвигались успешно, а его соратники, судя по их поведению, ни о чём не догадывались. Они поверили, что цесаревич влюбился в Эстер, и, надо сказать, имели для этого все основания, поскольку между молодыми людьми действительно завязался роман, слухи о котором быстро проникли за пределы дворца и вскоре облетели всю планету. В большинстве своём народ отнёсся к ним со спокойным пониманием и лёгкой иронией – в свои неполные восемнадцать Павел уже прослыл весьма любвеобильным юношей, а его страсть к рыжеволосым девушкам была общеизвестна. Правда, некоторые особо правоверные или истово православные граждане Новороссии выказывали неудовольствие тем, что новой пассией их наследного принца стала еврейка, но таковых, к счастью, было совсем немного.

А у Рашели на сей счёт сложилось вполне определённое мнение, которое она не замедлила сообщить мне, как только ей стало известно об отношениях между Павлом и Эстер.

– Адмирал Дюбарри чёртов сводник! – сказала дочь. – Он с самого начала планировал это. Только не говори, что ты ничего не знал. Конечно, знал. Ещё бы – такое великолепное прикрытие! А на чувства бедняжки Эстер всем наплевать.

– Но, солнышко, – смущённо возразил я, – ведь никто её не принуждал. Она сама, по собственной инициативе…

– Нет, по велению долга! Она не дурочка, она сразу поняла, что от неё требуется.

– Почему ты так думаешь? А вдруг Эстер влюбилась в него? Вот ты… – Я на секунду замялся. – Тебе же нравится Олег Рахманов. Нравится не потому, что тебе поручили работать с ним, а просто нравится. И ты проводишь с ним много времени вовсе не по велению долга.

– Ну, допустим. – Рашель дерзко посмотрела мне в глаза. – Но я не спешу заваливаться с ним в постель. Или заниматься этим в любом другом месте. Хотя кое-кто, не буду называть имена, настойчиво советовал мне быть более уступчивой.

Дочка вышла из комнаты, громко хлопнув дверью. Мне не составило труда догадаться, кем был упомянутый Рашелью «кое-кто», и я твёрдо постановил надрать этому наглому мальчишке уши. После выполнения задания, конечно, когда он уже не будет моим подчинённым…

А на исходе пятой недели нашего пребывания на Новороссии мне стало известно, что на планету вернулся альв Григорий Шелестов.

Наша встреча состоялась там же, где и в предыдущий раз. Альв посадил свой двухместный флайер на пустынную стоянку возле безлюдной аллеи, я забрался в салон с правой стороны и сел в свободное пассажирское кресло. Мы поздоровались.

– Я выяснил, о чём ты просил, Стефан, – сразу перешёл к делу Шелестов. – Ваши руководители были правы: мы не изобретали кварковых бомб, а получили их от людей.

В его голосе прозвучали странные нотки – то ли облегчения от того, что всё обошлось, то ли сожаления, что альвы оказались неспособными повторить наше открытие. Скорее всего, и того и другого было поровну.

– Ты сказал «бомбы», – произнёс я. – Это значит, что вам дали уже готовое оружие, а не технологию?

– Совершенно верно, – подтвердил мой собеседник. – Три полностью смонтированных устройства с подробной инструкцией их применения. Одно из них было испытано в шаровом скоплении IC 4499. Второе наши попытались разобрать, чтобы изучить его конструкцию. Нас, конечно, предупредили, что этого делать нельзя, поставили в известность, что в таком случае бомба взорвётся, но наше правительство решило рискнуть. В результате произошёл термоядерный взрыв, мы потеряли весь персонал временной исследовательской базы – несколько десятков высококлассных учёных и инженеров, а также около двух тысяч технических работников и военных.

– Где это произошло?

– В одной из изолированных от Галактической Спирали систем. Двойная звезда без собственного названия, только с каталожным номером. Я не могу продиктовать его по памяти, но у меня всё записано. – С этими словами альв похлопал по своему нагрудному карману, однако ничего оттуда не достал. – Судьба последней бомбы вам хорошо известна. Для полноты картины добавлю, что её сбросил на солнце Джейханны флот-надполковник Жорже Перейра Душ Сантуш, теперь уже генерал-капитан третьего ранга, Герой Альвийской Федерации.

– От кого вы получили запалы? Когда это произошло?

– Четырнадцать стандартных месяцев назад. А точнее, двадцать пятого июля прошлого года. За несколько дней перед тем в систему Бетельгейзе прорвался один из ваших разведчиков и передал зашифрованное нашим секретным правительственным кодом сообщение. Его текст у меня тоже есть. – Опять хлопок ладонью по нагрудному карману. – В нём говорилось, что определённые люди готовы предоставить альвам тайную помощь в войне против габбаров. Именно так было сформулировано: «определённые люди». Если мы согласны, нам предлагали встретиться в локальном пространстве 371-ой Лиры для передачи оружия. Наше командование решило, что это какой-то подвох, но всё же направило к назначенному месту встречи две хорошо оснащённые бригады. Одна из них вошла в указанную систему, а вторая расположилась в дром-зоне соседней звезды, готовая в любой момент совершить переход по каналу первого рода. Когда появился ваш корабль – он шёл без позывных, и на нём не было никакой бортовой маркировки – наши попытались захватить его. В ответ он открыл шквальный огонь из электромагнитных пушек и за каких-нибудь четверть часа уничтожил почти всю бригаду.

– Из электромагнитных пушек?! – изумился я. – Но они же годятся только против катеров и лёгких, слабо защищённых истребителей.

– Только не те, которыми был вооружён ваш корабль. Они генерировали ЭМИ [52] такой небывалой мощности, что его не выдерживала никакая защита. Мгновенно выходила из строя вся бортовая электроника, экипажи гибли от интенсивного воздействия ультракоротких волн, а чуть позже взрывались двигатели. Один человеческий корабль, и не какой-то там линкор или боевая станция, а обычный лёгкий крейсер, не особо напрягаясь, разделал под орех целую бригаду. Если честно, я не понимаю, почему вы, обладая таким оружием, до сих пор не освободили Новороссию и другие свои планеты.

«Я тоже не понимаю», – подумал я, ошарашенный услышанным. Но вслух ничего не сказал.

– Потом в систему прибыла наша резервная бригада, – продолжал Шелестов. – Её командующий оказался здравомыслящим альвом. Ознакомившись с обстановкой, он не стал рваться в бой, а предпочёл начать переговоры. Ваши предупредили, чтобы мы не приближались к ним, выгрузили три контейнера, а потом ушли через канал второго рода. Командир бригады послал вслед за ними три скоростных корвета – чтобы узнать, куда они направились. Однако вашему крейсеру запросто удалось оторваться от слежки. Ну, а в тех контейнерах, как ты уже сам догадался, находились ракеты с кварковыми боеголовками. То есть, со странглетными запалами.