Чтение онлайн

Послы встали и откланялись. Гратидиан решил попрощаться сидя — хоть что-то он выиграет, хоть эту малость. Пусть гном встречает его поклоны сидя, но уж эльфам-то он ничем не обязан!

Когда тяжелая дверь за послами с грохотом захлопнулась, Грабедор вдруг потянулся и зевнул. Обстановка сразу перестала быть официальной.

— Эльфы нагоняют тоску, — пояснил король-под-горой. — Брат Гратидиан, ты мудро согласился, не стал спорить, хотя у тебя есть много вопросов, верно?

Гратидиан кивнул.

— Слепнег сказал, что мои слова придутся тебе не по душе, а Слепнег никогда не ошибается. Однако ты смолчал, это добрый знак. Стало быть, ты понимаешь, что решение принято, и твои слова не изменят его… Мы выступим в поход, верно, но вовсе не там, куда зовут нас эльфы и вовсе не там, где нас поджидают люди. Твои землю на юге будут по-прежнему защищать мои воины. Не думай о Геве, думай о походе на земли империи. Мы ударим там, где нас не ждут, но для этого потребуется твоя помощь.

— Я слушаю, ваше величество, — покорно пробормотал Гратидиан.

Наутро, когда Гедор спустился к завтраку, его поджидала делегация городского Совета — почтенные старшины цехов. Хозяйка «Золотой бочки» тут же присоединилась к толпе, в руках у нее был туго набитый кожаный мешочек. За ночь она, похоже, глаз не сомкнула, переживала за мужа. Выглядела кабатчица очень жалко, осунувшаяся, с темными кругами под глазами. Волосы неряшливо убраны под платок. Зато члены Совета принарядились в старомодные камзолы с начищенными медными пуговицами и аккуратно расчесали бороды.

Возглавляющий синдиков седой старик с тонкой серебряной цепочкой на груди, пыхтя и хмурясь, изрек:

— Вот что, мастер. Дело тут такое… насчет суда. Суд, стало быть, нынче.

Мясник спокойно глядел на старшину, и взгляд произвел обычное воздействие, старик, вместо того, чтобы собраться с мыслями, окончательно смутился. Тогда встряла хозяйка:

— Чего долго толковать? Я этому мастеру доверяю, вот и весь сказ!

Тетка так разволновалась, что готова была уже брякнуть мешок с монетами на стол у всех на глазах. Селезень ловко перехватил руку кабатчицы и покачал головой.

— Негоже так, при всех-то… Может, к нам поднимемся? Переговорим спокойно.

В самом деле, в трапезной нынче было людно. Даже из людей сенешаля двое сидели за столом у двери. Зашли позавтракать.

Старик с хозяйкой «Золотой бочки» и тремя городскими старшинами удалились наверх. Торчок прошел следом, но остался на лестнице — так, чтобы видеть коридор и двери жилых комнат. Гедор с женой спокойно сели завтракать. Недавно нанятая взамен арестантов прислужница (скорее всего, родственница одного из прежних работников) принесла яичницу, сало, кувшин местного легкого вина. Мясник с Делой приступили к трапезе, всем своим видом демонстрируя спокойную уверенность. Серебро Селезень пересчитывал довольно долго, не меньше двадцати минут. Наконец Торчок тихонько свистнул, извещая Гедора. На лестнице показались все, кто участвовал в передаче денег.

Селезень шел последним. Садясь за стол, он похлопал себя по животу, где под одеждой спрятал монеты, тайник отозвался тихим звоном.

Гедор поглядел на старика, тот кивнул: «Порядок!» — и приступил к завтраку. Торчок уже вовсю уплетал остывшую яичницу, запивая вином. Делегаты городского Совета остановились перед столом. Им снова не хватало слов.

— Ступайте, почтенные мастера, с миром, — напутствовал их Гедор, — и молите Светлого, чтобы его милости сенешалю мудрости ниспослал. Нынче ему предстоит виновного назвать. Все теперь в руках гилфинговых.

Селезень снова похлопал себя по животу и ободряюще улыбнулся синдикам. В компании приезжих он разыгрывал добряка.

После завтрака Гедор со всей компанией отправился навестить сенешаля. Они обогнули базарную площадь, чтобы не пробираться среди торговцев и покупателей. Издали была видна суета в ратуше — здание готовили к церемонии суда. Стайка ребятишек увязалась следом, но Торчок состроил зверское лицо и погрозил кулаком. Мальцов тут же будто ветром сдуло, а Мясник повел своих к господскому дому. Селезень нынче шел первым, так, чтобы Гедор постоянно его видел.

Перед отелем ок-Дрейса прохаживались стражники, ради торжественной церемонии они нарядились в плащи с гербами поверх курток толстой кожи с медными бляхами и вооружились копьями. Гедор обогнал Селезня, при этом старик очень ловко извлек из-под одежды тяжелый мешочек и передал атаману. Мясник направился прямо к двери, а Дела с подручными осталась ждать поодаль.

Стражники преградили дорогу пришельцу, напустив на себя важный вид. Под взглядом Мясника, впрочем, спесь с них тут же слетела, тем старательней они нахмурились.

— Я к его милости, — спокойно произнес гость, — господин сенешаль меня ждет. Скажите, вчерашний купец пришел, Гедор мое имя.

Стражники переглянулись, тот, что постарше кивнул — второй поплелся в дом. Минутой позже показался на крыльце и поманил Мясника:

— Эй, мастер, идем-ка. Велит привести тебя господин сенешаль.

Гедор прошел за солдатом внутрь. Сенешаль как раз заканчивал завтрак. Он был хмур, но при появлении гостя постарался улыбнуться. Нервничал — и скрывал волнение. Блондина не было видно.

— Принес? Ну, давай, — сразу перешел к делу сенешаль.

Гедор, не спеша, приблизился к столу и опустил звякнувший мешок между пустых мисок. Пока сенешаль, стараясь не шуметь, пересчитывал монеты, Мясник не шелохнулся и не издал ни звука.

Гедор вышел из отеля и неторопливо двинулся к спутникам.

— Ну, как? — осведомилась Дела.

— Обычно. Идем, что ли, в «Золотую бочку», вина закажем… Неохота нынче гулять.

День в самом деле выдался пасмурный, неприветливый. Солнца не было, небо хмурилось, но снег на крышах медленно таял, отовсюду доносились звуки капели, где-то среди проседающих сугробов журчал невидимый ручеек… Утоптанный снег на улицах казался плотным и крепким, однако нога то и дело проваливалась в рыхлое месиво. Подошва с чавканьем уходила в сырость.

— Сложно это все, — заявил Селезень. — Странно мне. И еще неизвестно, чем все закончится.

— Ничего, — заверил Гедор. — Закончится как надо. Лишь бы сенешаль не подвел. Но он, вроде, ничего, нормальный. Сам боится.

— А если обманет? — встрял в беседу Торчок.

— Значит, обманет.

— Нет, ну что тогда? Не оставят ли нас крайними?

— А что было делать? — поддержала мужа Дела. — Брать с собой одного из этих стариков в дурацких кафтанах? Чтобы проследил, куда серебро ушло? Гед все правильно сделал, при городских сенешаль бы не решился.