Чтение онлайн

– Что у вас самое крепкое?
– Я устроилась на высоком табурете, бросила сумку на соседний и посмотрела на выставленные бутылки.

– Мм, - промычал бармен.

– Сначала захлопни пасть, а потом говори!
– рявкнула я, и это возымело действие.

Орк рот закрыл, с полминуты пялился на меня, только потом спросил:

– Чего изволите, госпожа?
– Голос у бармены хриплый, сипящий.

– Самого крепкого напитка и побольше, - потребовала я, мысленно достала серебряную монетку и бросила ее перед барменом.

– Ром, контрабанда с островов! Крепче не придумаешь, - предложил орк, резво пряча деньги.

– Давай.

Бармен поставил передо мной стаканчик и налил коричневый, остро пахнущий ром.

Одним махом опрокинула в рот. Горло обожгло, но как приятно полыхнуло в животе!

– Еще, но тару побольше, - выдохнула я.

Бармен что-то прикинул в уме и наполнил кружку для пива ромом. Бутылка кончилась. Из подсобки вышла орчанка и уставилась на меня.

Я разом отпила полкружки.

– Вы бы закусывали, - посоветовал орк и уже хотел предложить мне какое-то блюдо.

– Закусь градус крадет, - буркнула я, прикладываясь к рому.

Слова были не мои, бармен сразу это понял.

– Вы знакомы с Громом?
– поинтересовался он, с тщательно скрываемым страхом.

– Была, - хмыкнула я и в кружку заметила: - Он больше ни с кем не познакомится.

Бармен услышал, я ведь не таилась, и его жиденькие брови взметнулись вверх.

– Вы его что, того?
– Бармен провел ребром ладони по горлу.

– Он мне не понравился, - усмехнулась я, медленно уносясь куда-то вдаль, кружка опустела.

В голове стало легко и беззаботно, тело почти потеряло вес, мне казалось, что захоти и взлечу без всякой магии. Предметы прорисовались четко, до мельчайших подробностей, скудный свет резал глаза, я старалась не смотреть на свечи.

– Вы всех убиваете, кто вам не нравится?
– осторожно спросил бармен.

– Всех, - кивнула я, отчего бар пошатнулся и перекосился, - или почти всех.

Тут орчанка подошла к нам и шепотом сказала:

– Госпожа, не сочтите за оскорбление, но вам бы стоило одеться.

Я замерла на минуту, соображая, что за слово такое: "Одеться".

Голых людей, гномов, орков и других существ не видел только ленивый или слепой, но кто видел одетого дракона? До меня не сразу дошло, что я не в драконьем виде, а в человеческом, хотя и тут что предосудительного я не понимала.

– Ну нет у меня одежды, что с того?
– раздраженно спросила я.

– Вы, госпожа, обращаете на себя излишнее внимание, - попробовала объяснить орчанка.

Я упрямо мотнула головой, разметав волосы.

– Это не то слово, - помог ей бармен.
– На вас постоянно будут смотреть, будут смеяться, а кто поглупей, попробуют что-нибудь похуже с вами сделать.

– А если оденусь, то все сразу потеряют ко мне интерес, - скривилась я в подобии улыбки.

– Нет, конечно, но многих неприятностей вы избежите...

– Неприятности будут у тех, кто захочет их мне.
– Они меня не убедили.

– Как же вам объяснить, - всплеснула руками орчанка.
– У нас не принято ходить без одежды!

– Это считается неприличным, - поддакнул орк.

Чтобы прекратить ненужный разговор, я порылась в предоставленных стилетом и шпагой новых возможностях и сразу нашла то, что нужно. Два коротких слова, звучащих как полнейшая чепуха, и на мне длинное зеленое платье. Не настоящее, конечно, сплошная иллюзия.

– Как вы это сделали!?
– в один голос вскричали орки.

– Немного магии, - усмехнулась я и вынула из ящика уже горящую сигару.

В их глазах плескался ужас и восхищение. Чем-то эти орки мне понравились, и я мысленно решила не разносить их бар на кирпичики. Поэтому встала, подхватила сумку и, зажав зубами сигару, пошла к выходу, но дойти успела только до середины зала. Три огромных гоблина с дубинами на поясах ввалились в дверь.

– Харафи! Почему у твоих дверей два трупа валяются?
– прорычал один.

– Как будто нам заняться больше нечем!
– с возмущением крикнул другой.

– Итак дел невпроворот, - поддакнул третий и добавил: - Пожары по всей округе!

– Колись, кто этих жмуриков тебе сделал, - грубо оттолкнув меня лапищей, потребовал первый, наверное, главный в этой троице.

– Полегче, черномазый!
– Оскорбилась я на неуважение к своей персоне.

– Это ты кого "черномазым" назвала?
– Гоблин круто развернулся и показал мне устрашающий, по его мнению, оскал.

– Тебя, скотина!
– выкрикнула я прямо в раскрытую пасть с желтыми клыками.

– Да я тебя...
– Угрожающий тон мне противен.

– Сначала зубы почисти!
– гаркнула я и врезала гоблину между черных глаз, череп хрустнул.

Не дожидаясь, когда очухаются его помощники, одному свернула шею, второму коротким ударом остановила сердце. Посетители сидели тихо-тихо, прикидываясь мебелью, ни одна голова не повернулась взглянуть.

– Я же говорила, что убиваю всех, кто мне не нравится.
– Я полуобернулась к бармену и криво усмехнулась.

– Но это церковная стража!
– истерично крикнул он.

– Мне без разницы, - пожала я плечами и покинула бар.

Я шла не зная куда, не было никакой цели, просто спускалась все ниже и ниже по подземным улицам. Хмель быстро выветрился. Встречные граждане почти не обращали на меня внимания, все спешили куда-то, а вот мне спешить было некуда.

Через час я проголодалась. Поймала за шкирку пробегающего мимо кобольда и спросила где тут ближайший трактир.

– Два квартала дальше, - махнул он рукой, болтая ногами в воздухе.

– Спасибо, - кивнула я и отпустила синего малыша, пахло от него неприятно.

Трактир я нашла без затруднений. Выбрала одинокий столик у стены и устроилась за ним. Неопрятный кобольд медленно подошел ко мне и вяло поинтересовался: "Чего изволите?"

– Жареное мясо, ром, хлеб, - как телеграф выдала я заказ и бросила серебряную монету на стол.

Деньги в этом мире исчезали быстро, даже очень. Не успела монетка подскочить второй раз, как ее не стало, а кобольд заспешил на кухню, смешно семеня ногами.