Чтение онлайн

В очередной раз получил подтверждение, что мыться в огненной форме мне строго противопоказано. Пришёл в себя — маны в резерве нет вообще, лежу на асфальте в человеческом облике, метрах в десяти над головой — непонятное облако, от которого веет бешеным жаром. Даже в таком состоянии сумел ощутить чьи-то эмоции. Разбираться в них нет времени, подорвался с земли…

Ну, как подорвался. Попытался, по крайней мере, встать очень быстро. Вышло не лучшим образом, исходящие от меня звуки логично было бы услышать от столетнего старика. Что уж тут поделаешь — отсутствие маны сказывается на организме очень хреновым образом. И то хорошо, что регенерация у меня бешеная. Даже те десятые доли процента, что успели набежать за эти двадцать-тридцать секунд, пока в себя приходил, помогли прийти в себя.

— Да уж, ну и натворили вы делов, — хмыкнул я, оценив произошедшую ситуацию.

Не, «сленедры» выбрали вполне действенный метод борьбы со мной, пусть и сами этого не подозревая. Вот только нашла, как говорится, коса на камень. Если бы я не влил столько маны в своё тело — тупо потух бы и свалился бы на землю, но…

Вместо этого я накрутил настолько бешеную температуру, что довольно длительное время сопротивлялся потокам падающей на меня жидкости. Что происходит, если вода сталкивается с огнём, который не может потушить? Правильно, образуется очень горячий пар, никому не пожелаю под него попасть.

«Слендерам» же не повезло. Я и так падал в их сторону, а тут оказался практически вплотную. Какие бы крепкие тела у них не были — против пара никуда не попрёшь. Оказавшиеся в некоем аналоге пароварки «слендеры» получили бешеные повреждения. Некоторые из них прямо на моих глазах начали на части разваливаться, другие уже погибли, вдохнув раскалённого пара.

Выжило лишь трое врагов, одним из которых до сих пор занимается Тихомиров. Причём и главному «слендеру» не позавидуешь, ему тоже очень сильно досталось.

Повезло, что не стоит вопрос, как добить моих противников. Меч с собой так и не научился носить, зато кинжал почти всегда висит у меня на поясе, я его уже и не ощущаю практически.

Противники пытались сопротивляться, хотели отползти от меня, спрятаться и убежать, но я не оставил им никаких шансов. Подняться и помогать Тихомирову? Зачем, он и так довольно неплохо справляется со своим оппонентом, лишь всё веселье ему уничтожу.

Как-то меня эта Австралия уже утомила. Пора домой. Там жёны, университет, к которому меня постоянно тянет. Поля картошки, которую обязательно надо собрать. Устал, в Хабаровск хочу, в свою комнату и постель. Там и воздух другой, которому сердцу не хватает…

— Чёрт, мог бы быть аккуратнее!.. — недовольно накричал я на Тихомирова, который уронил главного «слендера» в полуметре от меня. А ведь и придавить могло!..

Как бы я не хотел свалить из этого негостеприимного континента первым же рейсом, ничего не получилось. Пришлось полторы недели провести уже в моём городе, чтобы порешать самые основные вопросы.

Во-первых, все мои гусары свалились с полным магическим истощением. Это уже не говоря о том, что каждый из них имел по несколько ранений. С медведями тоже не всё так просто. Звери выложились на полную, вычерпывая энергию чуть ли не из своих душ, поэтому им тоже очень непросто пришлось восстанавливаться.

Ну и не сваливать же отсюда, не завершив ту миссию, ради которой я сюда прибыл. «Слендеры» уничтожили чуть ли не всех магических животных вместе с такими же растениями в радиусе шестидесяти километров от города, поэтому никаких больше проблем для нас не появилось. Достроили дорогу, с помощью местных начали возводить небольшой перерабатывающий заводик, стен натыкали, заклинаний защитных…

Тихомиров, который восстановил свой полный резерв уже на второй день после атаки, решил на некоторое время остаться тут. На следующие сутки он уже свалил из города, решив лично погулять по лесам и прериям, оценив разнообразие местной флоры и фауны.

Уже сидя в самолёте, который переносил нас с гусарами и медведями обратно в Хабаровск, начал анализировать итоги своего похода. Вроде и можно сказать, что за этот срок я получил нереальный профит, приплюсовав к своим владениям городок на двадцать пять тысяч жителей на другом континенте, который целиком и полностью оборудован под добычу редких ингредиентов для алхимии. Не забыл и про заводик, который уран добывать будет, но сказать, что я доволен, нельзя.

Понятно, думаю, из-за чего. Для меня даже гибель одного моего подчинённого — личная боль, я до сих пор своего водителя Юру не забыл. Что уж говорить о смерти шестидесяти семи гусар и семидесяти медведей? Катастрофа, иначе я никак не могу сказать.

Зато выжившие не унывают, что меня довольно сильно удивляет. Да, первые дни были как пришибленные, понимая, насколько близко к смерти оказались, а потом расслабились и вернулись в своё адекватное состояние. То самое, во время которого «подчинённые в глазах начальства имеют вид лихой и придурковатый».

— Служили бы дольше — поняли бы, — пояснил мне один из седовласых ветеранов-сержантов, у которых я-таки решил уточнить этот вопрос. — Мы и так постоянно под смертью ходили, тут ничего не поменялось. Поэтому отношения к Смерти у гусар не такое, как у остальных смертных. Мы её не боимся. Как можно бояться того, кто постоянно рядом с тобой?

Я решил сделать вид, что понял его слова. Сталкивался с подобным в далёкой прошлой жизни, о которой уже практически забыл. Когда люди, постоянно работающие на высоте, вообще переставали задумываться о том, насколько это опасно. Страховка? Ай, мешает, постоянно надо цеплять её за что-то, да и обхватывает неудобно. Каска? Ну какой может быть шанс того, что именно тебе на голову что-нибудь свалится? Даже если и свалилось, то какова вероятность того, что это повторится?

Вот и тут, видимо, свои методы принятия профессионального выгорания. Иначе это не назову, на самом деле. Если им так проще — хорошо, но меня подобное особо не устраивает.

«Моя личная гвардия только появилась, а я уже умудрился больше четверти просрать. Если бы не экипировка и бешеные затраты на медведей — легли бы все, причём куда быстрее».

Из той экипировки, кстати, что нам даже удалось собрать, восстановить выйдет не более десяти комплектов. Уж очень «слендерам» не нравилось, когда им пытаются организованное сопротивление оказывать, поэтому даже целых тел осталось совсем немного…

Ещё и оказалось, что я умудрился забыть про Саида. Нет, он с нами летит обратно, но во время защиты городка я про него и не вспомнил! Лишь потом, когда мы уже начались разбирать, где и кто есть, внезапно в голове прострелила мысль: «А где мой телохранитель?».

Я очень сильно удивился, реально ошарашен был, когда увидел Саида в его же комнате перед экраном компьютера.

— Вы же приказали не выходить никуда до команды. Никаких распоряжений ни от кого не поступало! — он аж вытянулся, когда я спросил, какого же хрена он не принимал участия в сражении.

Что уж тут сказать, оставалось лишь самого себя корить. Именно это я ему и сказал, когда с Тихомировым на вылазку собирались. Гений, чёрт бы меня побрал…

От тяжких мыслей мне помогли избавиться уже на взлётной полосе, когда самолёт приземлился. К нам тут же подъехали знакомые автомобили, внутри которых я увидел несколько приятных моему сердцу аур. Девушки не стали ждать, пока я сам сяду в машину, а выскочили и принялись обнимать меня сразу же, едва я спустился с трапа.