Чтение онлайн

— Предлагаю встретиться где-нибудь после того как закончим с ранеными, — посланник альянса недовольно косился на великого наставника, но говорить ему ничего не стал. — Определимся с дальнейшими планами. Думаю, вам стоит пойти с нами, так быстрее окажетесь в самом центре событий. Уровни набивать перед встречей с хтоном бесполезно, сами потом убедитесь, а награды хорошие.

— Тогда увидимся на площади через два… — я посмотрел на каждого из товарищей и ни один из них не выразил протеста, — часа.

— Долго, — недовольно нахмурился парень. — Первая помощь столько не требует. Может через полчаса?

— Нет. У нас после подземелья куча вопрос появилась и все требуют решения. Два часа это минимум.

— Ладно, — член альянса нахмурился еще больше. Его взгляд смотрел в одну точку, он явно что-то просчитывал. — Отлично. Я найду чем занять своих. Увидимся!

Он ушел не дождавшись ответа.

— Новые силы после первой настоящей опасности… — Макригг показал довольное лицо, отчего предстал в совершенно новом свете. — Награда от высших сил мира, обретение класса. Как же давно я сам через это прошел. Я поеду с вами, посмотрю на эти игры с крупицей силы хтонического чудовища. Мы еще успеем поговорить в дороге.

Великий наставник махнул рукой и Норус Минт с легким поклоном поспешил заняться сборкой столика, стульев и прочих вещей, приготовленных для удобства наблюдения за битвой представителей альянса и членов местной группы тестеров. Видимо, Макригг свои силы тратить не хочет. Может из-за большого расстояния до башни ему сложно восстанавливать ману? Или просто сноб? Размышления об этом прервал хихикающий Первет. Он вертел в руках череп, который не подавал ни малейшего признака жизни.

— Поторопимся, — заговорил Тавур. Его голос приобрел некоторое рычание. — Нам есть что обсудить в приватной обстановке.

Мы с товарищами переглянулись и молча добрались отправились прочь.

Алиса смотрела на лица товарищей Байта. Недовольство, обеспокоенность, веселье, напряжение, предвкушение, задумчивость… каждое выражало нечто своё. Даже странный парень с мечом, у которого лица не было вовсе, выдавал свои эмоции жестами, походкой и покачиваниями головы. Они все хотели добиться каких-то своих целей, но Алисе это было не интересно. Еще перед битвой против огромных животных Дедушка сказал, что нашёл ученика и сам позаботится о репутации школы в игре. Он посоветовал покрепче ухватить свою любовь и добиться победы в этом поединке, вот только…

Алиса не знала, что делать. Сказать Байту, что больше не нужно добиваться победы? Она видела, что он и сам стал стремиться к вершине здесь. Казалось бы, радуйся и помогай парню, но он взял с неё обещание не интересоваться играми. Алиса никогда не забирала своего слова назад. Сёстры ругались на это, говорили, что быть рабами обещаний — удел мужчин.

«Хочешь стать желанной женщиной — научись немного капризничать», — увещевала её одна из матерей.

Капризничать Алиса не умела. Она и говорила-то не слишком много, а отказаться от обещания и вовсе не могла. Будь это просто разговор — никаких сложностей бы не возникло. Вот только Байт завоевал её руку в битве против отца. От этих мыслей к лицу и шее прилила кровь. Алиса быстро взглянула на этого человека, он был погружен в свои мысли. Кажется, Карлайла что-то заметила, но эта женщина вряд ли станет её.

Как только матери дали своё одобрение, а Дедушка — молчаливое согласие, Алиса вспомнила про их с Байтом договорённость. Нарушение слова было бесчестьем. С самого детства она росла в додзё и впитывала учение матерей и Дедушки. Они говорили, что у каждого своя честь. Как только она подросла, поняла, её честь заключена в верности слову. Во время игры было очень сложно не обращать внимания на все необычные, захватывающие, интересные вещи вокруг, но она обещала… и погружалась в процесс игры ровно настолько, насколько говорил этот человек. Алисе хотелось сказать Байту о том, что семья переложила миссию по увеличению популярности школы на самого опытного воина Скрытого мира, а ему не стоит ради неё слишком стараться. Решиться на такой разговор она не смогла.

«Самое слабое и чувствительно место мужчины, Алиса, — говорили матери, — позволит тебе завлечь их, взять под контроль и заставить полюбить себя. Это слово из трёх букв, которое приличная девушка произносить в слух не должна. Скажешь случайно и рискуешь упасть в глазах окружающих на самое дно! Тем не менее, ты должна знать о его существовании, чтобы понять всю глубину искусства соблазнения. Самое чувствительно место мужчины — эго. Проще всего стимулировать эту часть — дать мужчине повод сделать что-то ради тебя. Нестандартное, но в его силах. Стоит аккуратно приласкать, и оно гордо воспрянет, но если перестараешься… придёт к итогу слишком быстро, он будет считать, что усилия того не стоят. Лучше всего построить для него задачу таким образом, чтобы в процессе он угодил тебе несколько раз. Пусть думает, что это его заслуга…»

Суть Алиса уловила быстро — это было чем-то похоже на процесс размножения. Только говорить про это слово из трех букв было совершенно запрещено. Теперь она оказалась в ловушке — сказать, что все усилия Байта были бессмысленны — всё равно, что заявить о его провале в помощи ей. Алиса сжала губы.

«Подобное недопустимо! Я не могу сказать на середине процесса, что передумала. Это будет большой удар по чувствительному, интимному месту. Нельзя! К тому же, если признаюсь, он может продолжить добиваться всего для себя, а меня заставит покинуть игру. Что будет, если мы долго не будем видеться? Если он встретит тут другую девушку? Он ведь говорил о чём-то с этой женщиной… про игры. Я не могу поддержать разговор. Разве интересно проводить время с кем-то, живущем в совершенно другом мире?»

Алиса беспокоилась… Там, в пещерах, было что-то важное, она прокладывала путь для остальных, изучала противников, играла. Словом, почти сделала то, что обещала Байту не делать. Чем больше она думала, тем более отчетливо осознавала — не интересуясь играми, она, вероятно, слишком отдалится от этого человека. Выбор был невелик — положиться на волю судьбы или делать что-то самой. Он ведь получил её руку…

«Зачем мне ласкать эго мужчины?» — спрашивала Алиса у матерей.

«Ради своего эго, — отвечали они. — Когда встретишь того, с кем захочешь быть несмотря ни на что, сама всё поймешь. Любовь — густая смесь эгоизма и бескорыстия. Не захочешь отпускать его — вспомнишь наши уроки. Искусство соблазнения женщин скрытого мира относится к высокоранговым техникам. Теперь иди к сёстрам и попробуй дать им какое-то хорошее задание, как будто они мужчины.»

Алиса понимала, что выполнить задание их группа не смогла. Каждый должен делать для победы всё, иначе добиться цели будет ещё сложнее. Избавиться от балласта — самое правильное решение, вот только этот балласт — она сама.

«Рассказать ему? Молчать до самого конца? Отгонять других девиц? Забрать Байта из игры?» — ни один вариант не казался Алисе приемлемым. Варианты повторялись по кругу, пугали, смущали, раздражали.

«Играй сама. Будь приятной спутницей и позволь мужчине сделать ради тебя подвиг», — решение пришло неожиданно. Словно некий дьявол прокрался к ней в голову и вложил мысли, которых сама она никогда бы не допустила. Решение оказалось таким простым и подходящим со всех сторон, что Алиса счастливо улыбнулась.